Валерий Карышев – Русская мафия, 1991–2025. Противостояние кланов (страница 5)

К этому времени многие группировки накопили весьма большие деньги, и их надо было куда-то вкладывать. Многие группировки открывали вещевые рынки, позже вкладывали деньги в шоу-бизнес, открывали ночные клубы, рестораны и казино. Позже, когда в Москве, словно грибы, стали возникать финансовые пирамиды, братва им оказывала покровительство. Другим важным явлением в жизни столицы стали охранные структуры, сокращенно ЧОПы. Братва стала это использовать, покупая себе должность охранника с правом ношения оружия. Говорят, такая услуга стоила 5–10 тыс. долларов США. И многие лидеры и авторитеты криминальных структур стали охранниками ЧОПов.

Кроме этого, в Москву за последнее время подтянулось несколько иногородних группировок. Некоторые начинали сотрудничать с московскими группировками, выполнять роль боевиков, киллеров или просто пушечного мяса. С приездом бригад с периферии в столице наметился новый криминальный передел.

2 декабря, в день открытия в Москве VII съезда народных депутатов России, московская милиция провела широкомасштабную операцию в мотеле «Солнечный». В тот день в ресторане мотеля отмечали день рождения вора в законе Захара. На это торжество были приглашены четверо воров в законе – Петрик, Роспись, Савоська, Гога, а также такие московские авторитеты, как Сильвестр, Слива и многие другие. Всего на банкете присутствовали 80 человек. Из них 18 находились на тот момент в бегах и были объявлены в федеральный розыск. И вот всю эту компанию в девятом часу вечера московский ОМОН берет, как говорится, в плен. Были задержаны 68 человек. У двоих из них обнаружены наркотики, у одного – оружие. Правда, через несколько дней большинство из задержанных были отпущены, так как за ними не числилось никакого криминала.

Год 1993-й

В начале года стало очевидным, что преступность в столице развивается очень быстро. Уже насчитывалось более двадцати крупнейших преступных группировок и множество мелких, незарегистрированных бригад, объединяющих дворы, небольшие улицы, которые также вносили свою лепту в развитие криминогенной обстановки в столице. Общая криминальная обстановка в 1993 году стала просто взрывоопасной. Криминальный мир столицы можно было сравнить с детской мозаикой, состоящей из разноцветных кусочков – обособленных преступных группировок со своими боевиками.

Первоначально преступные группировки в Москве формировались по месту жительства их основателей и первичным зонам влияния. Затем сферы влияния группировок столицы стали непредсказуемы. Структура подпадала под «крышу» какой-либо группировки независимо от места своего расположения. Были случаи, когда коммерческая структура имела несколько «крыш». Например, один известный вещевой рынок мирно опекали 17 бригад!!!

Криминальные «крыши» – явление чисто российское.

В начале 1990-х годов ни один криминальный телесюжет уже не обходился без слова «рэкетиры». Любой школьник мог без запинки перечислить их методы работы: поджог палаток, раскаленный утюг на живот, отрезанные пальцы, похищения. Говоря юридическим языком, рэкет – это система вымогательства регулярных денежных платежей у мелких предпринимателей и торговцев под угрозой избиений, убийств, а также поджогов, погромов предприятий. Бритые затылки, накачанные мускулы и спортивные костюмы «Адидас» турецкого производства быстро стали непременным атрибутом улиц. По официальной статистике правоохранительных органов, в те годы почти 90 % всех новоявленных коммерсантов постоянно платили дань братве.

Постепенно многие активно растущие предприниматели освободились от классического бандитского рэкета: или откупились, или отбились с помощью служб безопасности, усиленных спецназом. А самые умные криминальные лидеры сами стали вкладывать. Бандитская «крыша» плохо совместима с развитием производства. Как только коммерсанты это поняли, они начали создавать собственные службы безопасности, во главе которых встали бывшие работники МВД и КГБ.

Довольно большой кусок «крышного» бизнеса находится в руках ЧОПов, которые, по сути, являются разновидностью «красных крыш». ЧОП заключает договор на официальную охрану фирмы. Все расходы на техническое обеспечение безопасности ложатся, разумеется, на плечи коммерсанта. А ЧОП тем временем договаривается с милицейской «землей» и действует по уже знакомой нам схеме выставления «поляны». Поскольку в большинстве случаев в ЧОПах работают бывшие сотрудники правоохранительных органов, никаких трудностей при этом не возникает.

В Москве, Питере и других больших городах под ними «лежал» весь крупный и средний бизнес. Рубоповцы лихо рассекали на иномарках и, не раздумывая, доставали стволы. На шаболовских во времена всесильного министра МВД Владимира Рушайло бесполезно было жаловаться. Старшие братья с Лубянки смотрели на них с завистью и потихоньку собирали компромат. С приходом в Кремль питерских чекистов компромат пригодился – шаболовских разогнали. Рушайло отправили в почетную ссылку в Совет безопасности, а целые управления были расформированы в кратчайшие сроки.

