Валерий Гуминский – Вик Разрушитель 8 (страница 9)

Напитав холодные участки огнём, я расслабился, ощущая себя как после хорошей драки — измочаленным и, как ни странно, удовлетворённым от успешной медитации — и медленно стравил лишнюю энергию в воздух, отчего сама по себе зажглась люстра под потолком. Правда, тут же и погасла.

Я медленно выставил перед собой ладонь и чуть-чуть толкнул её вперёд. Огонёк свечи колыхнулся от спрессованной массы воздуха и потух. В комнате не было темно. Фонари вдоль парковых дорожек давали достаточно света, поэтому мне не пришлось сбивать мебель. Зажёг настольную лампу и вдруг понял, что нужно как следует охладиться. Чжан Юн предупреждал о некоторых побочных явлениях после таких манипуляций. Теперь мне стало понятно, почему отец живёт с тремя жёнами, и не понимаю, почему многие одарённые отказались от полигамных отношений на законных основаниях. Усиление Рода многочисленными отпрысками — это одна из причин. Но вторая, мне кажется, перевешивает всё остальное. У сильного одарённого магия клокочет и вырабатывает столько сексуальной энергии, что людей разных полов поневоле тянет друг к другу до изнеможения.

Отец один из немногих оставшихся князей правильно понимает, как нужно регулировать энергию своего Дара, а другие, поддавшись веяниям европейской культуры, стали приверженцами моногамного брака. Оттого и бастардов расплодилось по Руси-матушке, что императрице пришлось засучить рукава и выискивать полукровок и пристраивать их к делу. Если ради интереса поспрашивать офицеров императорской гвардии насчёт родителей, то, наверное, каждый двадцатый точно окажется незаконнорожденным.

Эти мысли роились в голове, пока я стоял под душем, не замечая холода, сковавшего тело. Если следовать таким рассуждениям, то мне сама ситуация велит создать полигамную семью. Зачинатель младшей ветви Рода Мамоновых имеет право стать обладателем нескольких жён. Вопрос в другом: а даст ли император разрешение на создание нового Рода Волховских-Мамоновых? Это ведь его прерогатива. Мстиславские охотно дают дворянство бастардам, служащим на благо Империи, и очень ревностно следят за тем, чтобы не раздавать подобные привилегии кому попало. Потому что в моём случае появится новый княжеский Род. Думаю, отец решит этот вопрос. В любом случае мой титул никто не отберёт.

Я насухо вытерся жёстким полотенцем, разгоняя кровь, и потопал в постель. Завтра у нас две контрольные, а потом ещё в Прокшино ехать. Выкинув из головы все мысли, сосредоточился на Алтаре, и через пару минут почувствовал ласковое прикосновение к вискам, словно дуновение прохладного ветерка. Источник радовался общению, то погружая меня в плотный ватный кокон, покачивая на невидимых сильных руках, то возносил вверх, то пытался провести через астральные завихрения, наполненные многочисленными яркими субстанциями. Я сначала не понял, что они означают, но потом догадался. Магический эфир был забит бесконечным множеством мыслеформ одарённых. Возможно, кто-то таким образом общался, а кто-то просто путешествовал в недоступных для многих людей мирах. Мне стало интересно: а если я достану слепки Арины, Лиды, Вероники и Нины, смогу ли отслеживать их? Это что получается, мои ментальные возможности усиливаются?

Источник незаметно убаюкал меня, и спал я крепко, без сновидений.

3

— Не забудьте, в два часа как штык на месте, — предупредил я Игоря, сидевшего за рулём внедорожника. — Едем на экскурсию. Пообедаем где-нибудь в придорожном кафе, чтобы время не терять.

— Будет сделано, — ответил Яким, сидевший в пассажирском кресле.

Я выскочил из машины и бодро зашагал по дорожке к лицею, здороваясь со знакомыми парнями из своего и параллельных классов. Нагнал Захарьиных Даньку и Нину. Заметил, что с того происшествия они постоянно рядом. Брат взял на себя функцию защитника, несмотря на то, что их отец приставил к ним четвёрку крепких парней, бывших военных, заключив с ними контракт. А вот в самом лицее Даня ни на минуту не сводил взгляда с сестры.

— Здорово, близняшки! — я хлопнул по плечу парня.

— О, здорово, Андрюха! — оживился Захарьин.

— Привет! — улыбнулась Нина и сразу захлопала ресничками. Она, как всегда, выглядела безупречно в форменной одежде. В её глазах я прочитал радость и желание побыть со мной рядом как можно дольше. Прогулка на воздушном шаре как-то по-особенному сблизила нас. — Ты что, на курсы омоложения ходишь?

— С чего бы? — удивился я. — Куда мне молодиться-то? Я и так хорош собой!

Данька хохотнул и пихнул меня в бок. Дескать, ну ты и отжигаешь.

— Я вижу, что у тебя старые ссадины пропали, шрамик над глазом совсем исчез, — заметила девушка.

— А-аа! — воскликнул я, чтобы скрыть замешательство. Не вчерашние ли манипуляции с энергией повлияли? В зеркало-то особо не смотрелся. — Это у меня в саду яблоки молодильные растут. Кушаю периодически. Хочу до ста лет выглядеть как сейчас.

