Валерий Кобозев – Метеорит с начинкой (страница 12)

– Да нет, Виктор! Ты также, как в прошлый раз, аккуратно тюкни его и все, – предложил Рожкин, тоже слегка заплетающимся языком, показывая рукой, как надо тюкнуть кирпич.

Выпитая водка все еще толкала на подвиги, и Виктор буркнул:

– А, ладно! – и тюкнул кирпич ребром ладони.

– Ну вот, а ты боялся, – констатировал Рожкин, глядя на четвертинки кирпича.

– Ну теперь сам попробуй, – Виктор поставил половинку кирпича на два других, целых.

Рожкин аккуратно тюкнул ребром ладони по кирпичу, тот с щелчком раскололся на две части.

– Что имеем в результате эксперимента? – заплетающимся языком спросил Виктор у Рожкина.

– Это надо обдумать, Виктор, – глубокомысленно произнес Рожкин, опять усевшись в свое кресло и замерев как сомнамбула, положив подбородок на ладонь левой руки.

Паша переводил взгляд с Виктора на Рожкина, пытаясь найти подвох. Но оба были пьяненькие, совсем не похожие на фокусников. Сам Паша тоже был тоже «хорошеньким», поэтому в панику не впадал – алкоголь не позволял.

Тем временем жены решили проведать мужиков. Татьяна первым делом обозрела окрестности на предмет алкогольной заначки – чтобы мужики не упились.

– Ну что, мужчины, чем занимаетесь? – спросила она.

– Вот, кирпичи изучаем, – не смог придумать более умного ответа Паша.

– Вот что! – воскликнул Рожкин, видимо, что-то придумав. – Таня, мы смастерили с Виктором бутафорские кирпичи, чтобы фокусы с их разбиванием показывать! – сообщил он ей заплетающимся языком. – Можешь проверить, как красиво это будет выглядеть – ты своей маленькой ручкой этот огромный кирпич – он поднял целый кирпич – легким движением руки раскалываешь пополам.

После этих слов женщины рассмеялись, не веря, что кирпич бутафорский. А Виктор с удивлением смотрел на него, пытаясь вспомнить, когда они делали такие кирпичи.

Рожкин поставил кирпич на два других и показал Татьяне, как нужно ударить по нему, чтобы он раскололся. Татьяна, смеясь, легко ударила по кирпичу, он раскололся на две части.

– Вправду бутафорский! – воскликнула она, заливаясь серебристым смехом.

– Попробуй и ты, Рита, – предложил Виктор свой жене, ставя новый кирпич, по инерции повторяя глупость Рожкина.

– И зачем все это? – спросила Рита, легонько ударив по кирпичу по примеру Татьяны. Кирпич раскололся, Паша сидел в оцепенении, ничего не понимая.

– Давайте и я попробую! – предложила Нина, жена Паши.

– Не, у тебя не получится, не стоит, – возразил Рожкин, загадочно улыбаясь.

– Чего это не получится?! – возмутилась Нина, взяла целый кирпич, поставила его на два других и легонько стукнула по нему ребром ладони. – Ой, больно!!! – воскликнула она, потирая руку. С кирпичом ничего не произошло.

– Пойдемте выпьем, – предложил Виктор, так и ничего не поняв.

Друзья пошли в домик, Паша тупо оглядывался на сарай, пытаясь сообразить, что это было. Но выпитый алкоголь размывал его мысли, и он с радостью сел за стол. Татьяна достала из холодильника еще одну бутылку водки. Допив ее, доев все закуски, они горланили разные песни, и совсем не романсы. «По полю танки грохотали… – вопил Виктор, друзья подхватывали: И молодая не узнает, какой у парня был конец!» Разошлись затемно, Рожкины проводили Носиковских с Карасевыми – те ночевали дома – до остановки автобуса, после этого вернулись на свою дачу.

На следующий день Виктор страдал с похмелья – пил он редко. Позвонил Рожкин, пригласил в гости опохмелиться:

– С меня закуска с рассолом, с тебя выпивка. В Копылово в магазине шаром покати, из магазина звоню.

Рита не возражала продолжить банкет, и они снова поехали к Рожкиным на дачу, по пути зашли в магазин, купили бутылку вина и бутылку водки – воскресенье же было. Приехали к Рожкиным, выпили по пару рюмок, закусили горячими пельменями, стало тепло и хорошо.

– Пошли покурим, – пригласил Рожкин Виктора. Они прошли в сарайчик, закурили.

– Помнишь, что вчера было? – спросил Рожкин.

– Смутно, – честно ответил Виктор. – Кирпичи какие-то были неправильные, мы их кололи.

– Кирпичи правильные, а мы их кололи, – возразил Рожкин.

– А как ты определил? – спросил Виктор.

– Смотри, – Рожкин поставил целый кирпич на два других, взял четвертый кирпич, поднял его на вытянутую руку и уронил на третий кирпич. От падающего кирпича откололся небольшой краешек, лежащий кирпич остался целым.

– Теперь можешь его попробовать расколоть ребром ладони, как вчера, – предложил он.

Виктор осторожно, но резко ударил по кирпичу. Кирпич с щелчком раскололся.

– Дела… – протянул Виктор задумчиво.

