Валерий Гуминский – Стяжатель (страница 242)
– Врешь, – парировала Тамара с чувством видимого превосходства. – Смерть хозяина автоматически лишит паразита связи, и он сдохнет сам через какое-то время. Но… Даже если ты говоришь правду, я знаю, как от него избавить Никиту. Поверь, я пойду на этот шаг даже с большей радостью, чем на твое убийство!
Лариса обмякла, плечи ее понуро опустились, а она сама подошла к дивану и рухнула на него как подкошенная. Понятно, что такие перспективы ее не радовали, и опасения, которые она высказывала Мишке Орлову, все же начали проступать во всей красе. Дура! Какая же она дура! Зачем вообще согласилась на авантюру? Хотела ведь, чтобы Мишка снова был рядом, готова была угодить его прихотям! А получилось, что Орлов нагло использовал ее в каких-то махинациях! Как можно было рисковать не только собой, но и карьерой отца, безопасностью фамилии? Какая муха укусила ее?
Прикрыв глаза ладонями, она сидела так несколько минут, собираясь с мыслями. Потом решительно встала и сказала, глядя прямо в глаза Тамаре:
– Скажу откровенно: Никита нравится мне. В таком деле не хочу лукавить. Но я осознаю, какую страшную вещь совершила, и прошу прощения, что перешла вам дорогу, Тамара Константиновна. Я уничтожу симбионта, но только на некоторых важных условиях.
– Какая наглость, – негромко пробормотала Тамара и вцепилась рукой в локоть остолбеневшего Никиты, словно сигнализируя, что не отдаст его никому и никогда. – Какие условия?
– Никита не будет писать жалобу в СКиБ, – Лариса обхватила себя, как будто ее стал бить озноб. – Мои родители никогда не узнают, что произошло между нами.
– Это допустимо, – кивнула Тамара. – Но в любом случае твоя выходка просто вопиет о странностях. Великий князь Константин Михайлович все равно выяснит, кто манипулировал твоими чувствами. Но я обещаю поговорить с отцом, чтобы лишние подробности не выплыли на поверхность. А сейчас уничтожь паразита. И не вздумай мухлевать. Я знаю, как он функционирует. Вычистишь полностью все слои ауры и выжжешь ядро «магнита».
– Тогда, Тамара Константиновна, вам стоит для начала снять щит Берегини, – уважительно проговорила Лариса и слабо улыбнулась. – Иначе я не смогу провести все необходимые ритуалы. Никита, возьми стул и сядь на него. Расслабься.
– Не вздумай, Лариса, сотворить пакость, пока Никита будет без защиты! – предупредила княжна, и как только волхв выполнил просьбу Зубовой, тут же встала за спиной и обхватила его плечи ладонями.
Никогда еще Никита не чувствовал себя так странно, когда две соперницы за его сердце столкнулись напрямую. Если честно, он не ожидал, что Тамара проявит себя в данной ситуации настолько решительно. А Лариса, когда обстоятельства повернулись против нее, не стала делать глупости и разумно уступила. Слишком разные весовые категории сошлись на ринге. Молодой волхв подозревал, что слова Лары о своей любви к нему – треп, ненужная шелуха, за которыми скрывался страх за свою жизнь. Не любила она его, а действовала по какому-то принуждению. Раз великий князь возьмется за это дело – он раскрутит его до конца.
– Готово, – Тамара на секунду сжала пальчиками плечи Никиты и вдруг, наклонившись, поцеловала его в щеку. Прошептала: – Не бойся, я рядом.
– Ну, моя работа затянется надолго, – усмехнулась Лариса.
– Ничего, я терпеливая, – сухо заметила Тамара и отошла в сторону, но недалеко, держа во внимании все движения соперницы, перейдя на магическое зрение.
Никита сразу почувствовал необычайный холод в середине груди, который постепенно сползал вниз ледяной волной, и отстраненно подумал, как бы совсем не примерзнуть к стулу и не превратиться в стылого чурбана. Чуждая магия, построенная на каких-то странных плетениях, которых он не встречал до сих пор, стала властвовать в его ауре. Она как будто поддевала острыми ледяными когтями каждый слой его аурного поля и не выжигала, а замораживала щупальца паразита. От этого обрастающие снежными кристалликами пробои в ауре гляделись необыкновенными фантастическими архитектурными постройками. И самое интересное, что заметил Никита в магическом зрении, ядро совершенно не боялось чужого вторжения. Оно и не было чужим. Паразит встречал хозяйку. Он развернулся во всей красе, поблескивая сеткой узоров, и давая себя погрузить в ледяной сон. Потом медленно скукожился, а узоры потеряли свою привлекательность, разрываясь в различных местах. И пока Лариса полностью не стерла сетку ядра, она не принималась за уничтожение щупалец. Паразит умер, а следом за ним девушка стала выжигать отростки, и пользовалась обычными огненными выплесками, заодно залечивая дыры в ауре.
Когда Никита очнулся от легких похлопываний по щекам, он заметил обмякшую Ларису на диване, а Тамара наклонилась над ним.
