Валерий Карибьян – Фантазии и наваждения (страница 1)
Валерий Карибьян
Фантазии и наваждения
Феномен зеленого шара
По реальному событию
из давнего времени.
Футбольное поле, покрытое мягкой травой, раскинулось за вдоль забора дома моей тети, у которой я гостил очередным летом 1986-го. В те времена детей так сильно, как сейчас, не опекали, и маленькими мы часто гуляли дотемна даже в одиночку. Заигравшись у кромки поля с мячом, по какому-то странному мановению я вдруг поднял глаза к небу и увидел среди звездной черноты зеленый мигающий шар идеальной формы и большого размера.
Через несколько секунд вокруг меня образовалось световое кольцо диаметром около десяти метров, при этом никакого лучевого столба сверху не наблюдалось. Я огляделся вокруг и снова посмотрел вверх: шар куда-то исчез, но кольцо, внутри которого я стоял точно в центре, продолжало заливаться ослепляющим светом. Кажется, я «отключился» и в то же время пребывал в сознании. Не знаю, как это объяснить словами. До сих пор не могу ответить, – а может и вспомнить, – что конкретно я мог тогда над собой увидеть.
Феномен продлился около минуты, после чего кольцо очень быстро рассеялось, как будто
Когда спустя много лет я поведал эту историю своему приятелю, тот предположил, что у меня просто разыгралось воображение, а остатки детских воспоминаний о том происшествии спустя десятки лет превратились в ложные интерпретации да приукрашенные фантазии, выдаваемые за действительное.
Но я точно знаю, что все это произошло на самом деле и тем поздним летним вечером 1986-го вокруг меня на расстоянии сотен метров не было ни души, ни источников света, способных сотворить такое.
Трансляция
Я спускался по ступенькам к старому пляжу Áмабея. Небо было чистое, ни намека на кусочек облака. Лишь редкий самолет рассекал бескрайний синий купол над моей головой. Штиль играл счастливчикам свою музыку. Но я не мог разделить их восторга. Почти разлюбил жизнь. До кучи, бесследно испарялись остатки любви и чужих вселенских планов, за которые почему-то нес ответственность я.
Вдоль побережья тянулся променад. Дойдя до конца, я выбрал самую крайнюю из дюжин скамеек. Хотя бы недолго, без назойливых и вкрадчивых мыслей мне хотелось насладиться здешним морем. Пытаясь остановить внутренний диалог, я стал разглядывать горизонт.
— Какой чудесный день, и какой несчастный человек, — объявил мужчина в темных очках и летней шляпе. Словно мираж, появившийся ниоткуда, он сидел на той же скамейке, что и я.
Одет он был странно: строгий белый костюм, рубашка, легкая перчатка на правой руке под цвет пиджака и черные ботинки. Его руки покоились на бедрах. Левая кисть сжимала поводок, который тянулся к собаке, дремавшей в его ногах.
— Не жарко? — спросил я.
— Привык, — ответил Шляпа.
— С чего вы взяли, что я несчастен?
— Все имеет свою трансляцию.
— А вы, стало быть, приемник?
— Все мы в какой-то степени приемники.
Внезапно нас прервал женский голос:
— Дорогой, уже иду!
Она была самой красивой на побережье. Надев светлый полупрозрачный сарафан поверх мокрого купальника, женщина направилась к нам.
Шляпа дал руку, чтобы попрощаться. В ответ я протянул свою и когда стал сжимать его кисть, то вдруг почувствовал, что она… искусственная! Человек потянулся вправо и принялся что-то нащупывать, не выпуская поводок. Собака оживилась. Приподнялась левая штанина его брюк, под которой обнажился фрагмент… протеза! Наконец он нащупал трость для слепых.
Подошла женщина. Собака еще больше оживилась и завиляла обрубком своего хвоста, поглядывая с восторгом то на нее, то на хозяина. Женщина помогла встать на ноги человеку в шляпе, и они втроем зашагали к ступенькам, по которым я сюда спустился.
4 фута до земли
Рабочий перерыв сегодня проходил необычно. Кейси сидел на краю парапета крыши стоэтажного здания. Настолько высоко, что никто из прохожих внизу не смог бы оказать ему помощь. Беднягу просто не было видно. Впрочем, Кейси не собирался привлекать внимания. Он твердо решил исполнить задуманное. Его жизнь, по меркам общества, считалась жизнью неудачника. Он чувствовал себя изгоем и одиночкой даже в окружении людей.
Парень просто никуда не вписывался. Он не понимал, почему должен постоянно улыбаться, если этого не хочется, и почему нельзя грустить, если этого хочется. Взамен окружение отвечало Кейси довольно жестоко. Его обвиняли даже в том, что он не радуется, как все, когда происходят позитивные события или кто-нибудь расскажет смешную историю. Но он умел радоваться. Только внутри себя. Кейси всегда переживал абсолютно адекватную палитру чувств, какую переживают все, но соразмерную обстоятельствам. Возможно, даже более искренне, чем те, из которых так и перло напоказ.