«Главкрышей» стала ФСБ. К чекистам гурьбой потянулись бизнесмены. К «лубянским» ходили жаловаться и на ментов. Недаром «дело оборотней в погонах» началось после визита бизнесмена Вадима Решетникова в УФСБ по Москве. На Лубянке он рассказал, что его «кошмарят» генерал МЧС Ганеев и группа силовой поддержки из МУРа. Чекисты с радостью ухватились за это дело. У них давно чесались руки дать по носу «элите» МВД. По другой версии, «дело оборотней» – обыкновенное перебивание «крыши».

Сегодня все существующие «крыши» в регионах можно разделить на два основных вида: бандитские («синие») и государственные («красные»). «Красные крыши», в свою очередь, различаются по ведомственной принадлежности. Они бывают «чиновничьими», «ментовскими», «чоповскими», «чекистскими» и др. Несомненно одно: все они тесно переплетены, в их состав могут входить представители разных дружественных структур, а простирается их влияние – не в пример бандитскому! – очень высоко. Вплоть до лоббирования нужных законов депутатами.

Заказное убийство как метод решения проблем в криминальном мире в начале 1990-х годов становится очень популярным. По данным правоохранительных органов, только в 1992 году было совершено более 100 убийств предпринимателей и криминальных авторитетов, в 1993 году эта цифра возросла до 250, а в 1994-м – до 500! С большим количеством заказных убийств в терминологии криминального мира появляется слово «киллер» – человек, совершающий заказное убийство. Однако киллеры чаще всего были анонимные. Обычно группировки использовали киллеров-«гастролеров» из другого города, а еще лучше – из бывшей братской республики. Часто случалось так, что после проведенной акции самого киллера убивали те, кто его нанимал, чтобы окончательно спрятать концы в воду. Киллер – опасная профессия, не терпящая дураков, так как ставки там самые высокие – жизнь самого киллера. Поэтому при планировании операции киллер учитывает каждую мелочь – маршруты движения объекта, его привычки, распорядок дня, связи, наличие или отсутствие охраны, его характер. Любая осечка может свести дело к нулю. Визитной карточкой наемных убийц – киллеров – стал контрольный выстрел в голову жертвы, чтобы результат был стопроцентным. Без контрольного выстрела в настоящее время не обходится практически ни один исполнитель.

1993 год вызвал шок в преступном мире. За этот год при невыясненных обстоятельствах один за другим погибли три десятка воров в законе, чьи имена знал любой зэк и даже простой оперативник с небольшим стажем: Глобус, Арсен Микеладзе, Султан, Гога Ереванский, лидер грузинского клана Квежо Пипия, пропал при странных обстоятельствах авторитет Сергей Круглов по кличке Сережа Борода. Затем – известные воры в законе: Резо, Пушкин, Садиков, Босяк, ногинский вор Витя Зверь, авторитеты Вайдон, Заяц, Паша Родной, Англичанин, Леонид Завадский, Виктор Коган, больше известный как Жид. Был расстрелян известный бауманский авторитет Владислав Ваннер. Погибли многие другие.

На этой почве в 1992 году на юге Москвы вспыхнула настоящая война между ореховской, нагатинской и подольской группировками. Война была по-настоящему кровопролитной. Так, в феврале 1993 года в кафе «Каширское» и «Кипарис» были убиты шестеро членов ореховской группировки. Однако ореховских это не остановило, и в апреле того же года на Елецкой улице они расправились с 50-летним московским авторитетом Виктором Коганом (кличка Жид) и его телохранителем.

На прошедшей неделе ГУВД Москвы зарегистрировало вспышку перестрелок. Причем, как видно из сводок, пальба велась с явным перевесом в пользу чеченской стороны. И вот почему. Понеся первые потери, чеченцы догадались, что против них опять затевается геноцид, и предприняли неотложные меры для защиты. Все их лидеры опять же сменили адреса и явки, начали выпивать в других ресторанах, ездить на машинах с другими номерами. Более активно чеченцы стали сдавать милиции своих конкурентов. Первым чуть не пострадал Фрол, задержанный по подозрению в незаконном хранении оружия. Но его вину доказать не удалось, и через десять дней Фрола отпустили.

Помимо милицейских связей, чеченцы пустили в ход оружие. Причем для начала они стали отстреливать бизнесменов, запуганных русскоязычными бандитами и переставших платить деньги чеченцам. Исход любой войны предсказуем. Погибнут люди. Виновные и невиновные.