Валерий Гуров – Малолетка 2. Не продавайся (страница 61)

Я уложил Тайсона на стол. Пёс слабо пошевелил лапой, голова у него ушла на бок, дыхание стало совсем частым. Кровь на белой шерсти уже не казалась красной, в этом свете она была почти чёрной.

— Доктор, тут огнестрел, — быстро сказала девчонка, оборачиваясь к врачу.

А вот врач не двинулся. Он подошёл ближе, глянул на рану и медленно покачал головой.

— Это огнестрел, — сказал он, словно я сам не заметил. — Вы хоть понимаете, что это такое?

— Понимаю, — отрезал я. — Помогай.

Он усмехнулся, будто я ему предложил вечером поехать разгружать вагон.

— Сначала ты мне объяснишь, что это за собака. Потом объяснишь, откуда у неё пуля. Потом попробуешь доказать, что ты вообще её хозяин.

Я посмотрел на него.

— Сколько?

— Да мне твои деньги не нужны, — он снова покачал головой.

Девчонка уже стояла у стола с приготовленной марлей. Всё было почти готово: свет подведён, место расчищено, инструменты вынуты. Но врач упёрся намертво.

— Ты на собаку посмотри, — сказал он, уже злясь. — Это бойцовский пёс. Видно же сразу. Потом за него ко мне кто придёт? Ты? Или те, у кого его увели? Мне такие приключения даром не нужны. Сегодня ты его занёс, а завтра тут братки в дверях встанут и начнут объяснять, что это их собака и почему я влез не в своё.

— Он сейчас сдохнет, — сказал я.

— Я вижу, в каком он состоянии, — огрызнулся он. — И вижу, что у него пуля. И вижу, кто его принёс. Ты думаешь, я совсем дурак? Сейчас я его вскрою, потом мне расскажут, что собака краденая, а рану она получила на каких-то ваших разборках. Мне это зачем?

Девчонка не выдержала и тихо, но уже с нажимом сказала:

— Серёж, время идёт.

— Я и сам знаю, что время идёт, — рявкнул он на неё, не сводя с меня глаз. — Только потом время пойдёт уже у нас обоих, когда сюда заявятся хозяева этой махины.

Я наклонился к столу и посмотрел на Тайсона. Дышал он через силу. Грудь ходила коротко, рвано, взгляд поплыл.

— Слушай меня, — спокойно сказал я врачу. — Пёс словил пулю, закрывая людей. Сейчас ты его смотришь. Остальное потом.

— Да плевать я хотел на твоё потом, — отрезал он. — Сегодня я полезу в это, завтра меня в подворотне встретят. У меня практика, работа, мать дома больная. Мне такие подвиги не нужны.

Девчонка хлопнула глазами, сжала в руках марлю.

— Может, хотя бы кровь остановим? Хоть что-то…

— Я сказал нет, — бросил врач.

Тайсон на столе хрипло втянул воздух. Я увидел, как у девчонки побледнело лицо. Она уже была готова работать, а этот сопляк в халате всё тормозил, цепляясь за свою правоту и страх.

Я выпрямился, вытер ладонь о штаны и посмотрел на врача уже в упор.

— Последний раз спрашиваю. Ты ему помогаешь?

Он тоже вскинулся, хотя голос у него всё равно дрогнул.

— Я тебе уже всё сказал.

Тайсон тихо ударил хвостом по клеёнке. Я втянул воздух и сразу понял, что ещё полминуты таких разговоров — и пса можно будет уже никуда не тащить.

От автора:

Уволился с работы, мечтал отдохнуть. Затянуло в мир, где орки-гопники, эльфийка-соседка и апокалипсис в обычной панельке. Теперь выживаю в подъезде с ломиком в руках!

Глава 24

Тайсон лежал на столе, дышал всё хуже, девчонка с инструментами была уже на взводе, а этот умник в халате всё ещё пытался выторговать себе спокойную жизнь посреди ночи, когда у него на столе умирала собака. Времени на убеждение у меня больше не осталось.

