Валерий Гуминский – Кондотьер (страница 5)

А теперь мелькнула идея, которую я тут же принялся претворять в жизнь.

— Я сейчас вернусь, дружище Ним, — встав из-за стола, направился к длинной стойке, за которой стоял низкорослый смуглый мужчина с большими залысинами на висках. Это был сам хозяин заведения с забавным экзотическим в этих местах именем — Сотолонго. Скорее всего, в его венах текла аксумская и дарсийская кровь вперемешку, что не мешало вымеску держать в центре Эбонгейта неплохой гостиный двор. Значит, есть серьезные покровители.

— Что господину угодно? — не показывая никаких эмоций поинтересовался хозяин. — Еще мяса и овощей? Есть прекрасный сыр, как раз для вина.

— Нет. Я хотел бы узнать, — понижаю голос, хотя никому нет дела до того, о чем я болтаю с трактирщиком. — Можно ли вызвать девиц на ночь, чтобы скрасить одиночество?

Сотолонго взглянул на меня маслянисто-желтыми глазами с большим интересом. Неужели до меня никто не пытался притащить шлюх в «Старую печать»? Или здесь это не принято?

— Такая услуга будет стоить дорого, — так же негромко ответил он, не бегая глазами по сторонам. Мужик ничего не боялся, просто не хотел, чтобы такие вещи касались других людей. — Я рискую репутацией, поэтому беру два золотых за то, что приглашаю девиц из борделя в респектабельную гостиницу. Если об этом узнает градоначальник, наложит штраф… Какое количество вам угодно?

— Одной хватит, — я почти незаметным движением большого пальца показал за свое плечо на печального виконта. — Моего друга свалила сердечная хандра. Нужно срочно излечить, иначе быть беде.

— Молодость, понимаю, — ухмыльнулся Сотолонго и переставил бочонок с пивом подальше от себя, облокотился на стойку, едва не упершись своим лбом в мой. — А почему для себя не просишь? Монах какой-нибудь? Вроде не похож, одежка-то знатная. Но и не из дворян. Значит, купец. И что мешает развлечься?

— Угадал, купец я. А развлечься… У меня невеста есть, — я понизил голос до шепота. — Она даже на большом расстоянии чувствует измену, — постучал пальцем по виску, намекая на ментальные возможности. — Однажды поймала на горячем, и пригрозила, что следующий раз станет последним. Разорвет помолвку. А мне нельзя, больно уж богатый у нее папаша.

Трактирщик заулыбался. Такие истории растапливают сердца людей, и ты для них становишься своим парнем с теми же проблемами, что и у многих.

— Как стемнеет, я пошлю слугу к одной знакомой бандерше, — Сотолонго еще раз внимательно посмотрел на виконта через мое плечо. — Девку проведут через черный ход. У твоего друга есть время до рассвета, пусть успевает потешиться.

— Только без сюрпризов, — предупредил я. — Знаю я, какие шлюхи сейчас пошли. Больше половины из них соглядатаями работают.

— А ты бывалый парень, молодец, — похвалил меня вымесок. — Не переживай, эти девки умеют держать язык за зубами, но в некоторых случаях шевелят им куда лучше.

Мы посмеялись, и я пошел обратно к своему другу, чтобы помочь ему распить очередную бутылку. А то заснет и все дело мне испортит. Не хочу я видеть кислую рожу Нима всю дорогу.

— Ты о чем с этим копченым разговаривал? — с подозрением спросил Агосто. — Вижу, веселые оба.

— Не берите в голову, виконт, — наливая в кружки вино, откликнулся я. — В чужих землях я всегда стараюсь завести знакомства или же с обычными людьми поговорить обо всем. Любая новость всегда полезна, ежели ты не на заднице сидишь, а по свету ходишь.

— Странный ты, Игнат, — качнул головой Ним и покрутил кружку в руках, однако пить не торопился. — Странный, интересный и весь из загадок. Вроде молодой, как и я, а в словах речь умудренного жизнью человека.

— Просто я многое повидал, — успокоил я виконта и со стуком прислонил свою кружку к его. — Давайте, дружище, выпьем и пойдем смотреть свои комнаты.

— Можно прогуляться до борделя, — сам полез в ловушку Агосто. — Почему ты упрямишься? Тира никогда не узнает о твоих грешках.

— Не искушайте, виконт, — я шутливо погрозил ему пальцем. — По мне лучше две добрых драки, чем одна ночь со шлюхой. Результат все равно один будет…

Ним, как ни странно, меня понял, и громко, не обращая внимания на посетителей, захохотал, мгновенно приходя в хорошее расположение духа. А появление Боссинэ еще больше воодушевило нас.

Купец ввалился в трактир с мрачной рожей, огляделся по сторонам, показал жестом, что видит нас и направился прямиком к Сотолонго. Они оба о чем-то несколько минут шептались, а потом Лесс подошел к нашему столу, положил шляпу на лавку рядом с собой и выдохнул:

— Дерьмо краба! Чтобы я еще раз здесь швартовался со своим товаром⁈ Три часа с меня жилы вытягивали эти ленивые задницы с таможни! Каждый дюйм барков проверили, даже на «Лаванду» захотели свой нос засунуть, но я уже не стерпел… Уф!

