Валерий Гуминский – Притяжение силы (страница 35)
Астапову головной боли прибавилось. Как поступить? Охранять старшую дочь князя Константина, приставив к дому, где она проживает, постоянный пост? Но сверху дали четкие указания: ничто не должно привлечь внимания к сиятельному лицу. А это сиятельное лицо, как доложил майор Зинченко, было еще той прелестницей. Как еще стало известно, бывшая усадьба Кривошеева, сменившая своего хозяина за несколько месяцев до приезда княжны Тамары, превратилась в напичканный электроникой и магическими плетениями объект. Ни одна мышь не проскользнет. Разумная предосторожность, которую Астапов приветствовал. Но ему не давала покоя какая-то несуразность, неправильность в этом факте. Аристократы – что с них взять – могут себе позволить жить даже в шалаше в центре города. Их дело. Но чувство неправильности царапало, пока до Георгия не дошло, что на этой же улице неподалеку от усадьбы Кривошеева живет правнук Назарова, из-за которого уже третий год идет тайная и глубинная возня нескольких кланов. И второй кусок фрагмента лег в основу картины. Основательный такой, жирный, от которого Астапову стало плохо. Он не забыл, как моделировал с Полозовым ситуацию, в которой Китсеры или их хозяева попробуют подвести к молодому Назарову нужную девицу. Расчет на гормональное буйство парня был оправдан. Клюнет или нет – вопрос времени. Клюнет в любом случае.
Но Астапов никак не ожидал, что на самом деле великий князь Константин вмешается в игру. Это был высший уровень, на котором он, директор департамента полиции города Албазина, не имел права появляться. Головы здесь летят направо и налево, без разбора. А свою он не хотел терять. Астапов поступил проще. Он набрал номер Полозова и коротко сообщил, что к найденышу подводят объект. На что потайник также скупо ответил: уже знаю. И откуда, интересно?
В таком случае надо просто делать вид, что ничего не происходит, но при первом же удобном случае отослать Назарова к своему прадеду. Пусть патриарх сам с ним занимается и защищает. Если жив еще. Наверное, жив, иначе в «Имперских ведомостях» давно некролог бы тиснули. И в Сети обязательно прогнали пару строк.
Забрав пиджак с вешалки, Георгий вышел из кабинета, закрыл его на ключ и спустился вниз. Предупредил дежурного, что уезжает по делам на два-три часа. Свой мобильный в таких случаях он отключал. Переживут.
Он ехал на встречу с Фазаном. Необходимость разобраться в некоторых непонятных вещах, творящихся в городе, заставила его чуть раньше контрольного срока выйти на осведомителя и назначить рандеву на явочной квартире.
Ничего не изменилось, как и поведение Фазана. До приезда Астапова он успел выпить несколько кружек кофе и теперь, развалившись в кресле, смотрел какой-то фильм по телевизору.
– Сердечко не боишься посадить? – Георгий зашел в комнату, поморщился и распахнул окна в комнате, чтобы хоть как-то выветрить острый и пряный запах кофе.
– В моем положении бояться надо другого… – флегматично заметил Фазан. – Частенько по краю ходить стал. Слушай, начальник, может, на пенсию отправишь? Устал я. Жениться хочу, дом построить, детишек завести…
– Какие приятные желания, – Астапов зачем-то выглянул в окно, скорее, для того, чтобы снять с лица маску напряженности и озабоченности. – Вот найдешь мне сменщика, такого же, как ты сам, с печалью, но отпущу.
– Значит – нескоро, – констатировал Фазан, правильно поняв слова куратора.
Астапов отказался от предложенного кофе, сел в кресло напротив осведомителя, закинул ногу на ногу и кратко очертил сферу своих интересов:
– Мне нужны точные сведения и любые слухи, проверенные и даже сказанные по пьяни. По некоторым данным в городе появились авторитетные воры. Ясно, что они не просто так сюда заглянули. Заниматься с ними будет «уголовка», у меня другой интерес. О чем больше всего говорят? Какие приоритетные цели поставлены для братвы? Особенно важно узнать, были у паханов контакты с представителями аристократических кланов или нет? Если таковые случались, то каковы мотивы и цели?
– Ну, начальник, для одного человека это слишком много, – Фазан, внимательно выслушав Астапова, недовольным не выглядел. Просто цену себе набивал. Объемы информации действительно могли вызвать легкую оторопь. Осведомитель, пусть даже ловкий, без должной подготовки и разветвленной сети личных «кукушек» не сможет предоставить необходимые данные. Нужно учитывать и постоянную настороженность уголовной братии, не привыкшей распускать язык где попало.
– Так и я не с пустыми руками даю указания, – усмехнулся Астапов. – Впрочем, ты уже сейчас можешь начать меня радовать. Вижу, есть что сказать.
