Валерий Гуминский – Штурмовик-8. Легенды морей (страница 69)

— Выдайте им два бочонка пресной воды и мешок сухарей, — приказал я. — Шкипер, напоследок… где Изумрудный?

— Держите на юго-восток, — Максис вытянул руку и ткнул в молочную пелену, и не думавшую рассеиваться. — Отсюда около сорока миль.

— Благодарю, — я развернулся и пошёл в каюту, чтобы прикинуть на карте, куда нас чёрт тянет.

Теперь конфигурация островов становилась понятнее. Чтобы не терять время, лучше сразу идти к Изумрудному. Надеюсь, Паскаль находится именно там, а не шныряет где-нибудь у Скерри. Я задумался. А так ли важны для меня три ящика слитков? Если показать королю свою лояльность — да. Но если трюмы «Леди» будут забиты сокровищами Кракена, на кой хрен мне рисковать с золотом? Или же рискнуть? Ладно, как получится. Я даже до пещеры не добрался, а строить долгосрочные планы в такой ситуации — себе дороже.

Почему я не спросил про Эскобето? Мне стало понятно, что командора здесь искать бесполезно. Наверное, он и в самом деле сейчас в Аксуме, иначе бы Максус о нём обмолвился.

Послышался топот ног, зычные команды старших матросов. Пегий решил идти под парусами, что немного странно. Экипаж сожжённой «Стрекозы» прекрасно видел, как мы подошли к ней без парусов, а значит, пользовались гравитонами. Ну, да ничего. В пиратских флотилиях на флагманах всегда стояли кристаллы-движители. Ничего удивительного. Пегий просто так не станет поднимать паруса. Видимо, ветер поймал.

Я вышел на палубу. Полыхающая «Стрекоза» уже наполовину ушла под воду, и жирный чадящий дым тянулся в нашу сторону серо-жёлтыми космами. «Кракен» уверенно держался в кильватере. Мы постепенно уходили на юго-восток, а туман, к счастью, стал рассеиваться куда быстрее, чем пару часов назад. Вскоре рейд вышел на чистую воду, черновато-зелёную, глубокую. Впереди, насколько цеплялся взгляд, было пусто. Ни клочка суши, ни толстой шеи Змея. Да и марсовый молчит, как будто в рот воды набрал.

— Сколько мы прошли? — спросил я Пегого, поднявшись к нему на мостик.

— Миль тридцать точно, — капитан тоже не стоял без дела, обшаривая подзорной трубой окрестности.

— Как думаешь, этот Максис не наврал насчёт Изумрудного? — захотел я проверить, что об этом думает Пегий.

— Если и наврал, то лишь с одной целью: загнать нас в пасть Змея, — невесело хохотнул старый приятель.

— Дался он вам, — пробормотал я. — Возможно, это вовсе не морская тварь, а какой-нибудь старый фрайман, выживший из ума. У него фрегат с пятьюдесятью пушками и большим экипажем, с которым он берёт на абордаж чужие корабли, всех убивает, а суда топит. Чем не Змей? Самый настоящий.

Пегий посмотрел на меня с выпученными глазами.

— Всякое слышал, но такое — впервые! — хохотнул он после недолгого молчания. — Выдумщик ты, Игнат, аж печень заворачивается от твоих слов! Ну, тогда мы этого Змея в два счёта оприходуем!

— Земля! — завопил марсовый, едва не вываливаясь из «вороньего гнезда». — Слева по борту!

Я и Пегий одновременно вскинули подзорные трубы и навели их в указанное место. Какое-то время перед глазами прыгал горизонт, блестящие на солнце волны, небо — пока не увидел то, что марсовый принял за сушу. И по спине пополз жуткий холод, словно тающий лёд стекал вниз по позвоночнику, замораживая каждую клеточку тела.

Белая шея с чешуйками, плотно прилегающими друг к другу, показалась из воды, завертела удлинённой башкой с вытянутой пастью и двумя длинными усами, похожими на щупальца осьминога, повернулась в нашу сторону — и в моём рту сразу стало сухо, как в пустыне. На меня смотрели ледяные, с голубым отливом, змеиные глаза с вертикальными зрачками, в которых полыхали золотые искорки. Открыв пасть, морской дракон словно нарочно продемонстрировал свои зубы, острые, как стальные наконечники пик, и через мгновение, грациозно изогнувшись, нырнул под воду. Туша его на мгновение задержалась на поверхности, а потом погрузилась в бездну, оставив после себя серебристую взбаламученную воду.

Пегий дрожащими руками с щелчком собрал подзорную трубу, глубоко вздохнул со странным бульканьем в груди.

— Говоришь, старый и выживший из ума фрайман? — наконец, хрипло произнёс он. — Лучше бы это действительно был фрегат с пятью десятками пушек. Хоть какой-то шанс выжить. Ты видел эту тварь? Какого же она размера?

Я не знал, что ответить. Предполагал, конечно, подобное, но не настолько же! Это самый настоящий морской дракон! Рептилия, пришедшая из такой древности, что дух захватывает, облюбовала себе местечко, где её никто не тревожит, отожралась на всех подводных обитателях, и стала легендой. Вот почему мы ни разу не встретили здесь не то что акул и дельфинов, даже больших косяков рыб не заметили! Их или сожрал Белый Змей, или они от испуга мигрировали куда подальше. Но чем-то же этот гад питается! Или он — порождение магии?

