Валерий Гуминский – Вик Разрушитель 10 (страница 30)

Астрид не хотела быть принцессой в башне; её амбиции простирались довольно широко и далеко. Только вот через несколько месяцев учёбы пыл девушки заметно иссяк, и лишь врождённое упрямство и привычка доводить до конца начатое держали её в тонусе.

Но скука была совершенно иного рода. Астрид находилась в некоем состоянии, когда будущее, такое чёткое и понятное, вдруг стало раздваиваться, и та дорога, которая вела к званию «Королевского Стратега», начала покрываться туманом неопределённости. И всё из-за того, что папе стукнуло в голову выдать её замуж за русского княжича Андрея Мамонова. Это решение ломало всю логику профессионального развития принцессы. А скучала она по… молодому витязю, однажды стоявшему рядом с ней под Звёздным Куполом. Да, подобное случается у романтичных дурочек, но Астрид-то была разумной девушкой. После отъезда русских воинов из Стокгольма, она с головой погрузилась в учёбу, полностью отрешившись от иных проблем, грозивших ей изменениями в личной жизни. А ещё она узнала, что папа и мама провели очень серьёзный разговор по визору, с родителями Андрея, обсуждая будущее детей. Впрочем, Сиггрид и не скрывала, о чём была беседа. Она откровенно сказала, что не может противиться воле короля, хотя замужество дочери в столь раннем возрасте не является для матери необходимостью, даже для укрепления связей с русским княжеским Домом. Но… отца словно шершень ужалил. Хочет видеть антимага мужем своей любимой Снежной Кошки, вынь да положи!

А хотела ли Астрид выйти замуж за княжича Андрея? Этот вопрос то и дело всплывал в голове, когда она занималась самоподготовкой в своих апартаментах. Сжав зубы, девушка пялилась в конспект последней лекции «Противодействие гибридным угрозам и защита критической инфраструктуры от кибератак», но зараза романтики уже проникла в её сердце. Не выдержав, она захлопнула тетрадь, решительно поднялась из-за стола и выскочила в широкий коридор, где стояла привычная тишина. В этом крыле обширного дворца жила королевская семья и самые приближённые к ней свитские. Особая честь, надо сказать.

— Берр, отец у себя? — спросила девушка у молодого охранника, стоявшего у лестницы, ведущей вниз.

«У себя», значит, подразумевалось, в рабочем кабинете.

— Так точно, Ваше Высочество, — тихо ответил широкоплечий скандинав, как бы невзначай поправив на плече короткоствольный автомат. — Полчаса назад прошёл в кабинет, с тех пор оттуда не выходил.

— Спасибо, — вежливо ответила Астрид, и вздёрнув подбородок, решительно направилась в святая святых отца-короля. Если в душе полная сумятица, нет понимания, куда двигаться и ради чего совершать те или иные поступки, иди к королю. Харальд укажет правильный путь. Ведь отца принцесса уважала всегда и к его мнению, равному приказу, прислушивалась. Но иногда старалась делать что-то по-своему, хотя бы просто из-за вредности.

Она остановилась перед массивной дверью, способной выдержать мощный взрыв, улыбнулась двум высокорослым викингам в строгих чёрных костюмах, стоявшим на страже.

— Ларс, передай, пожалуйста, Его Величеству, что принцесса Астрид желает с ним срочно поговорить, — играя в знакомую всей дворцовой гвардии игру, девушка тем самым проявляла элементарную вежливость по отношению к людям, верно служащим королю. Хотя могла проявить строптивость и без слов пройти к отцу.

Крепкий, высокий блондин с массивным подбородком, чуть-чуть наклонил голову и плавно перетёк за дверь, словно просочился через неё. И едва ли не сразу вернулся обратно.

— Для Её Королевского Высочества двери королевского кабинета всегда открыты, — без улыбки — она пряталась в глазах охранника — мужчина легко распахнул тяжеленную створку, и Астрид проскользнула внутрь.

Харальд и в самом деле работал. Девушка всегда гордилась тем, что отец никогда не пытался хитрить. Раз сказал, что идёт заниматься государственными делами в свой кабинет, значит, так и было. Для отдыха и безделья у него были личные шикарные апартаменты.

Он поднял голову и отложил ручку в сторону. Похрустел суставами пальцев и с удовольствием поглядел на стройную фигуру дочери в скромном домашнем платье с цветочным принтом.

— Присаживайся, где тебе удобно, — сказал он, — и поделись своей срочностью. Надеюсь, ты не хочешь бросить учёбу в Спецшколе?

— С чего ты взял? — удивилась принцесса, забравшись с ногами в одно из кресел, стоявших полукругом возле стола.

— Я вижу, как тяжело даётся тебе обучение, — мягко, стараясь не рассердить Астрид, произнёс Харальд.

— Справлюсь! — девушка тряхнула распущенными по плечам волосами. — Но именно из-за этого я и пришла к тебе. Вернее, это одна из причин, связанных между собой.

