Валерий Гуминский – Вик Разрушитель 8 (страница 56)

Девчонки рассмеялись, обступили меня с двух сторон и едва ощутимо прикоснулись губами к моим щекам, но так, едва-едва, чтобы я ощутил запах духов и волнующий флёр свежести и молодости. Телохранители Великой княжны сделали вид, что ничего не случилось. Современная молодёжь не боялась показывать свои эмоции, отчего старшее поколение пыхтело, как кипящий самовар.

Я подвёл девушек к «Фаэтону», но сначала открыл переднюю дверь, взял букеты, лежавшие на кресле, и вручил белые розы Лидии, Арине — бордовые. Пока барышни охали, уткнувшись носиками в пушистые бутоны, я распахнул заднюю дверь, приглашая их занять места в машине. Аккуратно закрыл дверь, сел рядом с Владом, повернулся и спросил:

— Куда поедем? Есть пожелания? Только давайте сегодня без клубов и тусовок! Впрочем, если хотите танцевать и пить коктейли — подчинюсь большинству.

— Зачем нам скучный сопровождающий? — хмыкнула Арина. — Можно съездить на Воробьёвы горы, там и парковая зона есть, и всякие разные кафешки.

— Покровский парк подойдёт? — я посмотрел на княжон, которым, судя по взглядам, было всё равно, куда ехать. Они почувствовали свободу, пусть и контролируемую, поэтому особо не спорили. — Там есть Бобровая тропа, можно запруды посмотреть, а повезёт — бобров увидим. А то и олешков.

— Едем! — какая же девочка не любит всяких зверушек!

Я кивнул. Мне хотелось о многом поговорить, поэтому лес или тихий парк для этого подходил более всего. А танцпол или шумный клуб настраивает на совсем другие желания. Влад уловил мой жест, завёл мотор, аккуратно развернулся на широкой дороге и под оживлённый разговор девушек погнал «Фаэтон» на северо-запад к Химкам. Даже решил понаглеть, прибавив скорость. Не думаю, что при таком сопровождении нас тормознут. В дорожной полиции не дураки служат. Они тоже знают, кому принадлежат номера следующих за нами машин. Правда, протокол сопровождения требует, чтобы впереди шёл какой-нибудь бронированный «Сенатор» и расчищал дорогу. Нарушение протокола? У меня были свои мысли на это счёт. Подозреваю, скоро к нашей кавалькаде присоединятся сотрудники ГСБ.

Не доезжая до Химок, мы свернули на объездную дорогу, чтобы попасть в Покровский парк не со стороны водохранилища, а с той, где лесной массив принимал дикий вид. Тем не менее, здесь тоже пытались облагородить его. Появились тропы здоровья, по которым бегали местные энтузиасты, но я хотел прогуляться с девушками по «тематической», чтобы показать им бобровые хатки, а то и самих грызунов. Слышал, даже косули сюда забредали, но это вряд ли. Слишком близко к городу.

Я покосился в зеркало и отметил, что за нами едет один чёрный «Сенатор» охраны Великой княжны и мои парни на «Авроре». Остальные куда-то пропали. Наверное, свернули и поехали в обход, чтобы перекрыть северный фас парка.

Когда мы подъехали к комплексу зданий, протянувшихся вдоль забора, я попросил Влада поставить машину на парковку, благо она здесь была, и оказалась забита транспортом. Люди в выходной день тоже не хотели сидеть в бетонно-кирпичных стенах, и я их понимал. Осенние дожди на подходе. Потом зарядит так, что неделями мокрая хмарь над городом висеть будет.

Наша охрана грамотно распределилась таким образом, чтобы держать нас на виду, но не подходя совсем уж близко. Я открыл дверь, чтобы помочь княжнам выйти. Девушки благоразумно оставили цветы в машине, и мы направились через открытые ворота в парковую зону. Контролёрша в тёплой куртке опасливо зыркнула на нас, когда я протянул ей деньги за вход. Символическая плата уходила на содержание парка, как гласил информационный стенд со схемой тропинок.

Шутя и веселясь, девчонки сразу начали осыпать меня листьями, которых здесь было неимоверно много. А я обстреливал их сосновыми шишками.

— Ну, ладно, — когда княжны запыхались и раскраснелись на свежем воздухе, я взял их под руки, и медленно повёл по дорожке вглубь леса. — Теперь можно и поговорить о серьёзном. Здесь никто не подслушает.

— Заговорщик, — фыркнула Лидия, прижимаясь ко мне с правого бока.

— Не мы такие, жизнь такая, — философски заметил я. — Арина, я подумал над предложением Прозоровского. Заманчиво, конечно, сразу же обогатиться на триста тысяч…

— Полмиллиона, — тут же отреагировала Голицына. — Я подумала, ты всерьёз говоришь об откупных, и сразу позвонила Анатолию Ярославичу. Он, как ни странно, обещал поговорить со своими коллегами. Думаю, вопрос будет решён положительно.

