Валерий Гуров – Неправильный (страница 12)
Ага, вот и передовой отряд фрицев! Метров двести…
— Не стрелять! Огонь — только по команде!
С лейтенантом есть договоренность: пока немцы не войдут на мост, его пулеметы будут молчать.
Со стороны немцев ударили было два пулемета, но, выпустив по паре десятков пуль, замолкли. Куда стрелять, если никто не отвечает?
Тем временем атакующие уже приблизились к мосту, и кто-то из особенно «умных» решил, что подорванный бронетранспортер и в таком состоянии может представлять неплохое укрытие от пуль.
И, естественно, туда полез…
Самого процесса я не наблюдал, но громкий взрыв подтверждает наличие там вот таких хитро вывернутых. Ну, и всем прочим закономерно досталось: не зря же мы туда чуть не десяток мин понапихали?
И не только внутрь, под днищем тоже штучек пять установить успели.
На этом атака и закончилась — по причине резкого уменьшения количества атакующих.
Снова заработали минометы. На этот раз они почему-то решили обстрелять еще и дорогу, которая вела в наш тыл.
Воспользовавшись этим, сваливаюсь вниз и пробираюсь на позиции Корабельского. Лейтенанта я нашел в окопе: он прохаживался вдоль бруствера, заложив руки за спину.
— Видел, — вместо приветствия говорит он мне. — Отлично все вышло, нам даже и стрелять не пришлось!
— Так это они до моста еще не добрались! Там их тоже всякие фокусы ждут! В принципе, и мост поднять можем…
— А вот это — фиг! Посыльный прибежал только что…
Ага, вот по кому минометы-то работали! Но с моей позиции дорога так далеко не просматривается. А немцы, стало быть, видят… Неприятная новость.
— … подранило его, правда, но не сильно, — продолжает ротный. — Так вот — мост подрывать нельзя!
Здрасьте — я ваша тетя!
— Это с какого вдруг…
— Наши части на том берегу будут прорываться в этом направлении.
Так… И вся моя работа, значит…
— Мины сработали вообще классно!
Ну, хоть так…
— К нам идет помощь, даже пушки обещают прислать. Приказано мост держать всеми силами.
— А если немцы двинут танки?
Лейтенант чешет в затылке.
— Так… Нет же их тут!
— Это сейчас их нет. Вон, бронетранспортеры уже пробовали. И хрен чего у них вышло. Так что фрицы точно не дураки, и про танки, я уверен, подумали уже. Минометы их пока только по нам бьют, вас не трогают. Наверное, просто не знают про вас ничего. Начнете стрелять — они и на вас огонь моментом перенесут. Подумайте над этим!
— Лады, — кивает лейтенант. — У тебя там как?
— Двое легких, пока малой кровью обошлось. В медпункт их оттащили, пока в норме все. Как долго нам тут стоять?
Корабельский пожимает плечами.
— А я знаю? Штаб сообщит…
Пробираюсь окольными путями наверх.
Ну да, штаб, конечно, сообщит… когда-нибудь…
А сейчас все резко меняется.
Блин, до ночи бы дотянуть! Есть у меня задумки!
Вот ведь упрямые минометчики! У них там что — склад под боком? Долбят, не переставая!
Глава 5
Глава 5
Еще одну атаку немцы предприняли уже перед самой темнотой. Правда, совсем неожиданной она для нас не стала. Как только на их берегу что-то пару раз рвануло (сработали наши «сюрпризики»), я тотчас же поднял на ноги всех своих бойцов. Опять же, смолкли минометы — верный признак того, что сейчас пойдет пехота.
При попытках немцев поддержать штурмующих огнем сработали еще две растяжки. Вряд ли они нанесли фрицам большой урон, но свои идеи занять позиции для стрельбы они бросили — и поперли всей толпой на мост.
Тут их и встретили оба наших пулемета.
Практически в упор, метров со ста, по скученной (про бронетранспортер, занимавший половину моста, оставляя лишь два нешироких прохода по бокам, никто не забыл?) цели. А тут еще и рвануло пару раз, моментом сбив спесь с самых безбашенных…
Это с человеком можно воевать. Ты стреляешь в него, он палит по тебе — шансы, какие-никакие, а все же есть. А с миной как воевать? Куда там стрелять?
Словом, и эта атака захлебнулась.
— Слушать меня внимательно!
Осматриваю стоящих передо мной бойцов. Я впервые иду с ними в ночную вылазку и никого из них не знаю. Кроме них, со мною идут и два моих (уже моих, надеюсь) сапера — за них я более-менее спокоен, чай не в первый раз уже…
— Не разговаривать! Только шепотом — и то в крайнем случае! Все сигналы передаем так! — стучу по прикладу винтовки костяшками пальцев. — Три одиночных — все спокойно, свои, идем дальше. Повторить!
Дробь пальцев по дереву.
— Два одиночных с долгим перерывом — стоп! Повторить!
Есть такое дело…
— Два сдвоенных — кто идет? Повторить!
Снова перестук пальцев.
— Быстрая дробь — внимание, противник! Повторить!
Доходит вроде бы…
— Четыре одиночных с долгой паузой — отходим назад! Повторить!
Ни при каких условиях звук удара костяшки пальца о дерево или металл не повторить, и ни с чем это не перепутаешь. Такой звук — это однозначно человек.
Задача у первой пятерки простая: осмотреть тела убитых солдат противника. Собрать патроны для трофейных пулеметов, гранаты и автоматическое оружие, если найдут. После чего отойти к исходным позициям и ждать там нас. При необходимости повторить поиск. Но — не более двух раз.
И заодно перед началом поиска постараться как-то снять колеса с бронетранспортера или испортить их так, чтобы машину невозможно было бы сдвинуть с места.
Вторая пятерка тащит минометные мины, по две штуки каждый. Идут вместе с нами. Дойдя до точки, сбрасывают мины и возвращаются к мосту. Залегают — и должны быть наготове прикрыть нас огнем.
А мы, вся троица, ставим фугасы.
Да, в темноте. Зато нас не видят!
Вот и мост… Осторожно пробираемся вперед, поминутно оступаясь на телах солдат противника. Кто-то шипит сквозь зубы… но этим все и ограничивается.
Перебравшись на ту сторону, ощущаю кислый запах взрывчатки и еще какой-то химии. Химии? Что это такое может быть?
Все, прошли…
За спиной слышу возню — это на мосту орудует вторая пятерка.