Я шагнул к нему, взял под локоть и потянул чуть в сторону, к шкафу. Он хотел вывернуться, но поздно. Я коротко всадил ему кулак в живот. Ветеринара сразу сложило пополам. Он захрипел, уткнулся ладонью в колено и вытаращил глаза.

Я наклонился к нему и сказал тихо, но внятно, чтобы дошло с первого раза:

— Ты, видимо, не понимаешь. Собаку нужно прооперировать. И никаких братков не будет, потому что я заберу пса завтра. А если попробуешь дёрнуться, то приход братков будет меньшим из зол. Ты меня услышал?

Он закашлялся, шумно втянул воздух и закивал ещё до того, как выпрямился. Лицо у него сразу стало другим. Весь гонор, всё это «мне не нужны проблемы» куда-то делось очень быстро, как обычно и бывает в подобных ситуациях.

— Я… я сделаю операцию, — выдавил он, уже на «вы». — Сделаю. Только я не оставлю собаку здесь. Извините, мне проблемы не нужны.

— Это уже лучше, — сказал я и отпустил его локоть.

Ветеринар ещё держался за живот, но уже косился на стол. Работать он собирался. Вот это меня уже устраивало.

И тут девчонка, которая всё это время стояла у стола с приготовленной марлей и смотрела то на пса, то на нас, вдруг выдала:

— После операции я заберу собаку к себе.

Врач повернул к ней голову, морщась и всё ещё ловя дыхание.

— Ты рискуешь, Рита. Ты уверена, что хочешь её забрать?

Она кивнула сразу.

— Да.

Я посмотрел на неё внимательнее. Молодая, уставшая, в дешёвом халате, с выбившейся прядью волос. И вот именно она сейчас решила вопрос быстрее и честнее, чем врач со всеми его страхами.

— Спасибо большое, — сказал я. — Я такие вещи не забываю.

Она только коротко посмотрела на меня и сразу отвернулась к столу.

— Тогда не мешайте. Серёж, давай уже. Он уходит.

Врач подошёл к столу, натянул перчатки, велел Рите подвинуть лампу ближе. Всё пошло сразу. Она подала ножницы, он быстро начал выстригать шерсть вокруг раны. Белая шерсть слиплась от крови, и Рита промакивала её марлей, вытирала кровь, открывала доступ. На металлический стол с тихим звоном легли зажимы, пинцет, скальпель. Тайсон хрипло дышал, но пока держался.

Я уже собрался отходить, когда Рита вдруг метнулась к стойке, выдернула из блокнота листок и быстро что-то на нём нацарапала.

— Подождите, — сказала она и сунула бумажку мне. — Вот. Здесь мой телефон. Позвоните завтра.

Я взял листок. Номер был написан торопливо, но разборчиво.

— Позвоню.

— Обязательно, — сказала она, уже снова разворачиваясь к столу. — Потому что если он доживёт до утра, вам надо будет забирать его…

— Доживёт, — сказал я.

— Тогда не сглазьте.

Я на секунду задержался у стола. Тайсона уложили ровнее, шерсть вокруг раны уже выстригли, кровь вытерли, врач с Ритой начали операцию. Ветеринар взял инструмент, осторожно полез в рану, девчонка держала свет, подавала зажим, сразу убирала марлю, чтобы не терять обзор. Они уже искали пулю. Всё. Дальше я здесь только мешал бы.

Я сложил бумажку с номером вдвое и убрал в карман.

— Завтра буду, — сказал я.

Рита коротко кивнула, не отрываясь от стола.

— Идите.

Я развернулся и вышел из ветклиники. Дверь за спиной закрылась, музыка из старой магнитолы сразу стала тише.

От ветклиники я двинулся сразу в гаражный кооператив. Дело шло к ночи, но между рядами железных коробок торчали мужики. Сидели на перевёрнутых ящиках у открытого гаража с бутылкой в руке, на капоте была разложена нехитрая поляна — хлеб, банка кильки, резаный лук на газете, — из дальнего угла хрипела магнитола, гоняя что-то знакомое и уже слегка зажёванное. У соседнего бокса мужик ковырялся в моторе под лампочкой на проводе. Я прошёл глубже между гаражами и в конце прохода наконец увидел машину Шмеля.