Валерий Гуминский – Вик Разрушитель 11 (страница 77)

— Давай, ты сможешь, — подбодрил его я и негромко добавил: — Если почувствуешь что-то необычное — не пугайся, действуй резко и быстро.

— Ох, мутишь ты что-то, Мамонов, — хмыкнул Буремский и, подхватив мешок, легко взбежал на бревно.

Моя идея заключалась лишь в том, чтобы помочь Ивану удержаться наверху после ударов. Для этого пришлось потихоньку спрессовывать Силой ядра воздух и проталкивать его в сторону бревна. Признаюсь, было трудно манипулировать потоками энергии под взором соперника и тех, кто находился на стене. Любое странное движение руками сразу вызовет множество вопросов. Пассы — один из элементов магического воздействия. Их трудно спутать с чем-то другим. Пришлось идти на хитрость. В первую очередь погружаюсь в пустоту, чтобы в ней сформировать необходимое количество энергии и с помощью раскрытой ладони, опущенной вниз, толкать её в сторону бревна. Пока Буремский сдерживает атаки противника, да и сам контратакует. Оба шатаются, но падать и не думают. Цепкие парни.

Медленно подвожу «платформу» к снаряду и равномерно распределяю её таким образом, чтобы Иван при неудаче не свалился сразу вниз, а почувствовал упор под ногами и сбоку. Со стороны это качание может вызвать подозрения, но вряд ли судья сможет «увидеть» в нём действие магии. Скорее, глаза начнёт протирать от удивления.

Я не считал, что поступаю неправильно. Против нас выставили подготовленную команду с явным расчётом показать своё превосходство в силе и ловкости. Учитывая, что мы вообще не планировали развлекаться подобным образом, маленькие хитрости позволены. Не Харальд ли придумал подобную забаву?

В этот момент Буремский получил весьма ощутимый удар мешком, покачнулся, правая его нога соскользнула с бревна и… княжич не свалился, как ожидал противник. Реакция у княжича Ивана была отменной. Он не стал озираться по сторонам, выясняя, кто ему помог удержаться наверху. Балансируя одной ногой на весу, княжич со всей дури шарахнул своим мешком по «викингу». Тот отшатнулся, пытаясь уйти от удара, и сам улетел вниз. Умело сгруппировался, чтобы не травмироваться, и с тяжёлым шумом рухнул в воду. «Оказывается, и „танки“ умеют падать», удовлетворённо подумал я, готовясь к бою. Платформу из спрессованного воздуха убирать не стал, потому что самому пригодится. Во время драки некогда заниматься посторонними делами. Быстро «влил» побольше энергии.

— Не знаю, как ты это сделал, но спасибо, — подойдя ко мне, чуть слышно проговорил Буремский. — Как насчёт пива вечером? Угощаю.

— Не откажусь, — я усмехнулся и бодро направился на бревно, захватив по пути последний мешок для нашей команды. Он был довольно увесист, плотно набит соломой — ладно, что не песком. С этих чокнутых «викингов» сталось бы сделать подобное.

На бревне уже стоял очередной «танк», со зверской ухмылкой покачивающий мешок. Держал он его в правой опущенной руке, готовясь нанести резкий боковой удар. Я же не стал ждать, когда ему приспичит атаковать. В моих руках сконцентрировалась довольно много Силы от раскочегаренного ядра. Оставалось только взмахнуть мешком и влепить им по левому плечу рекрута. Даже не ожидал, что его снесёт, как пушинку.

«Танки» не только падают, но и летают', исправил я своё первое утверждение и быстро сбежал с бревна на землю, заодно «рассеяв» платформу. Подойдя к краю ямы, протянул руку сопернику, чтобы помочь ему выбраться из воды.

— Ты как, живой? — спросил я.

«Викинг» выплюнул попавшую в рот воду и проворчал:

— Du är galen! Var kom den här ifrån?[1]

— Ну ты чего? Не лайся, — улыбнулся я, и парень цепко схватился за меня, поднялся мокрый с головы до ног. А потом облапил меня, прижав к себе. Вроде как дружеские объятия показал, но на самом деле проявил коварство, замарав костюм потёками грязной воды.

Устроитель с грустными нотками объявил о победе «доблестных русских витязей», не побоявшихся принять вызов «Хирда». А это тоже говорило о том, что мы соревновались не с уличными парнями, а с подготовленными спортсменами, или кем они здесь считаются.

В раздевалку я пошёл уже со своими телохранителями, ожидавшими меня неподалёку от тренажёра-бревна. Яким с Василием проверили пустое помещение, и только потом разрешили мне зайти. Я скинул грязную форму и помылся в душе под горячей водой. На лавке рядом с душевой лежали запечатанные в целлофан банные полотенца. Я вскрыл один пакет и вытерся.