— Ариш, ты в самом деле решила, что я сдам игру? — я рассмеялся, глядя на зардевшуюся княжну. — Будь я до сих пор Викентием Волховским, попавшим в приютский дом в корзинке, то, возможно, согласился бы на предложение. Плевать, что обо мне подумают. Но сейчас я представляю Род, держащий огромную территорию на русском востоке. Да, особой любви к семье у меня нет, и не скрываю этого. Только это не повод уничтожать репутацию Мамоновых. Меня, наверное, за идиота считают?

— Просто они тебя неправильно просчитали, — погладила меня по руке Арина. — Я ведь тоже анализировала ситуацию, и пришла к мысли, что ты откажешься слить бой. Но хотела услышать твоё решение.

— Буду драться с Лосём, как и положено, — я вдохнул в себя пьянящий и терпких запах леса, насыщенный прелью и сыростью. — Если победит меня честно, даже рад буду.

— Лось — «водник», с широчайшим спектром боевых техник, — Голицына словно досье читала. — К тому же на нём будет броня от «Экзо-Стали», а она кое в чём превосходит изделия «Техноброни». Но слабые места тоже найти не проблема. Например, бронепластины по бокам очень слабые.

— За счёт усиления грудных? — тут же сообразила Лида, навострившая уши.

— Да, фронтальная броня гораздо толще, поэтому Лось любит атаковать всей массой, увеличивая её с помощью техник, — кивнула Арина. — Что делает его уязвимым с боков.

— Но к которым он подобраться не даёт, — хмыкнул я, давно поняв, к чему клонит княжна Голицына. — И есть опасение, что какой-то Волхв вскроет недостатки «Экзо-Стали». Только не понимаю, к чему такие танцы. Покумекать головой и сделать нормальный бронекостюм с минимумом недостатков, некритичных в эксплуатации — не судьба?

— «Экзо-Сталь» хочет выиграть военный заказ на пять тысяч ППД, — проявила осведомлённость девушка.

— Но это самое настоящее вредительство! — возмущённо воскликнула Лида. — В настоящем бою потери пилотов будут огромными, стоит только противнику узнать слабые места бронекостюма!

— Тогда тем более, я не могу проиграть, — меня тоже накрыла волна возмущения. За такие вещи надо на каторгу всю верхушку концерна отправлять. — Буду разматывать Лося на виду всей публики.

— Никто за такие вещи на каторгу не отправляет, — спокойно ответила Арина. — Если бы они подкупили комиссию, сознательно идя на преступление, тогда — да. Однозначно на каторгу. Но, я думаю, эта модель имеет недостаток, который нельзя исправить по каким-то причинам в одночасье. Тендер состоится через два месяца, поэтому директорат «Экзо-Стали» решил рискнуть, чтобы его выиграть и исправить проблему до его начала.

— Его ещё надо выиграть, — фыркнула Лидия, внимательно вслушиваясь в разговор. — А то все заморочки яйца выеденного стоить не будут.

— В любом случае будь готов к тому, что он тебя не подпустит к уязвимым местам, — предупредила Арина. — Но это только часть проблемы. Андрей, кураторы — люди столь же опасные и гадкие в своих низменных желания обогащаться на лжи и коррупции, насколько же богаты, знатны и влиятельны в высших кругах. Вся «Железная Лига» — тот ещё рассадник зла.

— Я могу поговорить с дедушкой, и он прихлопнет гнездовище одной рукой, — воинственно заявила Лида. — Я не потерплю, чтобы моего будущего мужа шантажировали и запугивали какие-то высокородные ублюдки.

Арина фыркнула и весело засмеялась, запрокинув голову. Великая княжна удивлённо на неё посмотрела и толкнула меня локтем, дескать, не истерика ли у ней?

Но никакой истерики не было, конечно же. Голицына перестала смеяться и показала рукой на табличку «Бобровый пруд».

— Давайте туда сходим, бобров посмотрим!

Мы свернули на едва хоженую тропку, и я выдвинулся вперёд, отодвигая низко нависающие ветки деревьев и кустарников, чтобы они не прилетали в лицо девушкам. Интересно, а не сами ли бобры протоптали себе дорожку? Моё предположение окрепло, когда я увидел свежие пеньки от перегрызенных берёзок и осинок. Зверушки явно строили себе домики в преддверии наступающей зимы.

Впереди в редких просветах мелькнула свинцово-серая гладь пруда. Я прокрался вперёд чуть ли не до самого уреза воды, и осторожно выглянул из-за кустов. Разглядел бобровую плотину, но самих зверьков пока не видел. Но зато разглядел кое-что другое.

На противоположном берегу мелькнули три фигуры в охотничьих камуфляжных костюмах. Они передвигались вдоль пруда, тоже тщательно маскируясь. Но в руках одного из них я заметил двуствольное ружьё. Неужели браконьеры? Похоже, нет, обычные дачники из садоводства, что расположено севернее. Обнаружили бобров и решили истребить их ради шкурок. Вот идиоты, да они выстрелами привлекут егерей и княжескую охрану. Но сейчас-то рядом со мной девчонки, за которых отвечаю головой!

— Ты чего тут застрял? — услышал я за спиной шёпот Арины и едва не подскочил от неожиданности, так она неслышно подобралась. — Бобров увидел?