Валерий Гуминский – Вик Разрушитель 10 (страница 69)
— Как скажете, — чуточку разочарованно пожал плечами Глава. Кинул взгляд на братьев, на мгновение опустил веки и бодро выпалил: — Мы обговорили ваши условия, Андрей Георгиевич, и пришли к единому мнению, что продать отцовский участок будет самым лучшим вариантом. Но, как всегда бывает, ваше предложение по цене требует корректировки.
— Вы хотите благородно уменьшить стоимость участка? — невинно спросил я.
Стрешневы рассмеялись, оценив шутку.
— К сожалению, так не работает, — покачал головой Борис Михайлович. — Вы предлагали триста тысяч за землю, но после консультаций с опытными маклерами решили, что цена… гм, несколько занижена.
Ха-ха, я так и думал, что разговор о моей «благодарности», выраженной кругленькой суммой, он не станет перед братьями поднимать!
— Болото, неудобное расположение, ежегодное затопление — эти факторы влияют на более низкую цену, чем предложил светлый княжич, — Виктор Олегович сжал губы. — Налицо попытка повлиять на сделку. Александр Михайлович, у вас в Вологодской губернии за такой участок едва ли дадут сто тысяч.
— Не сравнивайте провинцию со столицей, — средний брат решительно взялся за графин и разлил водку в рюмки.
— И в мыслях такого не держал. Но существует этическая сторона договорённостей между благородными господами. Андрей Георгиевич и Борис Михайлович сошлись на цене в триста тысяч, но ваш брат попросил время, чтобы обговорить её. Однако светлый княжич сразу предупредил, что повышение цены за пустырь, где происходят неприятные вещи, неприемлемо. Тем не менее, вы пытаетесь извлечь собственную выгоду.
— Про какие неприятности идёт речь? — насторожились братья, вычленив из речи управляющего главное.
— Призраки одолели, — небрежно бросил я. — Или как назвать энергетические субстанции, мечущиеся по пустырю? Фантомы? Мой Источник на них очень плохо реагирует. Он же настроен защищать родовую усадьбу от атак неизвестного происхождения, а я и мои люди вынуждены жить в постоянном напряжении. Знаете, непрерывное излучение магического фона очень плохо влияет на здоровье людей. Я бы занялся зачисткой этой пакости, но меня сдерживает лишь статус земельного участка. Хозяева-то вы, а значит, я имею право требовать от вас навести порядок. Как-никак, соседи…
В этот момент удачно появился официант с подносом, на котором стоял кофейник, три чайных пары и бисквиты. Куан позаботился, справедливо посчитав, что к благородному напитку лучше всего подойдут пирожные. Я с удовольствием наблюдал за растерянностью Стрешневых. Они о чём-то шептались, склонившись друг к другу, пока официант наливал нам кофе. Неплохой у меня экспромт получился. Пусть теперь выкручиваются. Жаль, придётся-таки курицу под нож пустить. Вези теперь братьев в Сокольники, чтобы продемонстрировать им этих самых призраков. Хотя… Ведь у меня есть элементали! Они такие потешные, когда играют. А что, если дать им приказ немного шугануть Стрешневых?
Настроение у меня поднялось, но я и виду не подавал. Официант, косясь на молчаливых сахаляров, быстренько улизнул из кабинки.
— Андрей Георгиевич, а что именно происходит у вас? — Борис Стрешнев взял себя в руки, хотя лицо-то побледнело. — Мы ведь не можем отвечать за то, чья природа появления неизвестна. Может быть, кто-то из одарённых проводит эксперименты на пустыре?
— Проверяли — никто туда и носа не суёт, — тут же ответил управляющий.
— У меня сложились неплохие отношения с Главой Магической Коллегии Александром Яковлевичем Брюсом, — бросил я чуточку небрежно и сделал глоток кофе. Не сказать, чтобы очень хотелось, но этот был весьма недурно приготовлен. — Поэтому у меня всё чаще мелькает мысль поговорить с ним насчёт происшествий на пустыре. Пусть его спецы выяснят природу происхождения этих явлений. Сами понимаете, господа, что в первую очередь Александр Яковлевич заинтересуется хозяевами участка. Но я пока проявляю сдержанность.
— Вы пытаетесь нас шантажировать, княжич? — Дмитрий Стрешнев нервно дёрнул свои усы. — Очень нехорошо с вашей стороны демонстрировать знакомство с людьми, наделёнными властью ради своих интересов.
— А как же мне быть, если именно господин Брюс обязан блюсти порядок в магической сфере? — удивился я. — Этак каждый захочет свой Дар использовать в корыстных целях! Я спокойно отношусь к тому, что происходит за забором моей усадьбы, но помимо меня в доме живут обычные слуги! Да и про соседей не забывайте! А когда земля станет в моей собственности, вдруг мне придётся отвечать за подобные безобразия с магией?
— Что вы хотите? — это уже Александр Стрешнев включился, зыркнув на младшего брата. Дескать, помолчи!
— Да ничего я не хочу, — пожимаю плечами. — Но, как справедливо заметил Виктор Олегович, вы пытаетесь нарушить этическую сторону договорённостей, а посему я снижаю цену до двухсот тысяч.
