Валерий Гуминский – Симбионт 2 (страница 59)
— Понимаю и осознаю степень опасности, — упрямо произнёс одногруппник.
Я переглянулся с Луизой.
— Скаут, можешь дать Валентину амулет невидимости? — обратилась рыжая к бойцу.
— Да легко, — тот подцепил витой шнурок, висящий на шее, подцепил его пальцем и аккуратно снял, протянул Вальку. Парень просиял от радости. — Пользоваться умеешь?
— Нет, — разглядывая плоский чёрный голыш, похожий на обычный галечный камешек, помотал головой будущий адвокат. — Буду благодарен, если научите.
— Ишь ты, будет благодарен, — усмехнулся Скаут. — Слушай внимательно. Носить амулет можно постоянно, и для того, чтобы перевести его в активное состояние, достаточно с силой надавить. Сейчас он настроен на меня. Тебе нужно его «приручить», для этого сожми в кулаке. И держи пару-тройку минут. Это необходимо для того, чтобы артефакт вошёл в резонанс с твоей энергетической структурой. Не пугайся, когда рука онемеет. Значит, перенастройка идёт правильно. Это быстро пройдёт.
— Уже можно? — спросил Валёк в нетерпении.
— Давай, — разрешил Скаут.
Зазнобин с силой сжал голыш и замер в ожидании каких-то перемен. И заулыбался.
— Мурашки побежали! А вот теперь рука неметь стала.
— Амулеты невидимости отличаются по силе, — решил прочитать лекцию Скаут под ухмылки друзей. — Одни могут закрывать только одного человека, а есть такие, что целый взвод отсекают от постороннего взгляда. Опять же, некоторые делятся на долгосрочные и быстрого действия. Этот рассчитан на четыре часа без подзарядки. Тебе хватит… Онемение прошло?
— Да, — Валёк энергично закивал, как китайский болванчик.
— Ну, разжимай кулак и смотри.
— Хм, а он цвет изменил.
Действительно, голыш из чёрного превратился в малахитовый и как будто светился изнутри, но не слишком ярко.
— Настроился, — удовлетворённо проговорил Скаут. — Можешь надеть на шею. Теперь амулет реагирует на твоё энергетическое поле. Для активации можешь двумя пальцами сдавить. Срабатывает сразу.
— Сколько времени на перезарядку уходит? — деловито спросил Валёк, вешая амулет на шею и пряча его под рубахой. — Вернее, есть ли у него такая функция?
— Молодец, правильный вопрос задаёшь, — ухмыльнулся Скаут. — Есть. Это дорогой амулет, хозяин своих людей дешёвыми поделками не снабжает, — и подмигнул мне, намекая на отца.
Действительно, мой папаня никогда скупердяем не был, как, впрочем, и дед. В охрану и безопасность семьи, Слуг, корпорации они вкладывали большие деньги. У нас были отличные бойцы в самой современной экипировке, опытные боевые маги и Целители (о Кузниче я даже не говорю, это вообще эталонный чародей); работники корпорации получали приличное жалование. Финансовые вложения окупились в несколько раз, и теперь Дружининым оставалось только грамотно удерживать позицию мощного промышленно-торгового клана.
— Час на перезарядку, — пояснил старший ликвидатор. — Вот это самое поганое в твоей ситуации. Мало того, что придётся сидеть в засаде почти до утра, мёрзнуть, как собака, нужно где-то очень тщательно прятаться тот самый злополучный час… Ты одарённый?
— Нет, — вздохнул Валёк, как будто чувствовал себя виноватым, что природа не одарила его магическими способностями.
— Так дайте ему ещё один амулет, — фыркнула Луиза. — Вам-то он зачем? Вы же кавалерийским наскоком собрались буксировщик захватывать.
— Барышня дело говорит, — заметил Кукарача, снимая с себя свой амулет. Он отдал артефакт Вальку. — Держи, перенастраивай. До соплей хватит.
— Как стемнеет, поедем в Слободку, покажу тебе, где лучше прятаться, — решил Скаут, хлопая по плечу цветущего от радости Зазнобина. — Оттуда хорошо виден дом Мустафы и часть пристани. Самое главное, телефон выключи, чтобы неожиданный звонок от любимой девушки или пьяных дружков твой пост не раскрыл.
— У меня нет девушки, — покраснел Валёк. — И пьющих дружков тоже. Все друзья здесь.
— Позвонишь только тогда, когда убедишься, что похищенных барышень посадили на «Карлыгач», — продолжил наставлять Скаут. — Или на какое другое судно, понял? Мало ли, какие коварные мысли появятся в башке Нарбека. Вдруг вообще захотят на машине ехать. В общем, придётся побегать, чтобы точно отследить ситуацию. Как только буксировщик отчалит, сразу дай знать. И можешь домой топать.
— Я понял, — нетерпеливо кивнул Валёк. — Всё сделаю как надо.
— Надеюсь, — проворчал Скаут. — Ох, вот этот начальный момент меня очень беспокоит. Контрабандисты — они же как дикие звери, опасность чувствуют за километры. В любой момент поменяют план, и вся подготовка коту под хвост.
— Пострелять сильно хочется? — с усмешкой спросила Луиза.
— Не без этого, — согласился старший «тройки». — Давненько не развлекались.
В это время в дом вошли Ванька с Шакшамом, оба довольные, что тот кот, объевшийся сметаны. Дубенский распахнул куртку, показывая ребристую рукоять пистолета, торчащего под ремнём.
