Валерий Гуминский – Притяжение силы (страница 40)

– Глеб согласился преподавать рукопашный бой в «Гладиаторе», – с гордостью произнес Василий. – Занятия начнутся с сентября.

– Я успею, – улыбнулся Донской. – Как у тебя со временем, Гриша? Сможешь приезжать ко мне?

– А куда? – Григорий уже готов был сейчас начать занятия. Настолько его увлекло желание разгадать тайну арийской йоги. Ведь такая система подготовки бойца больше всего походила на цельный сбалансированный комплекс физических практик.

– Я живу за городом, – пояснил офицер, – по западному шоссе. Поселок Золотые Пески. Местечко неплохое, от джалиндинских приисков далеко. Тихо, спокойно. Если осилишь три раза в неделю мотаться из города в мое небольшое имение, буду заниматься с тобой.

– На такси буду приезжать, – кивнул парень. – Никаких проблем не будет.

– Тогда первая тренировка через два дня, – подал ему руку Донской. – Жду.

Глава восемнадцатая

Состояние недоумения медленно переходило в фазу ярости. Подумать только, этот несносный Старицкий упорно молчит, телефон то ли отключен, то ли он сам игнорирует звонки. А через ауру вообще невозможно достучаться. Полная тишина. Словно заслон поставил от внешнего вмешательства. Тамара не понимала, почему произошел такой резкий поворот. Сам же набивался в друзья, но после той прогулки при упоминании Китсеров замкнулся в себе. Девушка ничего не понимала, а потом махнула рукой. Не хочет – пусть живет своей жизнью.

Оказалось, что не так легко отмахнуться. Вторую ночь подряд Тамара спала плохо, потому что какой-то голос все время нашептывал ей, что не стоит прерывать отношений с молодым человеком. Мальчишки – они такие. Выдумывают себе проблемы, а потом мучаются, не знают, как подойти к девушке, откровенно поговорить. Она силилась разглядеть лицо говорившего, но оно все время оставалось где-то на грани сна и реальности, в полутонах и переходах черного и белого. Но этот человек был реален, и его голос так знаком. Главный посыл оставался всегда один и тот же: не прекращать отношения с Григорием, подчинить себе его волю, дать ему увлечься романтикой встреч.

Раздраженная происходящим, княжна просыпалась и по нескольку минут сидела в постели растрепанная и злая. Потом шла в ванную комнату, приводила себя в порядок. Телефон молчал. Старицкий был чем-то увлечен и по-прежнему не выходил на контакт.

Прошлепав мягкими тапками по лестнице, спустилась вниз, хмуро ответила на приветствия попавшихся на ее пути Шубина и волхва, завернула на кухню. Хлопнулась на стул и стала ждать, когда Галина подаст ей чашку горячего кофе и свежие булочки с джемом.

– Опять кошмары? – сердобольно спросила женщина. – Может, попросить Валентина, чтобы через гипноз снял стресс?

– Глупости это все, – буркнула Тамара. – А где капитан Марченко?

– Тимофей в дежурной комнате, просматривает ночные камеры. Сейчас придет.

Она успела схомячить одну булочку, когда появился начальник охраны. Он пожелал доброго утра женской половине дома и с энтузиазмом присоединился к поеданию свежей выпечки. Тамара с завистью смотрела на его хорошее настроение, не понимая, почему у нее эмоциональный фон так подвержен перепадам в последние дни. Без общения со своим соседом ей становилось плохо. Может, ей действительно впихнули какую-то закодированную программу? Или сам Григорий постарался внушить ей, что без него девушке будет очень некомфортно? Гад! Оценивая объективно свои чувства, она призналась себе: до дружеских отношений, пусть и самых робких, им далековато. К Старицкому Тамара не испытывала теплых чувств, чтобы переживать настолько. Ну, обычный парень с переизбытком Силы, которую он растрачивает по пустякам. Перспективный волхв, будущий архимаг, как вспомнилось сейчас. Такого Коллегия иерархов не пропустит, обязательно возьмет на обучение. Был мальчик, и не стало его. В Петербурге хотя бы остался настоящий цвет аристократии, с которым не зазорно породниться. И папенька об этом хорошо знает. Да и Тамара не против такого варианта, если честно. Зачем ей углублять отношения с Григорием? Тем не менее она ведь отреагировала на его состояние тем вечером, когда Старицкий вернулся в свой дом с прогулки с перенасыщенной отрицательной энергией! Подлатала его ауру, пригладила вздыбленную «шерстку», чувствуя небывалое удовлетворение от своей заботы.

– Господин капитан, а что вы сказали Старицкому позавчера, когда я ушла отдыхать? – вдруг спросила она.

Марченко неопределенно пожал плечами, поставил чашку подальше от себя.

