Валерий Гуминский – Симбионт 2 (страница 38)
— Да я о твоём здоровье, дурачок!
— А-ааа! Нормально всё! Раны зажили, чувствую себя превосходно.
Я не лукавил. Зибер поработал над моим энергетическим контуром, выправил каналы, подвергшиеся деформации из-за внешних воздействий, точнее — из-за пуль, попавших в тело. Ну и ауру подпитал маной. Теперь можно и «физику» подтягивать, как того желает майор. Он все уши мне прожужжал, что пора начинать качаться, развивать бицепсы-трицепсы и прочие мышцы. Я и сам понимаю, не маленький.
— А что это ты к Веселине клеиться стал? — вдруг спросила Марина, снова переместившись на диван. — Мы видели тебя мило беседующим с этой коротышкой.
— Мариш, ну что у тебя за комплексы? — я цапнул с тарелки бутерброд, не дожидаясь приглашения Ваньки. Тот открыл рот, чтобы возмутиться, но потом передумал. Я же не просто так своевольничаю. Поесть с дороги не успел как следует. — Луизу Ирмер не перевариваешь категорически, теперь Веселину клеймишь разными неприятными словечками. Какая же она коротышка? Да, не красавица, ростом не вышла. Но всё равно миленькая. И ножки у неё стройные.
— Ну надо же, что успел оценить! — покачала головой Турчанинова и вдруг закинула одну ногу на другую. Покачала ею, внимательно глядя на меня. Оценю ли я
Вот же коза! Надо признать, Маринкина фигура весьма приятная, есть на что любоваться. Я только улыбнулся и покачал головой, не соблазнившись столь волнующей демонстрацией красивых ног.
— В чём?
— В оценке только внешних данных, а на внутренний мир женщины вам плевать.
— Претензия стара как мир, — я ухмыльнулся. — Ты мне ответь, почему Ирмер поклёвываешь?
— Не доверяю я рыжим! — буркнула Турчанинова, не скрывая разочарования в глазах.
— Почему? — мне стало интересно. Сел на стул возле окна, дожидаясь, когда вскипит чайник и можно будет порубать. Ванька открыл банку ветчины, выложил в тарелку печенье и конфеты, но пока к столу не приглашал, ожидая, когда закипит вода в чайнике.
— Строит из себя цацу! Сама ни разу не подошла к нам, словно от чумных сторонится. Как заняла позицию одиночки, так и продолжает её придерживаться. Сам знаешь, что таких людей не особо привечают!
— Первый раз слышу подобное, — я пожал плечами, особо не сердясь на Маринку. Никаких планов на неё не имею, раз на Голицына запала. — Ванька, а ты слышал?
— Не-а, — мотнул головой Дубенский, вытаскивая из шкафчика кружки. — Слышал, что рыжие склонны к колдовству и знахарству.
— Да я про другое! Вот как ты относишься к дистанцированию Луизы от компаний?
— Есть люди, которые любят одиночество, — Ванька говорил как есть, и Турчаниновой это не нравилось. А вот Рита слушала молча, но не поддерживала ни одну из сторон. — Они по природе своей интроверты. Ирмер, кажется, из таких. Может, ей непривычна новая среда, сторонится шумных компаний. Я считаю, нужно подождать, пока Луиза привыкнет к университетской жизни. Сама потом начнёт друзей искать.
Он налил заварку в кружки, плеснул в них кипятку и пригласил, наконец, к столу. После занятий молодому организму требуется подпитка, и мы накинулись на скромный перекус. Девчата не чинились, ели ветчину, как будто это была изысканная ресторанная пища.
— Тебя, кстати, искала Ростоцкая, — вытерев губы салфеткой, сказала Марина. — К нам на курс заглядывала, спрашивала, куда ты исчез.
— Ничего не говорила, зачем я ей нужен? — просто так спросил я. Мне пока не до отношений с Аллой. Когда за твоей головой охотятся, мало приятного развлекаться с девушками. Ну и о их безопасности тоже надо всё время думать.
— Нет, — пожала плечами Турчанинова. — Жалела только, что не смогла тебя в больнице навестить.
Я кивнул. Слухов о происшествии в больнице удалось избежать. Весь ночной персонал был опрошен с последующей подпиской о неразглашении. Вряд ли кому хочется поболтать языком, если угроза увольнения с «волчьим билетом» была не такой уж и призрачной.
— Обещала зайти ещё раз, — язвительно заметила Марина.
Не обращая внимания на её слова, я думал совсем о другом. Интересно, этих наёмников уже раскололи? Фишлер молчит, значит, не смог узнать их имена. Ха, у меня же есть Луиза! Она легко сможет проникнуть в систему Департамента полиции Уральска. Протоколы допросов уже должны быть занесены в компьютер. Меня волнует только один вопрос: кто нанимал убийц? Если это не местная братва, то появляется шанс выяснить, действительно ли князь Шуйский стоит за всеми неприятностями со мной?
И в этот момент ожил телефон. Извинившись перед друзьями, я вылез из-за стола и прошёл в свою комнату. Звонил адвокат. Лёгок на помине!
— Здравствуйте, Генрих Оттович! — у меня забрезжила надежда, что имена наёмников я сейчас узнаю. — Вы уже в Уральске?