— Дурачок, — как-то уж совсем ласково обозвала меня Нина, а Данька посмотрел на неё удивлённо.

Мы зашли в холл, забитый учащимися. Стоял гомон, топот ног, дежурный администратор просил всех побыстрее разойтись по классам.

— Ты иди, а мы догоним тебя, — махнул Захарьин сестре, и та, недовольная, отдала свою курточку в гардероб, и задрав подбородок, прошла мимо нас. Но хотя бы показала покладистость. А Данька схватил меня за руку и увлёк за угол. — Слушай, Андрюха, я про Источник что хочу спросить. Когда мне Нинка рассказала, как ты посоветовал ей сделать упор на Воду, а она рассказала бате, я пальцем у виска покрутил. Батя, правда, ничего не сказал, только ухмылялся загадочно. Как ты такой вывод сделал? Я на сеструху надавил, она призналась, что тайно вместе с отцом к Алтарю подходила, и Источник ей Воду определил как главную Стихию. Но такого же не может быть! Господин Брюс чётко дал понять, что мы «огневики».

— Данька, — я постучал пальцем по его лицейскому значку, — ты об этом никому, надеюсь, не рассказывал?

— Я дурак, по-твоему? — обиделся Захарьин.

— Не дурак. Вот и дальше молчи. Мало ли я чего говорил Нине. Тыкнул пальцем — и угадал.

— Ври больше. Ты явно умеешь определять направление развития Дара. Тебе надо прямиком в Магическую Коллегию идти работать после лицея.

— Увольте меня! — я шутливо выставил перед собой ладони. — С ума сошёл? Нет у меня таких способностей.

— Ага, рассказывай, — ухмыльнулся Данька. — Слушай, Андрюха, я буду нем как могила. За то, что ты нас спас, низкий поклон до земли. Не знаю, как тебе удалось взрослых мужиков уделать, но это было эпично. Знай, что если понадобится моя помощь — зови, не раздумывай.

Я внимательно посмотрел в глаза Захарьина, отчаянные и решительные, потом протянул руку. Мне нужны верные союзники и друзья, и Данька должен стать первым кирпичиком в монолитной стене моего будущего. Тем более, он был нормальным парнем, разве что излишне скромным и тихим. Учась в одном классе с одарёнными, трудно выйти на первые роли.

Захарьин пожал мою руку и расплылся в улыбке. «А ведь он хитрец, подумал я. — Наслушался разговоров про возвышение Мамоновых и сориентировался. Но стоит ли его за это обвинять? Молодец, правильно делает».

— А Нинка к тебе неравнодушна, — подмигнул одноклассник. — Давно тебе хотел сказать… Правильно сделал, что ухаживать за ней стал. Не буду возражать.

— Не будет он возражать, — передразнил я. — Ты девушек не знаешь? Что взбредёт в голову — ничем не выбьешь. И тебя спрашивать не будет, как ей поступать.

— Ладно, ладно, — рассмеялся Данька, успокаивая меня. — Я вижу, у вас отношения неплохие. И да, отец напоминает, когда ты к нам в гости на обед придёшь?

Ой, блин, ещё и это! Совсем забыл о своём обещании посетить Захарьиных. А надо. Мне интересно «прощупать» Источник и заставить его подружиться с Ниной в приоритетном порядке. Потому что скоро Брюс со своими специалистами начнёт окончательную настройку, и тогда девушка получит усечённый Дар. А этого допустить нельзя. Разрушая — создавай. Вот мой девиз. Кстати, его надо к будущему гербу присовокупить!

— Когда Коллегия приедет к вам для настройки?

— Сказали, будут в конце следующей недели.

— Уф, — я перевёл дух, — тогда я могу к вам на ужин напроситься пораньше? Потому что на выходных я дико занят.

— Не вопрос, поговорю с отцом, — обрадовался Данька, и в этот момент заверещал звонок на первый урок.

Мы рванули наверх и ворвались в класс, облегчённо вздыхая. Географичка запаздывала, поэтому повезло. Я рухнул за парту и успел подставить ладонь, по которой с размаху влепил своей ладонью Мишка Кочубей.

— Привет, Ваше Высочество, Ника, — я повернулся и подмигнул девушкам, которые с некоторых пор сидели вместе. — Здорово выглядите!

Лидия фыркнула и постучала пальцем по часикам, на что-то намекая. Я наморщил лоб и пожал плечами, дескать, не понимаю. Вероника только улыбнулась.

Вошла солидная географичка в элегантных очках с тонкой посеребренной оправой, строго оглядела нас — и учебный день начался. Иногда хорошо, что нас нагружают материалом по макушку. Некогда думать на отвлечённые темы. Когда прозвенел звонок на длинную перемену, все облегчённо выдохнули.

— Пошли в столовку! — Мишка Кочубей, как самый голодный, сорвался с места и рванул на выход. — Я займу очередь, а вы — стол!

— Вот неугомонный! — Данька покачал головой, но тоже поспешил следом.