Валерий Гуминский – Стяжатель (страница 127)
– Полагаю, что его светлость должен знать о предложении мальчишки, – первым высказался волхв. – Хотя… какое это предложение. Отчаянный шаг от неизвестных перспектив. Но ведь кто-то же намекнул ему об опасности связей с дочерью князя?
– Вот я об этом и думаю, – проворчал Марченко. – Просто так языком не мелят, если есть повод.
– Всех тонкостей нашего задания мы можем и не знать, – сказал Еремко. – От нас могли скрыть детали.
– Какие детали? – усмехнулся капитан, присаживаясь за стол. – Мы получили четкое задание: постепенно дать ребятишкам познакомиться, привыкнуть друг к другу, отсечь ненужные контакты со стороны молодых дворян Албазина. Начали подводить пацана к княжне (именно в таком порядке, и не иначе), а он вдруг отчего-то заартачился, перестал показываться ей на глаза, какие-то дела у него появились. Ничего не понимаю. Делаю вывод, что в городе есть его куратор от потайников, хорошо законспирированный и осведомленный о нашей миссии.
– Во всей этой истории самое забавное и печальное заключается в том, что, может быть, Тамара Константиновна единственный человек, который ничего не подозревает, – вздохнул Валентин. – Все вокруг создают суету, что-то пытаются сделать, но мы не можем заглянуть в душу детей. Нельзя насильно заставить любить. Мы же здесь все врём постоянно, и эта ложь стала видна мальчишке. Пытаемся запутать ситуацию, возводим ее до абсурда. Знаете, господа, когда Старицкий первый раз увидел княжну, я почувствовал такое мощное возмущение чистых энергетических структур, исходящих от него, что мне стало завидно. Парень ведь сразу влюбился, с ходу! Словно родную душу увидел. Я знаю, мне привычно наблюдать за тонкими материями эфирных тел, чем психологу лечить душу.
– В княжну Меншикову влюблялись мужчины куда старше, чем этот сосунок, – меланхолично произнес Шубин.
– Господин лейтенант! Я бы попросил! – возвысил голос Марченко.
Валентин только покачал головой на слова Шубина и уставился в окно, за которым уже сгустились сумерки.
– И что дальше? – нетерпеливо спросил Еремко.
– У ребят удивительное наложение аур, энергетические контуры работают на одной волновой частоте. Такое бывает, и нередко. Любовь с первого взгляда, гормоны, феромоны и прочая химия притяжения… Но чаще всего мы не попадаем в частоты другого человека. Отсюда и неприязнь, отчуждение.
– То есть ты хочешь сказать, что произошел уникальный случай, когда удачно совместились, как их там… контуры? – удивился Марченко.
– Не совсем уникальный, – возразил волхв. – Такое бывает, если ты плохо слышал. Уникальность в том, что княжна Тамара абсолютно равнодушна к проявлениям симпатии со стороны парня. Странно это. Но всему есть объяснение. Это чудеса по заказу можно совершить, а любовь – вещь штучная, у каждого она проявляется индивидуально. Порой какая-то мелочь бросает людей в объятия, и это не всегда гормональный шторм.
– И что же делать? – зашуршал оберткой шоколада Еремко. – Взять на себя роль сводников?
– Думаю, все же стоит предупредить великого князя, – решил Валентин. – Он сам решит, что делать дальше. А нам предстоит деликатно стоять в сторонке и отпихивать всех желающих заручиться благосклонностью Тамары Константиновны.
– Скоро начнется учебный год, с каникул возвратится масса молодых людей, – напомнил Марченко. – Вот тогда потеха начнется. Это сейчас здесь сонное царство.
– Опять же – странная ситуация с Барышевым, – напомнил Шубин и поморщился от звуков фольги. Не выдержав, отобрал шоколадную плитку у Еремко. Показал кулак, присмирив дернувшегося за ней товарища. – Кому понадобилось пырять мужика?
– Это не наша поляна, – возразил Марченко. – Если парню понадобится помощь, мы, конечно, ее окажем. Только мне думается, что он сам в силах разобраться. Вчера Лукин видел его крутящимся возле дома, где живет Якут. Как он умудрился вычислить бандитское логово? Талант всегда пробьет дорогу.
– Талант? – усмехнулся волхв. – Вспомни, что нам говорил барон Китсер? Парень – воспитанник Тайного Двора. Методы слежки и шпионажа ему начали вдалбливать с самого раннего детства. Не верю, что он их внезапно растерял. Плюс к этому – его Сила. Он же, паразит, везде, где только может, развешивает своих «шпионов»! А моих уничтожает!
Офицеры рассмеялись, зная, как ревностно Валентин относится к своим методам магических плетений. И сейчас, видя расстроенное лицо волхва, веселились.
– Все бы вам ржать, жеребцы, – проворчал штатный волхв. – Тимофей, ты решил, что будешь делать? Ставить в известность великого князя или пока придержать информацию?