— Добрый день, Михаил Александрович, — добродушно откликнулся Фишлер. — Да я уже давненько в городе. Успел вернуться из Оренбурга раньше вас.
— Порадуете чем-нибудь?
— А как же! Мне удалось узнать, кто были эти два злодея, которых вы знатно потрепали в больничной палате, — Фишлер заухал, как довольный жирной добычей филин. — Значит, фамилия первого: Юрченко, Захар Петрович. Его напарник — Казимов, Антон Федорович. Оба приехали из Москвы.
— Вот как? — я почувствовал, как меня охватил азарт. Неужели всё-таки Шуйский или кто-то другой из высокородных? — А кто их наниматель?
— Михаил Александрович, я не всесилен. Следователь отказался давать такую информацию. Но мне удалось по другим каналам выяснить, что Юрченко и Казимов состоят в Гильдии наёмников. Две недели назад они в Москве получили какой-то контракт и отбыли в неизвестном направлении. Но мы уже знаем, что это за направление.
— Это всё?
— Увы, да.
— Негусто, но хоть что-то, — я тяжело вздохнул. — Спасибо, Генрих Оттович.
— Не за что, Михаил Александрович. Просто будьте настороже. Заказчик умело прячет следы, чтобы на него не вышли, — голос Фишлера уже не излучал оптимизма. — Вполне возможны и новые покушения. Подозреваю, эти подонки не расколются.
— А где они сейчас?
— В следственном изоляторе Уральска. Если бы их перевели в Оренбург, я смог бы узнать больше. Увы, здесь у меня нет влиятельных знакомых.
— Ничего страшного, Генрих Оттович. Спасибо и на этом.
Мы попрощались и прервали разговор. Я подумал, что надо вечерком к Луизе заглянуть. Мысль залезть в электронную базу Департамента не покидала меня. Вдруг найдутся какие-то зацепки, которые позволят выявить заказчика? В том, что наёмники будут держать язык за зубами, сомнений не было. Они лучше друг друга задушат, но хозяина не сдадут.
Девчата посидели ещё немного и пошли к себе. А я решил немного поспать до вечера, а потом заглянуть в гости к Веселине с Луизой. Надеюсь, к тому времени рыжая уже будет на месте. Ванька куда-то умотал, чтобы меня не беспокоить. Судя по всему, он успел обзавестись друзьями за то время, что я валялся в больнице и находился в Оренбурге.
Проснулся, будто меня кто-то толкнул в бок.
— Хватит дрыхнуть, — прозвучал в голове бодрый голос Субботина. — Пошли к девчонкам. Надо проконтролировать, добралась ли Луиза до своей комнаты.
Я послушно кивнул, потёр лицо ладонями, прогоняя сонливость, и поднялся на ноги. В спальне было темно, поэтому пришлось подсвечивать себе путь в гостиную фонариком телефона. Там включил свет, сходил в ванную комнату и сполоснулся. Ваньки до сих пор не было. Хм, интересно, где пропадает? Лишь бы не водку распивал и в карты не играл. А то здесь хватает ушлых ребят, враз догола разденут.
Время уже половина девятого. Я решил сначала позвонить Луизе. Возможно, ей уже удалось пробраться в общежитие. Звонки на её номер могли отслеживаться, но никому же не запрещено с ней разговаривать. Мало ли друзей-подруг у девушки? Волнуются, например, как она переносит домашний арест?
— Слушаю, — раздался спокойный голос Ирмер. — Привет, Миша.
— Привет! А я вернулся из Оренбурга! — весело проговорил я в ответ, чувствуя облегчение. — Хочу вот к вам в гости заглянуть. Можно?
И замер. Если она уже в общежитии, то даст согласие.
— Конечно! — оживилась девушка. — Заходи, чаю попьём!
— Понял, сейчас буду! — я нажал на «отбой» и облегчённо вздохнул. Вот же оторва эта Луиза-Кристина! Как отцу удалось разглядеть в фермерской девчонке тягу к риску и потенциал к агентурной работе?
Я причесал перед зеркалом взлохмаченные после сна волосы, надел свежую рубашку и вышел из комнаты. Закрыл её на ключ и по коридору направился к лестничной площадке. По пути здоровался со знакомыми парнями, но не задерживался. Спустился на второй этаж, вошёл в вестибюль женского отделения. Сидевшая за столом внушительных габаритов дама что-то вязала.
— Здрасьте, Варвара Филипповна! — дружелюбно проговорил я. — Мне в двести семнадцатую!
— Зачем? — басовитым голосом поинтересовалась «мамка», глядя на меня поверх очков с толстыми линзами, при этом продолжая ловко работать спицами.
— Проведать одногруппницу, — честно ответил я.
— Это какую? Арестованную, что ли?
— Варвара Филипповна, ну какая же она арестованная? — с укоризной спросил я. — Луиза, между прочим, спасла меня от смерти. Вот, приехал после лечения, хочу проведать.
— А, так это тебя подстрелили? — «мамка» повнимательнее взглянула в мои честные глаза. — Превратили прекрасный университет в какой-то бандитский вертеп! Страшно теперь на улице появляться! Иди, но недолго там!