– Ты в порядке? – деловито спросила девушка.
– Сейчас, отогреюсь только! – попытался пошутить Никита. – В меня словно айсберг затолкали!
– Скоро пройдет, – вяло ответила Лариса. – Я выполнила свою работу. А теперь покиньте мой дом.
– Вижу, что все в порядке, – подтвердила княжна, подхватывая волхва. Вставая со стула, он едва не упал. – Мы уходим. Свое слово я сдержу. До свидания. И сделай так, чтобы не встречаться со мной. Уничтожу.
Они вышли на морозный воздух, и Тамара, вместо того чтобы сразу пойти к машине, сказала тихо:
– Подожди! Смотри, какое небо светлое!
– Снег будет, – вздохнул Никита полной грудью, разглядывая розовеющие в темноте облака, нависшие над городом. – Спасибо тебе! Лихо ты разобралась с Ларой!
– У нее не было выбора, – махнула рукой Тамара и вдруг, остановившись, прижалась к Никите, обвивая его шею руками. – Поцелуй меня! Крепко поцелуй!
Не в силах противиться такому напору, он приник к ее теплым пряным губам, чувствуя, насколько ему стало свободно и легко после освобождения от чуждого симбионта.
Тамара торжествовала над древней махровой глупостью, чуть не сломавшей ей жизнь, и могла позволить себе сегодня некоторые вольности, о чем мечтала последнее время. Это была ее победа, а Лариска-змея пусть захлебнется своим ядом.
Валерий Михайлович Гуминский
Найденыш. Обретение силы
© В. Гуминский, 2022
© ООО «Издательство АСТ», 2022
Часть первая
Глава первая
– Так и будешь героя из себя изображать? – Мотор присел на табурет и бесстрастно посмотрел на избитого мужчину, глаз которого заплыл от страшного удара, а нос оказался свернутым на сторону. Засохшая кровь покрыла коркой его губы и подбородок. Он сидел со связанными руками, на одной из которых на двух пальцах не хватало фаланг, и монотонно качался взад-вперед.
Подвал одного старого, разваливающегося дворянского особняка, выкупленного неким господином Ивановым, пропускал мало света в узкое полукруглое окошко, но зато весенняя сырость, тянущаяся от земли, легко проникала внутрь и оседала на каменной кладке. Кое-где на кирпичах даже капли воды выступали.
– Вы не понимаете, – проскулил мужчина, со страхом глядя на безучастного Мотора, потом его взгляд метнулся в сторону, где в углу на ржавой панцирной кровати развалился Окунь. – Это жестокие люди, и за любой стук отрезают голову! Лучше убейте меня сразу.
Он молча заплакал, глотая слезы, а Мотор вздохнул тяжело. Этот слизень понимал только угрозу своему физическому здоровью, когда увечили тело. Или посредник действительно ничего не знал, кроме того, что уже выложил, или оказался очень крепким орешком.
– Слушай внимательно, – он закинул ногу на ногу и медленно покачал носком туфля. – Мы тебе предлагаем сделку. Выгодную сделку, без дураков. Мы, конечно, тоже не плюшевые люди, и кости ломать умеем, как ты убедился. Но твое слово в обмен на жизнь – устраивает?
– Вы обманете, – прошептал узник.
– Хорошо. От имени хозяина я обещал сохранить тебе жизнь, – кивнул Мотор. – Правда, пару отрезанных пальцев я не смогу вернуть, но у тебя будут новые документы, ты сможешь уехать за границу или спрятаться в любом месте нашей необъятной империи. Мы тебя даже подлечим…
Мужик снова заскулил, вспоминая как страшный сон щелчки секатора и безумную боль, пронзившую его тело.
– Я не знаю вашего хозяина! – слезы выступили на глазах увечного.
– Он человек слова, а мы подчиняемся его приказам. Ну? Всего две услуги: где искать Шута и нарисовать цепочку сбыта товара. Все! Какая проблема, мужик?
– Фраер, не играй героя, – лениво произнес Окунь, лениво перелистывая мужской журнал с модными красотками, который у него всегда был в кармане для таких вот случаев. Беседу вел Мотор, а он только мог плющить носы, отрывать уши или пальцы. Ему совсем неинтересно раскалывать терпил посредством интеллектуальных бесед, а Мотор почему-то получал от этого удовольствие.
Молчание затягивалось. Мужчина, вероятно, принимал какое-то решение, ломая страх перед будущими испытаниями, а Мотор спокойно ждал. Но и его терпению пришел конец.
– Окунь, тащи свою задницу сюда, – сказал он со вздохом. – И секатор захвати. Видимо, фраеру не жалко еще одного пальца.
– Да скажу я! – истерично выкрикнул узник. – Дайте вспомнить!
– Уже лучше! – обрадовался Мотор. – Только ты долго не молчи, а то я рассержусь. Одна минута…
Связанный мужчина облизал кровавую пленку с губ и срывающимся голосом начал говорить. Что-то он повторял, но появились новые детали, которые тщательно скрывались до тех пор, пока не полетели на пол отрезанные пальцы.