– Это еще не все, смотри, – Рожкин взял в руку четвертинку кирпича, расколотую вчера, сжал ее в кулаке. Четвертинка рассыпалась в мелкие осколки. Рожкин подал Виктору такую же четвертинку и предложил попробовать сделать тоже самое. Виктор сжал руку в кулак, четвертинка рассыпалась в мелкие осколки.

– Ничего не понимаю, – тупо глядя на осколки кирпича, молвил Виктор.

– У нас с тобой, и у наших жен, сила стала в руках чудовищная!!! – воскликнул Рожкин. – Мне кажется, что это результат нашей болезни! Все переболели, и после этого такие результаты.

– Офигеть! – протянул Виктор.

Для пробы взял в руку полено и сжал кулак. Полено с хрустом расплющилось.

– Да, это что-то необъяснимое. Хотя… Точно! Я знаю откуда это! Когда я шел с рыбалки, со мной рядом упал метеорит. Я осмотрел его, и он раскололся на две части, из него вытекала зеленоватая флюоресцирующая жидкость. Я не стал ее трогать, решил вызвать ученых для ее изучения. А тут она как бы взорвалась и обрызгала меня и рыбу, остатки жидкости и обломки исчезли. Вот следующим вечером мы хе из этой рыбы кушали с женами. От нее, наверно, вы и заразились. Меня-то она всего обрызгала.

Друзья с жаром начали обсуждать, как им быть с этими новыми качествами. Они вспомнили, что Вакулин был у них в гостях и тоже ел хе из этой рыбы, и тоже переболел.

– Надо бы его навестить, – предложил Виктор, – чтобы он каких-нибудь дел на наворотил по незнанию.

– Точно, я ему позвоню, приглашу в понедельник вечерком после работы в гости на чай – пообщаться. Он теперь после развода свободен, как ветер, – предложил Рожкин.

– Мне позвони, как придет, я подтянусь, – попросил Виктор.

– Ну как без тебя, конечно, позвоню, – пообещал Рожкин.

В понедельник в семь вечера Вакулин распивал чаи с Рожкиным на кухне. Татьяна была еще в школе – она работала там учителем физики, кабинет ремонтировали с родителями учеников. Дети были в Асино у дедов. В дверь позвонил Виктор – поздоровались весело.

– Ты ему что-нибудь рассказал? – спросил Виктор.

– Нет, ждал тебя, – ответил Рожкин.

– Вы меня заинтриговали, – вытянулся Вакулин, улыбаясь. – Что я пропустил?

– Не знаю, с чего начать, – начал Виктор. – Вот силомер специальный – сожми его в кулаке. Мы тут с Рожкиными силами мерились, кто сильнее, так и не смогли установить, – с этими словами он подал Вакулину четвертинку кирпича с дачи Рожкина.

– Вы чего, прикалываетесь? – засмеялся Вакулин. – Какой на фиг силомер, это же обломок кирпича!

– Так ты сожми и посмотрим. Вот Рожкин его в два раза сжимает, – ответил Виктор.

– Ну приколисты! – захохотал Вакулин.

– Ну попробуй, что тебе стоит? – уговаривал его Рожкин.

– Хорошо, смотрите: силач Вакулин превращает в пыль кирпич! – с этими словами Вакулин смеясь, поднял вверх руку и сжал в руке обломок кирпича. Ожидаемо для Виктора с Рожкиным, он рассыпался на мелкие осколки с пылью.

– Вот так развели меня! – захохотал Вакулин, садясь. – Я и вправду поверил, что это был настоящий кирпич.

– Кирпич-то настоящий, в этом-то и весь прикол, – сообщил Виктор.

– Да ну на фиг! Не может быть! – не верил Вакулин.

– Вот попробуй, я прихватил с соседней стройки кусок арматуры, согни, разогни, сожми в кулаке ее – предложил Рожкин.

– Ну попробую, – Вакулин взял кусок арматуры длиной с полметра и толщиной пару сантиметров. Он осторожно начал сгибать ее в руках – прут легко гнулся в его руках. Он выпрямил его – положил на стол – горячий стал. Снова взял, уже любопытно ему стало. Согнул вдвое, место сгиба сжал в кулаке. Пруток сложился в две параллельные полоски. Встал, подошел к раковине и включил воду, сунул под нее прут для охлаждения.

– Теперь объясняйте мне, что со мной случилось такого, что из-за этого я стал суперменом! – Вакулин сел на стул и в ожидании смотрел поочередно то на Виктора, то на Рожкина.

– Мы поняли, что наша болезнь была вовсе не описторхозом, – сообщил Рожкин.

– В общем, я вляпался в какую-то инопланетную хрень, брызги которой попали на меня и на рыбу, – начал Виктор. – Мы все переболели, и эта хрень сделала нас суперменами. И наших с Рожкиным жен тоже. Мы им уже объяснили, что нужно теперь обнимать других людей очень осторожно, особенно собственных детей. Теперь тебе объяснили. А вот что дальше нам делать – пока не придумали, ты теперь тоже подумай над этим.

– Дела… – ошарашенно произнес Вакулин. Он взял в руки пруток арматуры и начал его крутить в руках, мять его, скручивать, напряженно мыслить при этом. – Я чувствую, что пруток раскалился уже, но мне не жжет. Могу спокойно его держать в руках.