— Заинтриговала, — отец улыбнулся и откинулся на спинку своего огромного кожаного кресла. — Тогда излагай.

— Как согласуется моя учёба в Спецшколе с замужеством за русским княжичем Мамоновым? — напрямую спросила Астрид, потому что не хотела плести кружева словес. — Ведь в таком случае я уеду в Москву или даже в эту далёкую Якутию. Значит, «Ситуационного центра» не будет? А зачем тогда я упираюсь, ломаю себе мозг, когда могла бы спокойно и не напрягаясь закончить Стокгольмский университет, получить диплом по международному праву…

Она замолчала, глядя на улыбающегося короля.

— Милая, от тебя не требуется столь быстрой жертвы, — ответил Харальд. — Учись, получай знания, ни о чём лишнем не думай. Но я должен предупредить: твоё будущее связано с юношей из богатого и влиятельного Рода. Да, это княжич Мамонов. Он должен стать своеобразным посредником в намечающемся союзе между двумя странами. А ты — его главной помощницей, мозговым центром и любимой женой.

— Женой — в последнюю очередь? — едко, так, как она умела, поинтересовалась Астрид.

— Можешь поменять приоритеты, я в этом не советчик, — пожал плечами Харальд. — Но мне нужно всё: экономические и политические ресурсы мощной Империи, кровь Антимага в моих внуках, надёжный плацдарм для рывка на Аляску, где много интересных ресурсов, ну и прочие мелочи, приятные и нужные.

— Слова истинного короля, — пробормотала девушка, поёжившись. Вот такого отца она уважала и боялась. Попробуй скажи что-то против, когда в его голове уже сложился план, которого он будет неукоснительно придерживаться. Нет-нет, решение Харальда Свирепого не таило в себе каких-либо неприятностей для Астрид, даже наоборот… Ощущалось какое-то приятное волнение от ожидания будущего, новых перспектив. Ведь её спаситель был не просто представителем одного из богатейших Родов России, а вполне самостоятельным молодым человеком, не чурающимся воевать и изобретать. Принцесса понимала: несмотря на то, что молодой княжич живёт и занимается бизнесом вполне самостоятельно, он всё же находится под неусыпным надзором как своего отца, так и императора. Просто на его шее накинут очень длинный поводок, позволяющий ему бегать настолько далеко, насколько простирается его безопасность. А разве у Астрид нет такого же поводка? Есть. Да даже Олаф — наследник трона и её брат — имеет его. В этом и искусство правителя, чтобы дети ощущали себя свободными, но в то же время не могли вырваться из крепких рук отца.

— Да, милая, это слова истинного короля, — после недолгой паузы ответил Харальд. — Я люблю тебя, Снежная Кошка, и хочу видеть тебя счастливой. Поэтому и расторг договор с датчанами, потому что твоя кислая мордочка рядом с принцем Фредериком мне о многом сказала.

Девушка фыркнула, сдерживая смех. Ну да, ей Фреди не понравился с самого первого раза, когда их познакомили друг с другом тринадцатилетними юнцами. Он уже тогда показывал свою напыщенность и невероятную значимость. Прыщик, а не потомок викингов.

— Признайся, что не появись на горизонте наш спаситель, ты бы отдал меня этому худосочному Фреди, — потребовала честного ответа Астрид.

— Скрепя сердце — да, — глядя в глаза дочери, кивнул Харальд. — Это хороший союз для наших стран. Но появился вариант получше. Заиметь добрососедские отношения с русским медведем куда лучше, чем надеяться на крохотную Данию. Которая, кстати, даже со своими пиратами не может справиться.

— Не ошибся ли ты в своём решении? — спросив, улыбнулась девушка.

— В чём? — заинтересовался отец.

— Если ты думаешь, что союз с Российской Империей тебя защитит лучше, чем двухсоттысячная профессиональная армия доблестных викингов, то ошибаешься, — уверенно ответила Астрид. — Никто на Скандию нападать не будет. У нас нет неограниченных ресурсов, мы не можем влиять на европейскую политику больше, чем Британия, Франция или Россия. А вот сама Россия находится в перманентном ожидании большой войны. Наконечник Европы направлен в огромного неповоротливого медведя, и периодически пытается проткнуть его шкуру. Если мы станем союзниками, то придётся воевать на стороне этого мишки. Ты хорошо подумал? Нужно это нашему маленькому государству?

Во взгляде Свирепого, помимо интереса, промелькнула гордость за дочку.

— Нет, милая, король Харальд не ошибается, — последовал уверенный ответ. — Есть много очень мелких причин, которые составляют огромную стратегическую выгоду для нас. О них говорить не буду, ты можешь сама догадаться. Но вдобавок ко всему у русских есть Антимаг. При должном развитии потенциала он станет супероружием. И я очень надеюсь, что ты подаришь мне внуков с кровью Антимага и с Даром адептов Льда. Снежные Котята с абсолютной защитой от магии — это наш ресурс на будущее.