Валерий Карышев – Бандитские жены (страница 8)
– Нет, я вас понимаю.
– Так когда вы ее освободите?
– Как это? Я должна ее освобождать?
– Нет, поднимете ее в камеру, наверх, – поправился я. – И, надеюсь, камера будет другая?
– Нет, она может вернуться в прежнюю камеру, проблем не будет, – ответила подполковник. – Сегодня же вечером или завтра утром. Посмотрим.
Вернувшись домой, я почти целый вечер думал, обманет меня подполковник или сдержит слово. Да нет, не должна…
На следующее утро я не мог поехать в изолятор, так как начался суд. До обеда сидел в городском суде, слушал дело, выступал, а сам только и думал о том, освободили из карцера Кристину или нет. Сразу же после окончания судебного заседания сел в машину и помчался в Текстильщики. Главное – успеть до шести часов, потому что позже подследственных не выдают. Попал я туда в половине шестого, быстро выписал документы, жду.
Наконец дверь открывается. Бог ты мой, что стряслось? Кристина передо мной или нет? Входит совсем другая девушка – в тонких брюках-стрейч, в туфлях на высоких шпильках, с какой-то невообразимой прической, в ушах клипсы, эффектная блузка… Я онемел от неожиданности.
– Вы что, не узнаете меня? – пошутила Кристина.
– Узнаю, узнаю, – сказал я. – Как ты преобразилась!
– Спасибо вам большое, что из карцера меня вытащили, – сказала Кристина.
– Ну, слава Богу! А когда вытащили?
– Вчера вечером. Потом одна тюремная начальница проводила со мной длительную беседу.
– А ты даже похорошела, – сказал я.
– Что же, надо везде стараться держать себя в форме, – ответила она.
– А как тебя камера встретила?
– Ой, да там все нормально! Могу сказать даже, что теперь я в авторитете.
– В каком плане?
– Та «ковырялка», которую я на больничку заслала, оказалась со стажем. У нее три ходки. А у второй, что ей помогала, – две судимости. Так что, поскольку я с ними разобралась по справедливости, камера меня уважает.
– А зачем тебе нужен этот авторитет?
– Знаете, – Кристина тяжело вздохнула, – в жизни все пригодится, в том числе и это. Так часто говорил Игорь… Кстати, вы мне так ничего и не сказали о нем. Давно с ним последний раз говорили?
– Игорь давно мне не звонил. Может, уехал куда? Или телефон не работает?
– Нет, его могли задержать, – сказала Кристина. – Или он лег на такое дно, откуда позвонить просто невозможно.
Я заметил, что взгляд ее был каким-то странным, направленным в одну точку. Видимо, думала о чем-то о своем.
Я еще несколько раз приходил к Кристине, пока не произошло новое событие.
Как-то, приехав в юридическую консультацию, я услышал:
– Вам прислали телефонограмму.
– Какую телефонограмму? – удивился я.
– Есть такая форма связи между следователем и адвокатом. Следователь звонит в юридическую консультацию и дает сообщение по телефону с подписью секретаря, который принял это сообщение, – извещение об адвокате на следственное действие. Так вот, следователь просит, чтобы вы к нему пришли в ближайшее время. Он вас хочет ознакомить с какими-то следственными действиями.
– Меня? А куда я должен прийти?
– В телефонограмме написано, что в следственный отдел, где он работает.
«Странно, – подумал я, – может, он не захотел сам в тюрьму ехать, а вызвал Кристину в следственный отдел?»
Я позвонил следователю в этот же день. Мы договорились о встрече на следующий день.
С утра я был у следователя. Он поздоровался со мной и протянул мне бумаги.
– Вот, – сказал он, – ознакомьтесь, пришли результаты баллистической экспертизы.
– И что говорит экспертиза?
– Да ничего, все чисто.
– Вот видите, – сказал я, – что у нас получается. Отпечатков пальцев на оружии не обнаружено, ствол чистый. Она в своих показаниях, которые мы собираемся вам давать, будет утверждать, что приобретала газовый пистолет, а не огнестрельный…
– Да ладно, – махнул рукой следователь, – не в этом дело. Я вообще могу выпустить ее в ближайшее время…
Я был ошарашен этим сообщением.
– Это как? Я бился, старался, собирал документы, пытался всячески ее освободить, а тут…
– Ситуация изменилась, – сказал следователь и поднял глаза к потолку.
«Так, – подумал я, – значит, и вас тоже слушают…»
– Понятно, – сказал я и стал медленно двигаться к двери. Видимо, следователь понял мой намек. Он достал из пачки сигарету и, не зажигая ее, вышел вместе со мной в коридор, как бы для того, чтобы покурить. Там он медленно подошел к окну, где стоял я.
– Ну что, – сказал следователь с гордостью в голосе, – у нас хорошая новость. Вообще-то для вас, может, и не очень хорошая… Но для нас – весьма. Мужа вашей подопечной задержали, арестовали.
– Как арестовали? Давно?
– В начале мая, в Голландии, по подозрению в убийстве. Правда, говорят, с убийством ничего не получается, но все равно в ближайшее время его депортируют в Россию. По крайней мере, голландцы нам обещали. Так что, как только его доставят в Россию, интерес к вашей подопечной иссякнет.
– Спасибо за хорошую новость, – сказал я. – Действительно, хорошая новость!
Следователь с удивлением взглянул на меня.
– По крайней мере, для моей подопечной. Ее же могут освободить.
– В принципе, мы не будем возражать, если вы подадите прошение об освобождении…
Я вышел из следственного отдела и помчался в Текстильщики. Правда, я не знал, хорошей ли будет эта новость для Кристины… Получалось, новость была одновременно и плохой, и хорошей, как двухцветный мячик. С чего мне начать?..
Вскоре я увидел Кристину. Я всматривался в ее лицо. Ее женская интуиция подсказывала, что что-то произошло. Она первая спросила меня:
– Не тяните. Что случилось? Его убили?
– Нет, никто его не убивал. Но у меня для тебя две новости – одна хорошая, другая плохая. С какой начинать?
– Давайте плохую.
– Задержали Игоря.
– Где?
– В Голландии.
– Откуда вы знаете?
– Мне следователь сказал. Кстати, пришли результаты экспертизы. С оружием все чисто. И вторая новость, хорошая, – тебя выпустят, когда его доставят в Россию.
Кристина очень расстроилась. Она не была рада тому, что скоро ее выпустят. Молча пожала плечами:
– Собственно, я знала, что рано или поздно это случится…
– Что тебя выпустят?
– Нет, не это… Что его задержат. Просто не ожидала, что задержать его могли в Голландии. Специальная бригада туда, что ли, летала?