Валерий Киселёв – 245-й… Исповедь полка. Первая чеченская кампания. Книга 2-я (страница 15)

Подбита и уничтожена БМП-2. В 7:00 выдвинулась колонна ТПУ из района высота… по маршруту Элистанжи – Октябрьский – Ведено. В ходе выдвижения колонна была обстреляна малочисленной группой боевиков из гранатометов и стрелкового оружия. Имеются потери в технике. Потерь в личном составе нет. При обстреле позиций из минометов противника ранен прапорщик Андрюхин Э. Г. С наступлением темноты боевики вплотную подошли к блокпосту разведроты и обстреляли его. В результате перестрелки противник отступил. У разведчиков двое раненых.

При разминировании местности обнаружено и уничтожено ручных гранат на растяжках – 9 штук, Ф-1 – 15 штук, несколько противопехотных мин и снарядов, ПТУР – 3 штуки.

Потери – 3 человека раненых.

5 июня. Ночь прошла спокойно. В 9:00 колонна штаба полка выдвинулась в Ведено в район телецентра. Во время выдвижения колонна была обстреляна. Подбит и свалился в обрыв топливозаправщик. Водитель остался жив. Боевым охранением была обнаружена и обстреляна колонна боевиков. Потерь за истекшие сутки нет.

Обнаружены тела пропавших без вести 31 мая: рядовые Червяков И. И., Ильченко А. Л. Оба военнослужащих убиты боевиками. Их оружие не найдено.

«ПУЛИ КАК ГОРОХ ПО БРОНЕ…»

Вадим Лященко, начальник связи полка, майор:

– Когда на Ведено пошли, командир вообще маршрут поменял. Вместо дороги, где блокпосты заранее стояли, мы по руслу реки пошли, да ещё и в полном радиомолчании. Поэтому и Ведено практически без выстрелов взяли.

Был момент, когда командир полка ко мне на броню пересел. А я как раз за штурвалом ехал. Боец, новый водитель, чуть два раза машину не разул, вот я и сел. Морозов командует: «Вперёд!» и оказались мы практически в голове колонны. Только с дороги съехали в пересохшее русло – на встречу колонна с «духами». Минуты две друг на друга смотрели, потом разведчики как врубили из всего что есть, да и мои телохранители не подвели. Я машину сначала под склон завел, а потом смотрю – всё равно как на ладони, и пули как горох по броне, и попёр на всём ходу резко в вверх, деревья машиной кладу. Выскочили практически к телецентру, спешились, залегли. Командиру связь дали. Потом разведка подтянулась, спасибо сказали мне, что командира из-под огня вытащил. Как-то не думал об этом…

Потом Коля Звягин подтянулся, я Серегу Досягаева с командиром оставил на связи, а сам со своими телохранителями на БМП Коли Звягина к телецентру помчались. Подъехали, а там «духи» что-то грузят. Мы с ходу постреляли и взяли телецентр. Проверили – там оборудование приёмное, спутниковое и телепередатчик. Потом забрали, на машину погрузили передали в Ханкалу на КП. Видеокассеты с пропагандой контрразведчики забрали – им нужнее.

«НАС ПОДГОНЯЛО КОМАНДОВАНИЕ…»

Вячеслав Петров, зам. командира взвода разведроты, прапорщик:

– На следующий день пошли дальше. В ночь встали под Октябрьским, здесь нас обстрелял блуждающий танк боевиков. К вечеру к нам пришел новый командир разведроты – капитан Чупенко. Капитан Зябин уехал от нас по замене.

В 5:00 вышли на исходный. На одной машине гусеницу порвало, у второй – перегрелся двигатель, встала. Я поехал впереди колонны полка на «бэхе». Конечно, был риск попасть в засаду, но нас подгоняло командование, и не полка, а группировки. Видел, как параллельно нам справа идут морпехи, а слева – десантники. Наконец – уперлись в Ведено. Взяли его без боя. Там гора полулысая – хорошее место для наблюдательного пункта, решили ехать туда.

Из Ведено вышли на асфальтовую дорогу. За мной шла КШМ с командиром полка, вдруг навстречу – УАЗ и ГАЗ-66 боевиков. Танк, который шел с нами, уничтожил УАЗ вдребезги. Начался бой. Старший сержант Веслополов сидел в башне БРМ, первым же выстрелом уничтожил кунг с боевиками. Прорвались мы на эту сопку, а следом туда зашел и весь полк. Потом командир полка полковник Морозов приказал мне взять мотострелковый взвод и свой разведвзвод и пройти к тылам полка, чтобы показать им дорогу к главным силам.

Я взял взвод в шестой роте капитана Шашкина. Спускаемся, в стороне вижу выхлоп, значит – машина. Я доложил по рации командиру полка, дал координаты, тут же это место обстреляла наша артиллерия.

«МЕНЯ В ГРУДЬ УБИЛО!»