– Мне не нравится его прошлая жизнь, полная странных загадок, – признался он. – В свои шестнадцать лет он успел обзавестись целым ворохом проблем, о которых мы не знаем. Точнее сказать – у меня нет такой информации. Почему его так рьяно опекают маргинальные личности? Григорий просил разрешения встречаться с вами, Тамара Константиновна, а я в некоторых раздумьях. Не опасно ли ваше нахождение рядом со Старицким?

Странно, подумала Тамара, что Марченко находится в информационной изоляции. Предполагалось, что отец каким-то образом будет держать в курсе событий своего подчиненного, доверив ему жизнь дочери. Или начальник охраны просто играет на публике, а сам имеет точные инструкции? Кто мешает капитану попросить помощи у местной полиции?

– Если бы у мальчика было желание встречаться с Тамарой, он бы давно колотил ногой в ворота, – проворчала Галина, стоя у раскрытого окна. Чтобы занять свои руки, она полотенцем протирала и без того чистые тарелки. – Странно все это. То осаждал, как неприступную крепость, то теперь исчез.

– Он каждое утро куда-то убегает, – успокоил женщину Марченко. – И куда-то делись его «дружки». Как отрезало.

– Наверное, разобрался с ними с помощью кулаков, – фыркнула Тамара. – Подраться он любит – это заметно.

– Мне трудно принять решение, – сказал капитан, вставая. – Решайте сами, Тамара Константиновна: встречаться с ним или нет. Охрану я снимать не буду ни в коем случае. Галя, спасибо за булочки. Съел бы еще, но боюсь увлечься. Я буду в дежурной комнате. У вас есть план на сегодня? Выезд, визит к кому-либо?

– Боюсь, придется торчать в душном доме весь день, – проворчала девушка. – Единственный кавалер – и то куда-то сбежал. О, Небеса, как же мне скучно в этой дыре!

– Можно съездить на стрельбище, – капитан застрял в проеме двери. – Не ахти какое развлечение, но день можно пережить с наилучшим настроением.

– Подумаю, – сморщила носик девушка. – Не нравится мне из оружия лупить по мишеням. Я руками быстрее прибью кого-нибудь…

– Не сомневаюсь, – сделал легкий наклон головы Марченко и ушел, оставив сидеть княжну в раздумьях. Какая-то неправильность во всем происходящем заставляла нервничать по пустякам. Одни вопросы без ответов. Отец до сих пор не соизволил поговорить по закрытому каналу, словно опасается сказать лишнего. С Тимофеем – пожалуйста, чуть ли не каждый день указания дает. Почему мама тоже молчит? Катька, наверное, всю плешь проела родителям, требуя видеоконференции. Она такая, мертвого поднимет и заставит его станцевать на крышке гроба. Поневоле закрадывается мысль, что в Петербурге что-то намечается. Но здесь логические измышления вступают в противоречия. Зачем тогда упекать старшую дочь в Албазин? Мест мало в России поближе к столице? Есть же спокойные уголки в той же Риге или в Курляндской губернии, где у семейства Меншиковых прекрасная дача. Вот этого, хоть убей, Тамара понять не могла.

Мысли опять переметнулись к Старицкому. Почему он так отреагировал на фамилию Китсеров? Где собака зарыта? Девушка никак не могла провести ниточку от одного события к другому. Сплошные лохмотья и обрывки. Еще сны эти, шепчущие одно и то же. Просто толкают к определенным действиям.

– Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться по магазинам? – вдруг спросила Галина, видя, как мучается в раздумьях девушка. – Самый лучший способ развеяться и развлечься – потратить кучу денег на ненужные покупки! Вот увидишь – хандра сразу пройдет.

– Ты у меня, как всегда, найдешь наилучший способ! – улыбнулась Тамара. – Тогда иду одеваться. Предупреди Тимофея, чтобы готовил машину.

Марченко с удивлением заметил, что в дежурной комнате слишком людно. Вся оперативная группа находилась здесь, толкалась возле монитора и обсуждала какие-то новости, не обращая внимания на съежившегося охранника, которому подобное собрание мешало работать. Шубин, Еремко и волхв отошли от него только после внушительного покашливания капитана.

– Кто-нибудь мне скажет, что здесь происходит? – оглядев команду, строго спросил Марченко. – Лейтенант Шубин, доклад.

– Внешний пост доставил фотографии, – сказал помощник. – Рано утром после смены. Кажется, ситуация начинает выползать из тумана.

– И что там начало выползать? – усмехнулся Марченко, подходя к столу с аппаратурой. – Давай, показывай, что нащелкал наш агент.

Оператор шустро нашел нужную папку и открыл ее. Капитан похлопал его по плечу, предлагая уступить место начальству, сам сел за монитор и несколько минут открывал файлы, с каждым разом мрачнея все больше и больше. Потом вернулся к некоторым фото и внимательно стал рассматривать персонажей, попавших в объектив.

– Что мы имеем? – спросил капитан. – Имеем нехорошую активность. Не меньше восьми мужчин определенного возраста с физиономиями, которые просятся в картотеку сыскной полиции, засветились возле дома с нашими дорогими клиентами. Проверили по базе?