Валерий Гуров – Малолетка 2. Не продавайся (страница 5)

Он развернулся и ушёл первым. Я ещё секунду постоял у стены, слушая, как в сарае тяжело дышит Шмель. Неожиданно, конечно, прозвучало его предложение, но любопытно.

Это ещё не делало его своим. До своих Рашпилю было далеко. Слишком многое за ним тянулось, и такие, как он, за один день в новых людей не превращаются. Жизнь в детдоме вообще плохо располагала к чудесам.

Здесь, если человек и менялся, то не красиво, а кусками, через упрямство, выгодные и невыгодные выборы — в момент, когда уже нельзя сидеть на двух стульях и делать вид, что ты просто смотришь со стороны.

Но и пустым местом Рашпиль уже не был. А в нашем раскладе это значило куда больше, чем любые правильные слова.

— Ладно, — тихо сказал я сам себе и оттолкнулся от стены.

Надо было не думать про Рашпиля, а раскладывать, что делать до вечера. Время на такие вещи всегда кончалось быстро. Пока ты его вроде бы ещё чувствуешь и кажется, что успеваешь прикинуть и собрать людей, — время уже уходит.

Когда я вернулся, Игорь уже закончил со Шмелём. Тот снова благополучно отключился, только дышал с коротким сипом, будто даже во сне продолжал через что-то продираться.

Игорь сидел на табурете, упершись локтями в колени, и смотрел в пол перед собой. Когда я вошёл, он поднял на меня глаза.

— Что там?

Я ходить кругами не стал.

— Под вечер мне стрелку забили.

Игорь сразу подобрался.

— Кто?

— Через рыночного бегунка передали. Босяки с рынка хотят базарить на пустыре за гаражами.

Игорь аж со стула встал.

— Не ходи.

— Пойду.

— Ты вообще слышишь, что я говорю? — возмутился он. — Это ж галимая подстава.

— Конечно, подстава.

— Тогда на кой-чёрт туда соваться?

Я посмотрел на него спокойно.

— Потому что если я сейчас не выйду, подумают, что мы зассали.

Игорь ничего не ответил сразу, только смотрел на меня молча с упрямым выражением. Мой ответ ему не нравился, но мимо логики пройти он тоже не мог. Мы оба понимали одну простую вещь: в таких делах отказ от выхода никогда не означает, что драки не будет. Это значит только одно — место драки выберут уже без тебя, время тоже, и условия будут не твоими.

Игорь выдохнул и опустился обратно на стул.

— Ладно. Допустим. Но с какого хрена в этом раскладе рядом ещё и Рашпиль?

Вот этого я и ждал. Не сам вопрос даже, а то, как быстро Игорь к нему пришёл. Значит, уже начал разбирать расклад по частям.

— Именно поэтому и рядом, — сказал я. — Если он мутит, то у меня под рукой будет. Если не мутит… пригодится.

— Или вот как раз под рукой ответит нежданчиком.

— Если бы хотел неждануть, не приходил бы сам, — ответил я. — Передал бы через кого угодно и смотрел бы со стороны.

Игорь нахмурился.

— Может, он специально так и играет? Чтобы мы расслабились?

Я кивнул, не отрицая очевидного.

— Может. Потому и не делаем из него брата навек. Но и выкидывать в сторону сейчас тоже глупо. Он знает, что происходит на рынке, и уже засветился рядом со мной. Поэтому назад к своему прежнему раскладу ему теперь не вернуться просто по щелчку. Такие люди самые полезные ровно тогда, когда ещё не свои, но уже и не чужие до конца. На них надо смотреть внимательно, а не отталкивать по привычке.

Игорь помолчал. За это время Шмель на матрасе едва заметно дёрнул плечом и снова затих. Снаружи кто-то пробежал мимо, во дворе заорали, но сюда всё это доносилось как из другого мира.

— И сколько нас пойдёт? — мрачно спросил он наконец.

— Немного.

— Это сколько?

— Столько, чтобы не привезти за собой весь детдом, — улыбнулся я.

Игорь снова поднялся с табурета.

— Я с тобой.

Я усмехнулся одними уголками рта.

— Это и так понятно.

— Тогда собираем своих? — спросил он.

— Собираем.

— Здесь кто останется?

— Потом решим. Сначала соберём людей.

Игорь уже шагнул к выходу, но у самой двери задержался и обернулся.

— Всё равно хреново пахнет, Валер.

— А хорошо такие вещи и не пахнут, — хмыкнул я.

Игорь криво усмехнулся.

— Тоже верно.

Мы вышли из сарая.

Собрались быстро. Шкет притащил Копыто, Игорь и так уже был рядом, а Рашпиль подошёл сам, без приглашения, но и не полез вперёд. Встал чуть в стороне.

Очкарика я звать не стал. На стрелке нужны были не те, кто лучше работает языком и головой, а те, кто не поплывёт, когда запахнет жареным. У Очкарика были свои задачи, и цена у него пока была другая. Всё сразу в одну кучу валить было глупо.

Я обвёл всех взглядом и начал без раскачки:

— Под вечер выхожу на стрелку на пустырь за гаражами. Босяки с рынка хотят базарить.

Копыто сразу нахмурился, посерьёзнел.

— Толпой идём?

— Нет.

— Тогда как?

— Формально пойду я один.

Шкет хмыкнул, но промолчал. Пацанёнок уже успел понять, что в моём исполнении слово «формально» почти никогда не означало, что человек действительно остаётся один.

Игорь спросил сухо:

— Остальные?

— Остальные не светятся до нужного момента.