Валерий Киселёв – Разведбат. Документальное повествование (страница 5)

«Очень скучаю, но я должен отслужить»

Из письма рядового Александра Коробки:

Здравствуйте, мама, папа, Лёха и Сережка! С огромным приветом пишет вам письмо солдат из разведдесантной роты Саня. Мама, у меня всё нормально, всё по-старому, уже отслужил 3 месяца, а домой охота, как будто дома не был 10 лет.

Мама и папа, большое спасибо за посылку, всё дошло. Спасибо, папка, что подсказываешь, что надо в армии. Мама, сколько раз я тебе пишу, что пока ничего не посылай – ни посылок, ни бандеролей, ни денег. А ты в каждом письме об этом пишешь – что я к тебе приеду. Мама, не надо, ты подумай, сколько денег надо, нервов. Лучше себе что-нибудь купите, да и сама болеешь, и папка мешки потягает, а потом лежать будет, да и в школу Лёху провожать и Сережке надо. А ты, мам, в каждом письме про деньги и посылки. Мне ничего не надо, всего хватает, да не позорь, пожалуйста, разведывательно-десантную роту. Пацаны скажут: «Прослужил 3 месяца, а уже пишет: «Мама, вышли сала». Мама, ты не обижайся, что я так пишу, я любя, просто я знаю, как вам трудно самим. Болеете, да ещё на меня тратиться.

Мама, я очень скучаю, но я должен отслужить. Я очень горжусь, что попал в разведывательно-десантную роту. Это рота быстрого реагирования, если какая беда, мы – первые туда. Уже прыгали с парашютом. Первый раз было страшно.

Мама, Лёха пусть учится, и Сергей тоже, и вам помогают. Мам, я очень скучаю без вас. Хотя бы быстрей отслужить и сильно обнять тебя. Я очень люблю тебя. Пусть пишет Сергей.

Ваш сын Санёк.

Вся служба пройдёт незаметно, Вернусь я в родные края, И встретит меня у порога Родная, любимая мама моя.

Жду ответа.

Дембель 2000 г.

Эх, Саша, если бы ты знал, какие нечеловеческие муки тебе скоро предстоят…

«Гоняли нас много…»

Евгений Липатов, старший разведчик-пулемётчик на БРДМ:

– Меня призвали в армию 6 декабря 1998-го. Полгода был в танковой учебке в Федулово, готовили нас на наводчика-оператора на танке. После учебки попал в 237-й танковый полк, в разведроту, на БРДМ (боевая разведывательно-десантная машина – авт.), назначили старшим разведчиком-пулемётчиком. Пришёл тогда командир роты разведки: «Мне бойцы нужны. Кто пойдёт по желанию?». Мы и согласились, вдвоём с другом. Пришлось немного переучиваться.

Месяца два служили в части, а потом нас перевезли в ДУЦ (дивизионный учебный центр – авт.). Начались полевые занятия по тактике, огневая подготовка. По своей специальности чувствовал себя вполне уверенно. Тогда из части как раз направляли людей в командировку в разведбат, там был некомплект, меня с ними и послали. Попал во вторую роту, командиром её был старший лейтенант Хамитов. Всё лето были на полигоне, жили в полевых условиях. Сначала были соревнования разведрот дивизии, потом учения, и так – всё лето, гоняли нас много….

Из армейских перлов:

– Бинокль не для того, чтоб прелести рассматривать у мимо проходящих, им требуется снайперов засекать, точки противника!

– Боевой листок – это не газета какой-нибудь партии, и нечего в нём голых баб рисовать!

– Будем наводить порядок на территории и за. А у кого с головой не всё в порядке, бросим на туалет в оздоровительных целях, нюхать аммиак.

– В казарме беспорядок! Осталось в туалете поставить вигвам и развести там гарем!

– Десять минут перекурить и через пять минут строиться.

– Доказано, что смена рода деятельности – самое лучшее средство отдыха: устал от строевой, поучи Устав. Устал от Устава – иди малость помаршируй!

«Пельмени разлепить, дрова – в поленицу»

Михаил Курочкин, гранатомётчик, рядовой:

– Я был призван в армию 12 мая 1998 года из Костромской области. Первым командиром нашей роты был капитан, он воевал в первую кампанию в Чечне, но скоро уволился. Назначили нам молодого лейтенанта, но и он пробыл недолго. Потом командиром нашей роты стал старший лейтенант Хамитов. Он каждого солдата вызывал по одному в кабинет для знакомства – всем нам очень понравился, как командир. Стали ездить с ним на стрельбы, учиться подрывному делу. Один раз на полигон приехал Нижегородский СОБР, соревноваться с нами. На полосе препятствий мы их победили. Командир СОБРа сказал тогда: «Пацаны, давайте к нам после службы». Занимались мы серьёзно. Из РПГ (ручной противотанковый гранатомёт – авт.) стрелял много раз. Я на себе носил «шайтан-трубу», два выстрела к ней, две «Мухи» (гранатомёт одноразового использования – авт.) и огнёмет «Шмель». Плюс автомат, конечно, и боекомплект к нему.