Глава 7

В поисках острова сокровищ

Белый Змей находился в стороне от нашего маршрута, и разглядеть его как следует смогли только я и Пегий, ну и Кори на «Кракене», а остальные лишь догадывались, что за тварь плескалась в пределах ста кабельтовых. Если бы она не подняла башку, многие бы подумали о резвящемся ките. По палубе поползли шепотки, грозящие перерасти в панику.

— Дело может плохо кончиться, — призадумался Пегий, и решительно спустился вниз. Оглядевшись по сторонам, он рявкнул: — А ну, слушать меня сюда! Вы мужчины или селёдки пугливые? Подумаешь, какой-то огромный червяк плавает поблизости! У нас есть пушки и мушкеты, с которыми нам никто не страшен. А если кто трусит, предлагаю сразу застрелиться! Мы идём дальше, и плевать на посланца морского дьявола! С нами командор Игнат Сирота, он сумеет с ним договориться!

Экипаж, а особенно штурмовики одобрительно зашумели, приободрились, но некоторые, нет-нет, да и кидали взгляды на левый борт. Я важно кивнул, оставаясь на капитанском мостике, а у самого поджилки тряслись. Рулевой крепко вцепился в штурвал, готовый в любой момент изменить курс, появись Змей возле борта. Но я бы не уповал на скорость и реакцию экипажа. В этом случае нас мог спасти только левитатор.

— Но я не потерплю на своём корабле трусливых лягушек, обосравшихся при виде морского червяка! Если нам суждено с ним встретиться лоб в лоб, каждый должен выполнять свой манёвр без страха и паники. Клянусь, я прикончу любого, кто дрогнет и покажет спину! Вы поняли меня?

— Да, капитан! — рявкнули воодушевлённые матросы, да и штурмовики вскинули вверх палаши.

— Поэтому слушай приказ! Вахтенная команда продолжает нести службу, подвахтенные с палубы не уходят. Бомбардирам банить стволы и готовиться к бою! Бойцы, я не имею права вам приказывать, но не мешало бы проверить мушкеты и остроту топоров и абордажных сабель! Левитатору — быть наготове!

— Марра! — рявкнули мои орлы, а я только улыбнулся, наблюдая за воодушевляющей речью Пегого.

Спустя какое-то время все успокоились, поход продолжался без каких-либо приключений. Даже Змей теперь казался миражом, показавшимся на мгновение перед изумлённой публикой, и растаявшим столь же быстро, как снег на солнце. Но я был наготове и ждал его появления снова. На поясе у меня висел кортик — ключ к спасению, если только Кракен не пошутил напоследок. Ведь бытует мнение, что на пороге смерти человек не способен на подобные подлости. Но Де Ла Веха за века своей жизни мог покрыться непробиваемой коркой цинизма и злобы. А меня выбрал в качестве своей последней шутки.

Крик марсового прозвучал на закате, когда солнце окрасило поверхность моря в золотисто-красные и оранжевые тона. Удивительно, что весь сегодняшний день погода нам благоволила. Мы спокойно дошли до скалистого острова, покрытого яркой зеленью, и бросили якоря в пределах видимости берега. Густой лес, начинавшийся сразу от уреза воды уходил вглубь суши, карабкался вверх по холмам с помощью крепкой корневой системы, и грозно покачивался под порывами ветра.

— Хочу пройтись вдоль берега, — сказал я, внимательно разглядывая местность. — Если это Изумрудный, у него есть одна важная примета.

— Уже темнеет, — Пегий не был в восторге от моей идеи. — Шлюпку может подхватить течение и унести далеко в море.

— Брось, я не пойду далеко. Обогнём остров с юга на запад. Посажу на вёсла своих парней, быстро сбегаем туда и обратно.

До полной темноты оставалось чуть меньше часа, когда мы отошли от «Леди Тиры». В шлюпке были только штурмовики, практически половина отряда, но рулевым напросился Койпер. От опытного матроса я не стал отказываться, чему парень был рад.

Именно он посоветовал взять чуть западнее, чтобы попасть в течение, и нас быстро понесло вдоль берега. Стоявшие на рейде бриги постепенно скрылись из виду, а мы через несколько минут уже шли мимо гранитных валунов, облепленных водорослями. Волны с шумом били в каменные бока, оставляя на них белесую пену.

«Лучше всего эффект радуги виден в полдень, когда солнце встаёт в зенит, — как будто наяву услышал я скрипучий голос Кракена. — Значит, это то самое место, которое тебе нужно».

Я глядел на гряду валунов, за которыми темнел лес, и на скалистые бока прибрежных пещер. Это была целая сеть огромных каверн, изрытых бесконечным набегом волн. В некоторые из них с гулким шумом заходила вода, чтобы вылиться грязно-коричневыми потоками и мусором из других мест. Сомнений не оставалось. Это был Изумрудный. Ныряющий неподалёку Белый Змей только укреплял решение тщательно исследовать береговую линию в поисках пещеры с сокровищами. Вход в неё должен быть со стороны моря. Но без шлюпки туда соваться нечего. Значит, будем просматривать каждую щель. Возможно, клад Кракена находится в глубине острова, куда можно добраться только через разветвлённую сеть надводных гротов. Старый хрыч ничего не сказал насчёт каких-нибудь меток. Дескать, сам ломай голову. Ну что ж, поломаю, если приз того стоит.