– Мне дали приказ – организовать боевое дежурство вокруг расположения полка. Расставили посты. Со мной было всего четыре человека. В пяти-десяти метрах стоял пулеметный расчет от мотострелкового батальона и БМП. В два часа ночи слышу голоса, а мы не спали третьи или уже четвертые сутки. Пошел проверить с Дмитрием Огневым, парень был из города Артема, и только нагнулся к пулеметному расчету – осветительная ракета взлетела и очередь по нам. Меня откинуло в сторону. Огнев успел крикнуть: «Меня в грудь убило!» Чувствую, что рука у меня перебита, дырка в боку, заткнул ее пальцами. Граната на склоне разорвалась. Санинструктор стал меня перевязывать, я ему: «Скажи „Льву“, что „Рысь“ ранен». Перевязали меня. Быстро подошла сюда наша рота, командиром ее был капитан Сулейманов. Меня и Огнева положили на одеяла, и – в медбат.

То и дело теряю сознание… В живот пуля прошла навылет, кость, вены, артерию пробило. Командир полка меня до вертолета проводил. Когда стали грузить, я за что-то рукой задел, и опять сознание потерял. Слышу, шумит вертолет, а пить хочется, нащупал на полу какую-то гильзу, кинул ее в дверь пилотам, вышел летчик: «Чего тебе?» – «Пить…» – «Тебе нельзя!». Положил мне в рот ватку, смоченную водой. В Грозном, в госпитале, хирург меня почему-то спросил, был ли я пьяным, когда меня ранило. Я ответил ему матом. Потом оказалось, что с хирургом мы почти земляки – он из Ростова, а я с Шахт.

Загудел Ан-12… Опять сознание теряю. Потом – палата, женщина сидит. – «Где я?» – «В Ростове, в реанимации». Но пулю из меня достали не тогда, а недавно, и сердечник ее до сих пор в руке остался. Наш первый ротный капитан Виталий Зябин привез мне в госпитале орден Мужества… В госпитале узнал, что 12 июня основная часть нашей роты погибла, в том числе и Саня Веслополов, Рома-механик, наш ротный Олег Чупенко.

Выписался из госпиталя в конце января 1996 года, в феврале вернулся в полк.

Роман Вищеревич, командир отделения АГС, сержант:

– Во время марша по горам на Ведено… Ранее утро, только заря загорелась – десантники бегут, в бронежилетах на голое тело. Вслед за ними выезжают несколько «Градов». А впереди на сопочке расположились подразделения нашего полка. «Грады» дали залп, первые ракеты пошли чуть выше, а нижние – прямо по сопке. Десантники – кто куда….

Иван Н., «Гранит-44», механик-водитель:

– Когда шли на Ведено – у меня заглохла машина. При этом, когда аккумуляторы были выключены, педаль газа работала, как только включал аккумулятор, она проваливалась на пол, и газ не работал. Я снял шиферку моторного отсека, у парней взял собранную из колец от ракетниц цепь и прикрутил к рычагу управления подачей топлива. Накрутил ручной регулятор газа до двух тысяч оборотов, завел машину и, как в детстве, когда порвется трос газа на мотоцикле, одной рукой рулил, другой давал газу, благо на БМП штурвал и можно одной рукой управлять. Как потом я выяснил, методом тыка, сгорел электромагнит привода педали, состоящий из двух частей соединенных планкой между штоками. Я просто убрал планку, и все прекрасно работало без неё до конца службы. В одном месте через канал или реку мы переправлялись по понтонному мосту. Все машины переправлял техник, так как перед этим одна «бэха» упала с моста и валялась на дне.

Взяв Ведено, мы пошли назад, через Шали, перед выходом из гор был бой. Когда я проезжал по улицам мимо сгоревших домов, то на склоне горы, увидел дерево, за которое зацепились остатки сгоревшего вертолета. Приехали опять к Алхазурово, оттуда пошли в горы. Пройдя половину села Дуба-Юрт, встали, потом я увидел, как стали подъезжать вернувшиеся машины.

Александр Суровцев, командир 2-й мотострелковой роты, капитан:

– Марш на Ведено… Шли по ущелью, сверху, морпехи шли снизу, а мы через Сельментаузен, по горам, и спустились в Ведено. Въехали без единого выстрела: боевики не ожидали, что мы зайдем сверху. Встали по горам, только Коля Звягин в Ведено спускался, флаг водружать.

Перед Шатойской операцией меня заменили. Колонна уже стояла в готовности идти по ущелью, но приехали сменщики. Передал им технику, людей. Немного не дотянул до полгода службы в Чечне.

«ВСЁ ГЛАДКО ПРОШЛО…»

Федор Сергеев, капитан:

– Под Ведено у нас все гладко прошло… Среди боевиков были у нас свои люди, приходили к нам и рассказывали, как и что. Командир полка полковник Морозов берет этого боевика, садится рядом с ним в машину: «Едешь со мной на рекогносцировку!».

В полку перед этой операцией были подготовлены штурмовые группы. Пока стояли перед Шалями в чистом поле, день и ночь готовились. Солдаты на дембель начали уезжать, но многие и остались. Помню, как солдат-минометчик Фокин сказал: «Я не уеду на дембель, пока сам „духам“ не отомщу». Были в полку такие солдаты, которые по лишнему месяцу переслуживали!

При выдвижении на Ведено полковник Морозов взял второй батальон, разведроту, несколько тыловых машин. Доехали до пионерского лагеря в Чишках и резко ушли в сторону и по другому ущелью, прямо по речке, пошли на Ведено. Оказывается, дорога была накатана. Впереди шла БРМ, в ней был всего один солдат. Когда полк поднялся наверх, боевики вообще ошалели.