В начале лета 99-го в батальон приехал подполковник Куклев, отбирать желающих из тех, кто отслужил больше года, в Югославию, по контракту. Нас из батальона согласился 21 человек. Начали уже готовить документы. Зарплату обещали по тысяче долларов, почему бы не съездить! Но комбат сказал: «Я никуда не еду, и вы никуда не поедете». Никуда и не поехали… Просто дали в Москве команду: «Пельмени разлепить, дрова – в поленицу». Служили дальше, ездили на стрельбище… Командирами взводов в нашей роте были лейтенанты Иванов, Миронов и Дашкин. Замполит роты – лейтенант Орлов. Он был двухгодичник. Нормальный мужик. Потом он уволился, и на эту должность пришёл старший лейтенант Шлыков.

Александр Куклев, начальник разведки дивизии, подполковник:

– Дислокация частей дивизии, их организационно-штатная структура не самым лучшим образом способствовала качественной организации боевой подготовки. Батальон к этому времени из Дзержинска передислоцировали в центр Нижнего Новгорода, в городок, где располагалось училище тыла. Чтобы готовить экипажи боевых машин, необходимо было держать на учебном центре часть штатной техники, обслуживать, охранять её. Для этого необходимо содержать там людей. В итоге качество подготовки экипажей страдало.

Из армейских перлов:

– Если русский в поле ехал, так он брал с собой шмат сала, буханку хлеба и литр водки. А эти на полигон приехали и ждут, что им что-то подвезут.

– Если у вас есть какие замечания, предложения, высказывайте сейчас, а то вы всегда так: сейчас молчок, а как генерал приедет, так и выдаете всё в лоб, как нож в спину…

– Отжимайтесь, пока не найдёте щётку.

– В армии все решается просто: на добровольно-приказном порядке.

– Для солдата субботник – это дело добровольное, а не так, что хочешь – участвуешь, а хочешь – нет.

– В армии виноват не тот, кто виноват, а тот – кого назначат.

– В армии все должно быть однообразно: покрашено, подстрижено и посыпано песком.

Каким он должен быть – войсковой разведчик, какими качествами обладать…

«Уметь работать командой…»

Александр Соловьёв, командир разведывательного десантного взвода, старший лейтенант:

– Разведчик обязан совмещать несовместимое в человеке. Он должен уметь общаться с человеком, посмеяться, а через пять минут уйти и собеседники не должны его запомнить. Я могу разговаривать с доктором наук и тут же – с бабушкой, с какими-нибудь алкашами. И те, и другие меня должны принимать за своего, иначе не смогу получить информацию. Он должен быть хамелеоном, уметь подстраиваться под собеседника. Разведчик – это своего рода артист. Он должен быть хладнокровным, циничным, жестоким, подлым, потому что благородство и разведка – понятия несовместимые. Надо уметь общаться с высшим обществом в ресторане и через день, не морщась – расчленять труп, не боясь испачкать костюм. Уметь быстро убить собаку. Хотя убить животное гораздо трудней, чем человека. Человека всегда есть за что убивать, а животное… Мы должны уметь работать командой. Агентурный разведчик погибает один, а если я ошибся – одно неосторожное движение, взгляд, и – погибнет вся группа. Разведгруппа – это единый организм. Разведчик – маленькая молекула своего коллектива. Общевойсковой разведчик не обязательно должен быть интеллектуалом. Не беда, если он не умеет читать, плохо играет в шахматы. Пусть он будет простой деревенский мужик, не знает тактики, сначала не умеет стрелять, но он по природе своей может в это вникнуть. Такой быстрей научится нюхать воздух, читать следы, стрелять, глотки грызть, брать пленных и работать в команде.

Как проходил набор в группу… Стоит строй солдат, из которых мне надо выбрать в мою группу. Это не просто люди, теперь это моя жизнь или смерть. Физические данные – это второстепенно. Важно увидеть его взгляд, движение, почувствовать дыхание… Я – это мозг, мои бойцы – мои руки, ноги, глаза, уши, кулаки. Зачем мне нужен тяжёлый здоровый кулак, если он не может шевелиться? Большой разведчик – это хорошо, но ему трудно двигаться, в него попасть легче. Маленький, как правило, более выносливый. У меня был «мальчик» весом 120 килограммов, но его хватило только в одну сторону. Раздевали, ребята несли его амуницию. А в два раза меньше его – шли до конца. … Большой человек в рукопашной давит психологией, но если его противник подготовлен психологически, то большой человек проиграет ему в окопе гораздо быстрее. Физически разведчик – это поджарый, среднего роста, до 180 сантиметров. Больше ростом – только в телохранители. Слишком маленький – тоже плохо. Он должен быть среднестатистическим, неярким, неброским, незапоминающимся. Он, когда надо, сможет стать меньше, когда надо – больше.

Ошибки в отборе случались. Одно дело, когда 18-летний призывник – из него можно вылепить разведчика. 18 лет – это дети, которые не понимают, что такое смерть. Иное понимание страха, войны. Они очень отважны. Самозабвенно выполняют задачу, пускай даже никому не нужную. Руби дрова от рассвета до заката, если командир приказал – будет рубить. Взрослый человек этого никогда не будет делать, как бы он Родину ни любил. Зачем? Мне было очень легко с молодыми. Из срочников у меня никто не погиб.