– Надо предупредить, – Марченко хлопнул ладонями по столу. – Топайте отсюда, не мешайте мне думать. Составлю отчет и пошлю в Петербург. Сегодня же Константин Михайлович будет в курсе. Всё, свободны. Княжне ни слова, что произошло. Раз она единственная непосвященная или хорошо прикрывает свою догадку, что ее используют – пусть все так и остается. Надеюсь, Старицкий не начнет молоть языком что не надо… Антон, еще раз предупреди пацана, но только после получения ответа от князя. Свободны!
Глава третья
– Я хотел бы пригласить тебя… – Григорий мучительно посмотрел на свое отражение в зеркале. – Куда бы я хотел ее пригласить, чучело? Давай, думай же!
Парень тяжело вздохнул. Некому было дать совет. Хоть бы Ольга скорей приехала, легче будет. Она-то наверняка смогла бы помочь. А так, сплошное насилие над мозгом. В кино? Пошлость неимоверная. В «Ориент» Тамара тоже не пойдет, сразу дала намек, что там не нравится. Устроить катание по Амуру, зафрахтовав небольшую яхту? А что? Это идея! Можно до Благовещенска дойти, потом обратно. Небольшой ужин на двоих на палубе под ночным небом, тихая музыка…
Размечтавшийся Григорий бросился к компьютеру, сделал запрос. Он знал, что в Албазине была небольшая туристическая фирма, специализировавшаяся на таких речных вояжах. Димка Пашковский, друг Кольки Елисеева, как-то рассказывал о таком мероприятии. Они взяли в аренду одну из самых дорогих яхт, зато девчонки были в восторге. Круиз был до самого Хабаровска, потом обратно. Конечно, много народу на такой яхте не уместишь, это понятно. Если считать его, Тамару, пару охранников – вполне допустимо. Один из топтунов может встать за штурвал. Пусть отрабатывает, а то совсем разленились.
Григорий почесал затылок. «Принцесса», на которой катался Пашковский, арендовалась с приличной суммой: три дня за пять тысяч рублей. Ему такое не потянуть. Есть еще «Азимут», восемнадцатиметровая яхта, стоит дешевле, но тоже неподъемно. А вот тринадцатиметровый так называемый «лобстер-бот» с девичьим именем «Эсмеральда» вполне себе достойный вариант. Две с половиной тысячи на четыре дня. Три каюты, пять спальных мест, максимальное количество пассажиров – двенадцать человек. Ну, столько не надо, обойдемся четырьмя, как уже распланировал Григорий, увлеченный своей идеей. «Эсмеральда» была свободна от фрахта, и нужно было торопиться. Сегодня третье июля, пятнадцатого уже нужно ехать в Благовещенск на соревнования. Значит, на послезавтра взять аренду, как раз успеет вернуться домой.
Но сначала нужно было решить вопрос с деньгами. Пятьсот рублей у него лежали на счету. Полугодовой пенсион от Тайного Двора – Страж не забывал о своем подопечном, да и «родители» немного подкинули. А где взять остальное? У Кондратия Ивановича попросить? Или позвонить Олегу? Поможет или нет?
Первым делом Гришка направился к дядюшке, который в этот час сидел в кресле-качалке на улице, точнее, в летней беседке. Отдыхал. После ножевого ранения здоровье у Кондратия Ивановича восстанавливалось медленно, и если бы не тайное вмешательство «племянника» в лечение, то вообще бы пластом лежал в постели. А так медленно, но ходит, аппетит нагуливает. Интересно, уже заподозрил, что его колено слегка подкорректировали?
– Как самочувствие? – увидев, что Барышев не дремлет, а вполне себе с увлечением читает газету, спросил Гришка.
– Кажется, возвращаюсь к жизни, – усмехнулся дядюшка, откладывая газету на журнальный столик. – Ты какой-то взъерошенный, как воробей после драки. Что-то случилось?
– Да, в общем-то… – замялся парень, мучительно вцепившись рукой в свою макушку. – Дядя Кондратий, у тебя не будет две тысячи? В долг, конечно. Я потом отдам, когда получу доступ к счетам.
Барышев изумленно смотрел на своего «племянника», отчаянно красневшего и топчущегося на месте. Однако и запросы у парня! Он ли это, обходившийся тремя сотнями в месяц? И то сам считал, что слишком расточителен.
– А зачем тебе такие деньги? – вкрадчиво спросил мужчина. – Собрался покупать дачу за городом? Как раз на курятник с окраины хватит.
– Да ну, дядя Кондратий! – возмутился Григорий. – Зачем мне дача? Огурцы и без меня есть кому выращивать. Для другого дела надо.
– Соседскую барышню решил развлечь? – понятливо кивнул Барышев. – Ну что ж, похвально! Только вот финансовая составляющая меня удивляет. Неужели сейчас, чтобы привлечь внимание девушки, требуется такая сумма?
– Я хочу зафрахтовать речную яхту для круиза, чтобы вдвоем… Ну и охранники ее… – совсем смутился парень. – Она недорогая, но у меня не хватает денег.
Барышев расхохотался. Пока он трясся от смеха, Григорий успевал провести мониторинг внутренних органов и распределить каналы поддерживающей энергии по нужным направлениям. Чтобы дядюшка ничего не понял, стоял с пунцовеющим лицом, отвлекая от положительных изменений. Все-таки интересно, сколько сможет дать?