Валерий Гуминский – Найденыш 2 (страница 2)

В дверь два раза с небольшим интервалом стукнули. Наверное, это был денщик, принесший требуемое. Так и есть. Князь вернулся к столу с небольшой корзинкой, в которой оказалась темная пузатая бутылка, пресная ноздреватая лепешка и пара кругов кровяной колбасы.

— Из моих личных запасов, — щелкнув ногтем по стеклу, сказал Шаранский. — Не откажетесь открыть, пока я готовлю пиршество?

— Охотно, — кивнул Назаров и взял в руки тяжелую бутыль. — Это вино?

— Оно самое. Захватил из дома, когда уезжал на службу. Пять лет уже вожу с собой. Открывайте, что же вы?

— Уже, — волхв поставил на стол посудину, продемонстрировав князю тугую пробку в пальцах.

— Ваши магические штучки? — полюбопытствовал Шаранский, разливая в походные алюминиевые стаканы терпкое и духовитое вино. — Не заметил, как применили Силу. Открывали явно без штопора.

— Это пустяки, дешевое представление, совсем не требующее затрат энергии, — отмахнулся Назаров. — Я такому фокусу обучился в пять лет. Практиковался на частых ужинах в нашем поместье. Гостям нравилось, в отличие от моего отца. Частенько попадало за такие художества.

— Как же ваши заявления об осторожности?

— Об этом не беспокойтесь. Фон плетения низкий, радиус действия до ста метров.

Выпили, снова повторили в полном молчании. Только потом руки потянулись к лепешке и нарезанным кружкам колбасы.

— Разрешите личный вопрос, Михаил Давыдович, — прервал тишину подполковник.

— Валяйте, — махнул рукой князь. — Раз уж у нас вечер откровений.

— Как вышло, что вы, потомственный аристократ, в роду которого есть несколько одаренных, не обладаете Силой? Я чувствую какую-то пустоту в вашей ауре, которую нечем насытить.

— Нет искры небесной? — усмехнулся князь. — Дар… Скорее — подарок, небольшой такой. С пальца костры разжигать, вместо спичек. В походах вещь незаменимая, согласен с этим, а в остальном — бесполезная игрушка. Шаранский махнул рукой.

— У вас закупорены энергетические точки, отвечающие за энергетику и связь с Родом, — пояснил Назаров, внимательно перед этим оглядев с ног до головы своего собеседника. — Родник «закрыт». Именно он и является главным проводником между человеком и Правью. Почему это произошло — не могу понять. Родовая травма? Или кто-то очень сильный наложил проклятие?

— Я слышал подобные версии от своих родственников, — усмехнулся князь. — Бабушка больше всех сокрушалась, что не может пробудить во мне Дар. Кстати, она ближе всех подошла к разгадке. Все смеялись, не могли понять, о чем она говорит. Думали — о младенческом родничке идет речь. Не понимали, что это фигура речи. А вы сразу разглядели то же самое.

— Кем была ваша бабушка? — наливая в стаканы очередную порцию вина, поинтересовался Назаров. — Ведьма?

— В наших края таких людей называли Ведающими, Ведунами, а так, да — ведьма. Лечила одним прикосновением ладони, а вот меня не смогла. Очень ее это огорчало.

— Весьма странная ситуация, — встал волхв. — Разрешите вас осмотреть? Без каких-либо обещаний. Надо понять, в чем дело.

— Будете руками прикасаться? — попробовал пошутить князь. — Хорошо, пробуйте. Я уже свыкся со своей ущербностью, глядя на наших аристократов с бушующей в них Силой.

— Вас это обижает?

— Нисколько, подполковник. Я — русский офицер, в первую очередь. Меня защищают такие, как вы. Боевые волхвы в армии зря хлеб не едят. Так что вы нашли? Прогноз подтверждается?

— И я, и ваша бабушка не ошиблись, — Назаров убрал руки от макушки князя. — Удивительно… Кто же постарался так изуродовать вас? Сила-то есть, никуда не делась, но она как перерезанная пуповина, без связи с Правью. Да, возможно, ошибка волхва-акушера, который поторопился с инициацией.

— Можно что-то сделать? — равнодушно спросил Шаранский, но опытный волхв угадал по скрытым интонациям и прячущимися эмоциями под маской давно потерявшего надежду человека нешуточное волнение. — Или продолжу разводить костры без спичек?

— Первый сеанс я проведу сейчас, — скупо произнес Назаров. — Завтра с утра посмотрю, что он дал. Если будут улучшения — продолжу во время экспедиции. В противном случае лечение придется отложить до возвращения в Пишпек.

— Да я особо не тороплю, — покрутил головой князь, как будто прислушиваясь к своему организму, пока подполковник наливал обоим вино. — Получится — хорошо. Нет — плакать не буду. И все-таки, напоследок, пока не легли спать… Что такого в Кашгаре, что туда как магнитом тянет людей вашего калибра? Чужая земля, воинственные уйгуры, которые к русским относятся без особого почитания. Если вступим с ними в боевые действия — я за нашу безопасность не дам и ломаного гроша.