— Подождите-подождите! — заторопился Борис Михайлович и налил себе водки. Не дожидаясь никого, лихо выпил и даже закусывать не стал. — Я не очень понимаю, о каких странностях идёт речь. Хотелось бы посмотреть своими глазами, что происходит на нашей земле. Это же каждую ночь происходит?
— Почти каждую, с редкими перерывами, — я про себя поморщился. Не удалось с наскоку взять крепость. А на что надеялся? Что взрослые мужчины испугаются твоего рассказа и тут же лапки вверх вздёрнут? Понятно же было с самого начала: они обязательно настоят на поездке. Да и я бы тоже сначала убедился в правдивости слов. Ну что ж, придётся элементалей выпускать. Зато курочка меня потом свежими яйцами отблагодарит!
— Но почему двести тысяч? — опять влез Дмитрий Стрешнев. — Сумма была больше, или я не прав?
— Каждое следующее предложение хуже предыдущего, — сухо бросил Казаков. — Это аксиома переговоров. И вы не в самой выигрышной ситуации, раз нуждаетесь в деньгах. Андрей Георгиевич, стоит ли сейчас оповестить господина Брюса, что у нас намечается небольшая экспедиция в район аномалии? Я беспокоюсь за вас и господ Стрешневых.
Каков молодец мой управляющий! С ходу уловил, куда нужно бить. Братья не зря волнуются. Нет, я не думаю, что их папаша на участке зарыл клад и в стражи определил какого-то несчастного, предварительно перерезав ему глотку. Известно же, что мертвецы — лучшие охранники сундуков с сокровищами. Но какие-то делишки с помощью магии они проворачивали!
— Давайте без Брюса обойдёмся, — поправил галстук Глава рода, словно он ему шею давил. — Съездим, посмотрим издали, а потому уже решим, как нам поступить.
— Борис Михайлович, ну зачем вы спектакль устраиваете? — с укоризной проговорил я, глядя на Стрешнева. — Или на вас атмосфера «Мельпомены» так действует? По сто тысяч каждому из вас — очень приличные деньги. Особенно для провинции. Можно прикупить ещё земельки или поставить какую-нибудь фабрику для изготовления консервированной продукции. Даже в выигрыше будете. Конечно, проще сидеть на диване и швырять на ветер сбережения, доставшиеся от родителей, но я вам даю шанс поднять благосостояние.
— Это уже наглость! — встопорщился Дмитрий и даже привстал, но Яким шагнул в его сторону, недвусмысленно показывая взглядом, что так делать не надо. И младший брат опустил зад на стул.
Мне вдруг пришла в голову мысль, что Глава рода Стрешневых специально позвал своих братьев, чтобы их как следует повозили мордой по столу (образно выражаясь) и поставили в положение отыгрывающихся. Едва заметная улыбка на губах Бориса Михайловича подтвердила мои подозрения.
Пока за столом происходила безмолвная игра взглядов, я успел съесть половину пирожного и выпить кофе. Илья, пока не занятый в переговорах, тоже успевал угощаться.
— Андрей Георгиевич, я прошу прощения за попытку поднять цену на землю, — кашлянув, привлекая моё внимание, сказал Борис Михайлович. — Глупо получилось. Я мог и без участия братьев решить этот вопрос, но подвело желание сделать всё по-честному. А они вдруг взбрыкнули и стали меня уговаривать, что нельзя соглашаться. Якобы, слишком дёшево… Молчать!
Он грохнул ладонью по столу, отчего рюмка Александра упала на тарелку с закусками с глухим стуком. Тот машинально подхватил её, хотя там водки уже не было. А Дмитрий, хотевший открыть рот, чтобы возразить, тут же замер.
— Цена справедливая, — чуточку слукавил Борис Михайлович, глядя на меня с надеждой, что я не стану настаивать на новой цифре, только что озвученной. Ему очень хочется получить триста тысяч на личный счёт! Правильно я его подмаслил! — Мы согласны на продажу участка.
— За двести тысяч? — я чуть-чуть приподнял брови.
— При всём уважении, светлый княжич… — улыбнулся старший Стрешнев, но так умоляюще, что я едва не рассмеялся.
— Хорошо, триста. Я, в отличие от некоторых господ, соблюдаю договорённости, — холодно смотрю на присмиревших братьев. Вот же паразиты! А глазки-то радостно горят! Не стал уменьшать цену! Ура! Ну и к чему эта клоунада была? — Так мы поедем в Сокольники для просмотра аномалии?
— Нет, мы вам верим, Андрей Георгиевич, — поспешно сказал Борис Михайлович. — Там действительно периодически происходили разные странности с магическими энергиями.
Хм, интересно. Не Источник ли Ушатых был тому причиной? А не спросить ли Стрешневых, что именно они или их отец видели? Но тогда эти ушлые бояре сразу поймут, что я покупаю родовую землю по очень важной причине, кою не хочу разглашать. И упрутся. Нет, пусть подписывают договор купли-продажи, и на этом разойдёмся.