– Да несерьезно все это, – пожал плечами Фазан. – Какие-то странные телодвижения по городу, с ходу и не сообразишь. Обрывки, кончики, недомолвки… Слухи такие: с отсидки вышел Якут и в городе уже второй месяц сидит, носа не высовывает. «Кукушки» нашептали, что на него вышел какой-то волхв из большого клана. Частенько с ним встречается, о чем-то разговаривает. По описанию выходит, что это сам Хазарин. Это не утверждение, начальник, а мое предположение!
– Давай дальше, не отвлекайся, – сердце Астапова предательски засбоило. Опять Хазарин! Казалось, после истории с архивом он надолго исчезнет с горизонта, но, оказывается, волхв никуда не думал уходить. Все так же в городе крутится, чего-то ждет. Хотя, надо признать, последний с ним разговор обогатил директора департамента на очень приятную и солидную сумму на счетах.
– Угу. О чем базар – не скажу. Только после этого Якут стал подтягивать к себе ушлых ребят, с кем раньше работал. Самые отмороженные всегда при нем, никуда не лезут, затихарились. Мелкие поручения и задания выполняют приблатненные и сявки.
– Что именно? Какие задачи им поставлены?
– Будешь смеяться, начальник. Следят за какими-то богатенькими ребятишками. Может, похищение готовят. Опять же – предположение…
– Не выяснил, кто это такие?
– Нет. Единственная зацепка – что девчушка из приезжих. Недавно здесь появилась. А парень – местный.
– Так они не из одной семьи?
– Ни-ни. Дружат якобы. Любовь-морковь…
– Выясни. Что еще интересного из мира слухов?
– Из-за кордона ждут крупную партию «радуги». Это магический наркотик…
– Знаю, можешь не объяснять, – прервал его Астапов. – Когда, в каком месте?
– Через амурский выступ не полезут, а вот обходным маневром с востока могут проскользнуть… – Фазан с сожалением посмотрел на пустую кружку, в которой остался густой коричневый осадок. – Но часть партии пойдет в Албазин через тайгу. Что-то, возможно, по Амуру вверх пойдет, в Забайкалье, часть здесь осядет. Так что через месяц ждите гостей.
– Не беспокойся, встретим, – жестко ответил Георгий. – Меня чрезвычайно заинтересовали контакты Хазарина с Якутом. Очень заинтересовали. Постарайся выяснить мотивы такого теплого содружества.
– Да пакость готовят какую-то, – ухмыльнулся осведомитель. – Хазарин якобы уже запустил процесс подготовки, сам что-то натворил. Здесь я не смог ничего узнать. Все молчат как рыбы.
– Или ничего не знают. Хазарин мог и без уголовников справиться, – задумался Астапов.
– Верняк, – согласился Фазан. – Еще разговоры идут про какой-то клад. Но это больше среди пацанов уличных. Шнырь по кличке Кол трепался неделю назад, что на Монашьем острове отрыли вход в какое-то подземелье. Сам лично видел, божился. А потом вдруг резко забыл, что сам говорил об этом. Говорит только, что дверь замагичена, духи не дают разрешения открывать ее. Несет, в общем, бред.
– А дальше что?
– Дальше – ничего. Кто-то решил проверить, так ли это. Ничего не нашли. Весь остров обшарили. Кол теперь репутацию баклана словил. Сам виноват.
– Все может быть, – погружаться в размышления Астапов не стал. Потом подумает о странностях. – Меня больше всего волнуют отношения Хазарина с Якутом. Покопай в этом направлении.
– Постараюсь, – пробурчал Фазан. – Дело рискованное, стоит определенных затрат.
– У тебя всегда дела рискованные, – улыбнулся Астапов. – Хотя твоей интуиции доверять стоит. Когда речь заходит о компенсации, ты всегда приносишь мешок подарков. Я на тебя надеюсь.
По пути на службу он заехал в местную филармонию и по просьбе жены приобрел два билета на концерт местной оперной дивы. Культурный выход в массы намечался в воскресенье, но Астапов согласился на него скрепя сердце. Дел было невпроворот, и он собирался посвятить вечер важным бумагам и документам. Ладно, и так почти никуда в последние полгода не выходили. Надо снять напряженность в семейных отношениях. Служба не убежит.
Прибыв обратно в Департамент, первым делом вызвал к себе майора Зинченко, без пяти минут подполковника. Нужна была информация его сыскарей по некоторым зависшим делам, да и подсказать направление поисков нужно. Потом набрал номер барона Коломенцева.
– Здоров, Петрович, как сам? – проговорил он в трубку, услышав жизнерадостный голос волхва.
– С самого утра сижу и жду твоего звонка, веришь?
– Охотно верю. У тебя же чуйка развита отменно, – улыбнулся Астапов. – Да не сердись, есть дело к тебе. Сможешь сегодня к окончанию работы ко мне забежать? Только не говори, что далеко идти.
– Ладно, я на машине подъеду, – сдался Коломенцев. – Фрукты захватить?
– Намекаешь на успокоительные пятьдесят грамм? Конечно, приноси. Без толкача не разобраться. Давай, жду к шести.