Та же служанка принесла очередную бутылку «Искарии», что навело меня на определенные мысли. Вымесок Сотолонго и в самом деле находится под чьей-то протекцией, и пользуясь ею, покупает весьма качественное хмельное не для того, чтобы потчевать голытьбу или матросов с проходящих мимо кораблей. Здесь собираются весьма серьезные люди для обсуждения своих дел. И никто не лезет к чужому столу чтобы завязать знакомство; только лишь после того, как посредником выступит хозяин харчевни. Я дважды видел, как Сотолонго, поговорив с кем-то из посетителей, подводит его к определенной компании, перебрасывается с людьми парой-тройкой слов, после чего тот человек присаживается за стол.

— Так чем дело закончилось? — с любопытством спросил Ним Агосто.

— Дали разрешение на разгрузку. Завтра с утра шкиперы поставят к причалу барки, а вечером я хочу отсюда уйти. Все нервы вымотали… Кстати, а что вы такого наговорили Вальдовину? Такой весь из себя вежливый, даже извинился за задержку. Не помню, чтобы он таким был. Правда, это не помешало его помощникам обнюхать весь груз.

— Когда находишь правильный подход к человеку, он готов показать, что был неправ в некоторых случаях, — усмехнулся виконт, переглянувшись со мной.

— Надо почаще в караванах ходить с вашей милостью, — Боссинэ собственной рукой разлил вино по кружкам. — Больно здорово улаживаете проблемы.

— Обращайтесь, господин Боссинэ, — виконт отмахнулся. — Когда будет время, обязательно помогу.

Мы выпили, закусили остывшим ягненком и зеленью, а потом купец вытер пальцы о голенища сапог и извлек откуда-то из-под кафтана серый конверт, бросил его на стол.

— Что это такое? — мы с любопытством уставились на Боссинэ, требуя объяснения.

— Приглашение от эрла Ронессо, — Лесс постучал пальцем по конверту. — Он узнал, что я нахожусь в Эбонгейте и захотел побеседовать. Мне разрешено взять с собой двух человек, отличающихся хорошими манерами и грамотной речью. Я подумал, что судьба благоволит мне с самого начала, когда мы встретились в Скайдре. Иначе бы мне пришлось идти на встречу со своими шкиперами, умеющими только многозначительно молчать. Согласитесь, не самый лучший вариант.

— Охотно сходим, — я обрадовался. Вдруг какую-нибудь интересную информацию удастся выудить. — Будет чем день занять.

— Видать, когда мы проходили мимо яхты эрла, он заметил вас, — сказал виконт, пластая ножом сырную головку.

— Так мои корабли в Эбонгейте хорошо знают! — засмеялся Боссинэ, жуя кусочек сыра. — Я уже два раза удостаивался чести быть приглашенным в замок Ронессо. Так что завтра с утра мы едем туда.

— Ночуете здесь?

— Да. У меня в «Старой печати» есть своя комната, которую я арендую. Сотолонго примерно знает, когда мой караван приходит в Эбонгейт и никого туда не заселяет в это время.

— Вы предусмотрительны, господин купец, — похвалил его виконт. — И что, в каждом городке тоже выкладываете монеты за аренду?

— У меня есть приличная постель на борту «Соловья», — ухмыльнулся Боссинэ. — Лойвью, Дасквич, Невермут, Валунный Двор — там одни клоповники. Вам тоже советую оставаться на корабле. Полезно для здоровья… и для жизни тоже.

Посидев еще немного, мы разошлись по комнатам. Виконту я ничего про девицу не сказал, но опасался, что он к тому времени заснет и бесславно упустит момент. Поэтому напросился к нему в гости, якобы под предлогом поговорить об очень важном деле.

— Меня беспокоит желание граф Абры добиться своих целей, — пояснил я, когда закрыл дверь на железный засов. — Может, стоит о его черных делишках рассказать эрлу Ронессо? Вы же сами говорили, дружище, что он не очень-то любит правителей Натандема.

— Я об этом думал, — с кряхтением снимая сапоги с ног, откликнулся виконт. — Не в дворянской чести… — икнул он, — говорить о преступлениях и казнокрадстве за спиной человека. Но… ик! Граф Абра такая свинья, что я готов поступиться своими принципами!

— Тем более, что он не гнушается грязных методов, — поддержал его я, вслушиваясь в едва слышимый шум голосов снизу. Народ и не вздумал расходиться. Часть посетителей — местные, они сами скоро уйдут, а вот приезжие могут колобродить еще долго. Но на площадке второго этажа стояла относительная тишина, разве что возле двери проскрипят половицы под ногами кого-то из постояльцев.

— Эх, надо было прогуляться до увеселительных заведений, — вздохнул виконт. — Ты прав, Игнат. Сердечное томление лучше всего забывается после плотских утех. А может, сходим, а?

— Оставайтесь на месте, Ним, — предупредил я, напрягшись. Виконт уже протянул руку к сапогам. Пришлось открыться. — Я уже все устроил. Скоро сюда придет одна прелестница. Незачем шататься по незнакомому городу, где тебя поджидают с мясницким ножом.