— Дети малые, — покачала головой Луиза. — Где Алдияр?
— Уехали они, за лодкой, — ответил Шакшам. — Через час-полтора вернутся. А ничего так братец вооружился! С таким арсеналом можно не только банду Нарбека положить, но и всю гопоту Уральска!
Выезжали из Уральска через Чаганский мост, который вёл в посёлок Большак, примыкавший северной оконечностью к Ханской роще. В тусклом свете уличных фонарей промчались по засыпающим улицам, свернули налево и ещё семь километров ехали по недавно отремонтированной дороге до моста через Урал. Впереди ходко шёл внедорожник «тройки». Скаут сам предложил быть в авангарде. Он хорошо читал карты, поэтому обещал найти место засады, которое облюбовал Арсен, без всяких проводников.
Следом за ними пристроился наш «Рено». За рулём сидел Фил, а Арсен молча вглядывался в темноту за окном и о чём-то думал. Мы тоже большую часть дороги не разговаривали, настраиваясь на опасную и непредсказуемую своим результатом авантюру. Больше всего я боялся, что могут пострадать девушки. Шальная пуля из автомата, запросто пробивающая борт буксировщика, может наделать в закрытом пространстве бед. Или Нарбек прикроется «живым грузом», а сам уйдёт. А нам нельзя его упускать. Иначе он однажды вернётся в Уральск и будет мстить. Сколотить банду из городских гопников и уголовников для него не составит труда. Так что контрабандиста надо валить, без всяких сантиментов.
Два «Рифа» казахов, особо не сближаясь с нами, ехали своей компанией. Навстречу попадались запоздалые грузовые фуры, спешащие доехать до города и встать на ночлег. Ещё час — и движение по трассе вообще прекратится.
Показался мост. Шустро перемахнули на другой берег и ещё с километр гнали по прямой. Потом свернули направо, миновали какой-то посёлок с редкими, разбросанными вдоль дороги домами и ангарами. Под колёсами мягко зашуршала грунтовка. В днище микроавтобуса с щелчками прилетали камешки, свет фар выхватывал массивный зад внедорожника, изредка — чахлые кустарники, побитые заморозками.
— Сколько ещё ехать? — не выдержав тишины, спросил я.
— Около пяти километров, — откликнулся Арсен. — Скоро грунтовка кончится, пойдёт пойменный луг. В этих местах Урал частенько разливается, поэтому можно ненароком угодить в болотину. Я Скаута предупредил, чтобы был осторожнее.
В сгустившейся вокруг нас темноте уже ничего не разглядеть, приходилось ориентироваться только на идущий впереди вездеход «тройки». То и дело микроавтобус заваливался на незаметных колдобинах то вправо, то влево; мы отчаянно хватались за спинки кресел, чтобы удержаться на месте. Мотало прилично. Но вскоре дорога выровнялась, по обочинам замелькали деревья.
— Скоро приедем, — успокоил нас Арсен.
— Жаль, здесь Сеть не ловится, — вздохнула Луиза, нахохлившаяся, как воробышек. Она сидела в одиночестве, плотно запахнув куртку и почему-то накинув на голову капюшон. — Я бы взломала телефон Нарбека и проследила за ним отсюда. Боюсь за Валька.
— Да справится, — ободряюще откликнулся Иван. — Ему делать-то нечего. Тихо отследить бандитов и позвонить нам.
Мои мысли во многом совпадали с Луизиными. Кажущаяся лёгкость исполнения задания могла обернуться бедой. А если Нарбек пошлёт впереди себя чародея, и он обнаружит Зазнобина под «скрытом»? Никаких сомнений, что мы парня больше не увидим.
Мигнули габаритные огни внедорожника, и мы заехали следом за ним в густой подлесок, которой становился всё плотнее и плотнее. Но каким-то образом нам удавалось продвигаться, не натыкаясь на препятствия в виде поваленных деревьев. И вдруг Фил затормозил.
— Приехали, — сказал он, вглядываясь вперёд.
— Разворачивайся и гаси фары, — приказал Арсен и бросил через плечо: — Выходим, господа.
Пока наш «Рено» совершал манёвры на узком пятачке, мы помогли ликвидаторам вытащить из багажника два тяжёлых свёртка, упакованных в брезентовые чехлы и движки. Лодки понесли Ванька с Шакшамом и Пузо с Кукарачей. Моторами занялись Арсен и подошедший к нам Фил. Меня освободили от перетаскивания тяжестей, вручив фонарик, чтобы освещать узкую тропку до самой реки. Луиза пристроилась за моей спиной — я слышал её ровное дыхание.
Место, которое мы облюбовали для засады, находилось на песчаном взгорке, поросшем густым сосняком. Остро пахло хвоей, от реки несло сыростью. Казахи, о чём-то тихо переговариваясь, сбросили тяжёлую упаковку на землю, звякнуло железо. Немного отдохнув, спустили груз к берегу и принялись надувать лодки с помощью компрессора. Потом установили движки, лодки оставили подальше от воды, чтобы внезапно набежавшая волна не утащила их. А сами поднялись наверх. Кто-то из нукеров развёл костёр в вырытой ямке. Сразу видно, что человек не только в степи с оружием бегает. Языки пламени облизывали закопчённые бока походного котелка, в котором чернела вода. Шакшам лихо открывал ножом банки с тушёнкой и кашей. Я почувствовал, как рот наполнился слюной.