Кейси никак не желал переступать через себя и становиться похожим на остальных. Из-за этого он не мог построить карьеру в литературном агентстве и топтался на месте. Начальство кожей чувствовало его натуру, не давая возможностей для продвижения, а коллеги старались его избегать. В конечном итоге от него ушла любимая девушка, да еще к его собственному боссу, о чем на каждом углу шептались злые языки, поглядывая искоса и хихикая. Это был тяжелый удар по молодому человеку. Он себя ценил, несмотря на скромную зарплату и социальный статус, но предательство избранницы сильно подорвало его самооценку.
Наконец настал тот день, когда Кейси решил избавиться от всех проблем разом. Не то чтобы он был меланхоликом с суицидальными наклонностями и бесконечными жалобами на «несправедливое» общество, или на отсутствие божественной любви к нему свыше, или на недостаточную заботу родителей в детстве и прочий набор уныния… Он просто не понимал, для чего живет. Да, бывают такие странные люди. Прыгают с высотки и закрывают все накопившиеся вопросы.
И вот Кейси оттолкнулся, вспорхнул и полетел вниз, кувыркаясь в воздухе. Нужно заметить, что падал он с улыбкой и невероятным спокойствием, даже пытаясь разглядеть по пути как можно больше деталей. Его оптимизма хватало и на то, чтобы не забыть представить в мельчайших подробностях, каким образом он приземлится. Очень хотелось упасть лицом прямо в асфальт — думал, картинка быстрее выключится. Но Кейси боялся, что так не получится, потому что его крутило на лету, и на какую сторону он упадет, просчитать было невозможно.
Захватывало дух. Земля надвигалась стремительно. Приближались люди, машины, дорожные знаки, магазины… Он уже примерно понял, куда именно упадет (на тротуар перед желтым такси), закрыл глаза и с широкой улыбкой приготовился встретить конец.
Однако внезапно все остановилось. Он почувствовал это всем телом, но почему-то не испытал ни капли боли и оставался в сознании. Выдержав небольшую паузу, Кейси стал медленно открывать правый глаз. Когда он увидел,
Происходило нечто фантастическое: мир продолжал существовать, вся улица вместе с людьми оставалась оживленной, а он завис в четырех футах от земли, и никто не обращал на самоубийцу никакого внимания. Кейси попытался шевельнуться, повернуться, грести руками, перевернуться, окликнуть прохожих, но все было тщетно. Тело так и застыло в воздухе параллельно земли, лицом вниз, и невозможно было поменять позицию. В этой своего рода невидимой смирительной рубашке Кейси провисел до самого темна, безрезультатно взывая на помощь, даже горло сорвал. Обессилив, он перестал дергаться и шуметь. Перспектива остаться надолго в таком положении повергла его в паническое состояние. Казалось, он видит страшный сон.
— А если это навсегда? — с ужасом произнес охрипший Кейси, вращая глазами по часовой стрелке.
— Может, и навсегда, — раздался отовсюду очень знакомый мужской голос, гулким эхом пронзивший воздух.
Шум улицы исчез, будто у картинки отключили звук, но активная жизнь Кливленда на пересечении Эвклид Авеню и 14-й Улицы продолжалась.
Кейси оживился.
— Что здесь происходит?! — закричал он, безуспешно пытаясь найти взглядом источник голоса.
— Это ты мне расскажи, что здесь происходит, — ехидно ответил голос, и его пронзительный смех потряс качнувшееся многократно пространство подобно раскату грома.
— Кто ты?! — Летун снова принялся барахтаться.
— Это ты мне скажи, кто ты?! — опять с издевкой переспросил голос. — И не ори так — охрипнешь в конец.
— Я Кейси Милан!
— Ты знаешь себя? — сильнее прежнего рассмеялся голос. — Какая новость, вы только поглядите!
— Что все это значит?!
— Не ори, говорю тебе, я все прекрасно слышу. Голова болит уже от тебя, ей-богу.
Кейси вылупился сильнее прежнего — шары один за другим, или одновременно вот-вот стрельнут из глазниц на асфальт, как для мячики для пинг-понга из пушки-тренажера.
— Если ты знаешь себя, зачем тогда летишь вниз? — спокойно вопросил голос, опустив былой сарказм.
— А что делать наверху? — по-своему логично отозвался Кейси.
— Радоваться жизни.
— Легко сказать.
— Не менее легко сделать, если постараться.
Возникла пауза.
— Если я покажу тебе события изнутри, возможно ты поменяешь свое решение, — учительским тоном произнес голос.