Буремский и остальные уже ушли на трибуны, и я посидел в одиночестве, чтобы голова просохла. А сам всё гонял мысль, почему судья или устроитель не объявили о моём мухлеже. Как обычно делаю, выделил две основных теории. То ли на самом деле не заметили, или же им дана команда «не обращать внимания» на попытку применить магические или какие-то другие сверхспособности русских. Возможно, Харальд очень тщательно присматривается к будущему зятю не только как к Антимагу, а и как к воину и мужчине, который сможет защитить Астрид, а принцесса подыгрывает отцу.

Потрогал волосы, ещё чуточку влажные, неторопливо оделся и вышел на улицу. Личники привычно организовали «коробочку» и сопроводили к «Вольво». Девушки захлопали в ладоши, выражая свою радость от победы, а потом каждая из них поцеловала меня. Даже Астрид, чуточку засмущавшись, чмокнула в щёку.

— Какие ещё планы на сегодня? — спросил я принцессу, когда мы сели в машину.

— Сейчас в отель. Пообедаете, отдохнёте немного, а потом я хочу показать вам «Кузницу Дрейка». Это очень старая кузня, ей уже лет триста, не меньше, — пояснила Астрид. — Раньше там изготавливали шпаги, палаши, разнообразные клинки для дворян и воинов. В последние годы хозяин берёт заказы только у знатных и богатых людей.

— Но не этим же знаменита кузница? — поинтересовалась Арина.

— Да, не только этим, — улыбнулась Астрид. — Стейн — так зовут старшего кузнеца — вплетает руны в железо, чтобы оно стало невероятно прочным и острым. Чем старше клинок, тем лучше проявляются его основные качества. Например, я видела собственными глазами палаш восемнадцатого века. Он настолько острый, что может перерубить железную арматуру толщиной в два пальца, причём не моих, а мужских…

Она для достоверности показала свои длинные тонкие пальчики с нанизанными на них кольцами.

— Меня папа предупреждал, что не стоит прикасаться к лезвию такого оружия. Иначе пальцы посыплются на пол, как стручки гороха, — добавила кронпринцесса, а потом обратилась ко мне: — Ивар Гизингер отозвался о вашей команде с большим уважением. Говорит, что для неподготовленных к перетягиванию каната «золотых мальчиков» вы очень быстро нашли противоядие. Кстати, «Хирд» постоянно выступает в подобных соревнованиях. У нас даже чемпионат проводится. Сотни команд съезжаются, чтобы выиграть главный приз.

— Андрей в Якутии выиграл состязания по шестовому бою, — похвасталась Нина.

— Как здорово! — Восхитилась принцесса. — У нас лопари очень любят на шестах биться. Жаль, что сейчас между нами большие противоречия…

— Не-не! — я решительно выставил перед собой руки. — В этом году я уже точно не возьму шест! Разве только Нину потренировать.

— А ты тоже им умеешь пользоваться? — Удивилась Астрид, не ожидавшая от скромной брюнетки подобного увлечения.

— Как боец я не ахти, — призналась Захарьина, — но как держать чонбон, и как им бить — знаю.

— Чонбон? — принцесса наморщила лоб. — Это что-то китайское?

— Корейское, — поправил я Астрид. — Да в Азии столько разновидностей и названий, что нет смысла запоминать. Шест, он и есть шест.

Мы доехали до отеля, и Астрид вдруг высказала желание пообедать вместе с нами. Персонал пришёл в возбуждение и забегал, предлагая кронпринцессе отдохнуть и привести себя в порядок в личных королевских апартаментах. Оказывается, любой отель в Скандии обустраивал такой номер на случай приезда кого-то из членов Рода Инглингов.

Договорившись встретиться на обеде, мы разошлись по номерам. Я предупредил личников, что буду в душе. Пока стоял под тугими струями воды, заново прокручивал в голове историю с разорванным канатом. Меня интересовало, заметили устроители подвох или приняли как должное столь удивительное происшествие. Ведь канат на самом деле был очень прочным. Я и рассчитывал перетянуть «Хирд» на нашу половину, а вместо этого создал напряжение в волокнах, разорвав молекулярные связи. Хм, пожалуй, надо занести в тетрадку этот интересный случай. Он не относится к проявлению антимагии, зато может смело войти в арсенал моих боевых искусств.

Я надел джинсы и рубашку, держа в памяти поездку в какую-то кузницу. В ожидании приглашения на обед посмотрел телефон. Петрович прислал отчёт. В усадьбе всё спокойно, злодеи не пытаются разрушить родной очаг. Щенки растут, но кинолог жалуется, что у них стали проявляться какие-то странности в поведении. Командир боевой группы не пояснил, что за странности, видимо, решив рассказать всё после нашего возвращения. А я, кажется, понял. Зачаток антимагического ядра, который я ненароком «подсадил» каждому из щенков, стал развиваться. Вот кинолог и не может понять причину «странностей». Он же обычный дрессировщик, с магическими зверями никогда не занимался.

— Эд, когда поедем в кузницу, оставь ночную смену в отеле, — решил я.

— Тогда вас буду сопровождать я, Василий и Влад, — кивнул старший личник. — Остальным — отдыхать!