— Кашгар — важнейший торговый путь, — пояснил Назаров давно известные и распространенные факты. — Оттуда можно попасть в Ферганскую долину, в Джамму и Кашмир, в Урумчи и Турфан. Этим положением охотно пользуется агентура европейских и азиатских стран. В Кашгаре легче столкнуться с англичанином или немцем, чем с тем же монголом или киргизом. Но это не самое главное. Германская агентура усилила свои поиски древних манускриптов или последователей Ордена огнепоклонников.

— Аналог ариев-руссов? — живо спросил князь. — Но каким чертом их туда понесло? Последователи Ахурамазды обитают в Персии, но никак не в Кашгаре! Данные о действиях немцев верны?

— Не скажите, Михаил Давыдович, — улыбнулся Назаров. — Если бы вы были в Кашгаре, то заметили, что там много высоких, светловолосых и светлоглазых людей. Большинство из них до сих пор поклоняются духу по имени Сянь. Это искаженное от Ормазд, иначе — Ахурамазда. Немцы всерьез полагают, что часть знаний о древних магических обрядах перетекла в район Памира и Куньлуня. В Персию-то они не суются по банальной причине. Англичане там чувствуют себя очень вольготно. Вот и решили обратить внимание на Кашгар. Нам предстоит перехватить агентов-тевтонов и выяснить, что они накопали. Нельзя допустить утечку знаний в западном направлении.

— Значит, вы всерьез считаете наследие ариев-руссов действующим?

— Я же говорю, что мы пользуемся лишь отголосками былой мощи, — Назаров покачал головой, кинул взгляд на часы, приблизив их к огоньку оплывающей свечи. — Однако, засиделись. Спать пора. Нам нужно до рассвета выступить из Кош-Добо и за пару дней дойти до озера Чатыр-Кел.

— Боюсь, за два дня не управимся, — возразил князь. — Перевалы тяжелые, еще снег кое-где не сошел.

— Посмотрим, — неопределенно ответил Назаров. — Спокойной ночи, ваше сиятельство. Кликнуть денщика?

— Да, будьте так любезны…

Подмандатные России территории, вобравшие в себя часть Киргизии, северного Туркестана и большую часть Таджикистана, являлись виртуальной шахматной доской, где фигуры перемещались, на первый взгляд, хаотично и без какой-либо логики. Но это лишь на первый взгляд. Опытные игроки знали, чем могут досадить России, держа возле этой своеобразной подвздошины острый нож, который в любую минуту мог вонзиться по самую рукоятку. Мусульманский «зеленый пояс», играя роль ножа, всей своей массой и давил на эту пресловутую рукоятку, засылая в горные районы многочисленные мелкие банды, хорошо обученных бойцов с определенными заданиями. Где-то нужно взорвать плотину, где-то вырезать целый кишлак для устрашения, а где-то и напасть на русские гарнизоны, охраняющие стратегические перевалы. Басмаческие отряды, несмотря на близость государственной границы и наличие российских военных баз, наводили страх на местное население. Поэтому Шаранский прекрасно знал, в какую рискованную авантюру Генштаб втянул его малочисленный отряд. Даже наличие двух квалифицированных волхвов не решало вопрос безопасности. И князь решил, что без разведки он и шагу не ступит в незнакомую долину или какую-нибудь горную местность. Судя по карте, до Чатыр-Кела никаких гарнизонов не будет. Случись нападение басмачей — помощь не придет.

— Гипотетически, Анатолий Архипович, что вы сможете сделать в защиту отряда? — спросил князь, когда небольшой отряд, не растягиваясь по узкой тропе, въехал в одно из многочисленных ущелий. — В таких местах мы рискуем нарваться на засаду. Нас просто перебьют, как цыплят на ровном месте.

— Не переживайте, Михаил Давыдович, — успокоил его Назаров, зорко посматривая по сторонам, даже голову пару раз задрал, изучая нависшие над ними огромные валуны с грязными проплешинами мха и терновника. — Я уже озаботился о безопасности, никто не подберется к нам близко. Мой помощник развесил вдоль дороги и на потенциально опасных высотах сигнальные маячки. При наличии опасности мы будем предупреждены заранее.

— А как же скрытность, в таком случае? — полюбопытствовал князь, трясясь на жеребце рядом со старшим волхвом. Тесная дорога не позволяла разъехаться хотя бы на пару шагов, вот и приходилось ехать стремя в стремя. Остальные растянулись цепью. Впереди маячил один из киргизов-проводников в меховой шапке и теплом халате, а второй находился в середине колонны. Таким образом, исключалась возможность мгновенной потери обоих проводников, если отряд попадет в западню. Конечно, шальная пуля могла настичь каждого, но подполковник Назаров заранее подстраховался, поставив защиту на киргизов. Только не говорил этого никому, кроме капитана Зайковского. Сам капитан находился в голове отряда и следил за поведением «сигналок».