Валерий Гуминский – Ход волхва (страница 22)

— Понравилось дома строить? — усмехнулся Назаров.

— Это же легализация воровского общака, — молодому волхву показалось, что Хирург ему подмигнул. — Ферзь с Чеканом сейчас усиленно ищут варианты, которые помогли бы им официально вложить огромные ресурсы в разные предприятия. Сталепромышленники, конечно, не дадут им сунуть рыло в их дела, сразу башку открутят. А вот строительство, торговля…

— Вовремя ты мне эту информацию подкинул, — Никита допил кофе, расслабленно откинулся на спинку стула. — Значит, будем на неё ориентироваться. Не знаешь, где можно найти Ферзя или Чекана?

— Нет, к сожалению, — развёл руками Хирург. — Я же теперь больше о тайге и золоте знаю, чем о своих корешах. Задействуйте свои связи, Никита Анатольевич. Но я бы не советовал сейчас делать резкие движения. Ждите, пока на вас выйдут.

Из кафе Никита со Слоном уходили первыми. Хирург пусть и незаметно, нервничал. Сказывалось нахождение в большом городе, от шума и сутолоки которого он уже давно отвык. Действительно, Извеков теперь больше по приискам мотался, да в Верхотурье конторы золотоискателей контролировал, на пару с наместником — молодым бароном Коваленко. Скорее всего, вор боялся встречи со своими корешами. У себя он ещё мог диктовать условия, как в случае с Батыром, но Екатеринбург заставлял играть по чужим правилам.

Памятуя, что среди персонала могут быть люди, купленные Ферзем, Никита предложил Строганову поужинать в номере. Показывать своё знакомство с молодым князем до контакта с ворами было нежелательно, ну, хотя бы не так демонстративно. А так… случайно познакомились, решили распить графинчик беленькой, хотя, на самом деле это всё для отвода глаз. Подобная конспирация могла вызвать смех у тех, кто этим занимался всю жизнь. Но барон Назаров умел выслеживать и наказывать врагов, как только появлялась возможность встать на их след. А каким способом этого удавалось достичь — неважно. Оставалось дождаться первого шага со стороны противника.

— Мне информатор подкинул новость про Ферзя, — прожевав сочный кусочек бифштекса под грибным соусом, сказал Никита сидящему напротив Владимиру. — Он завладел одной строительной компанией и поглядывает на этот рынок, как голодный волк. Но дело такое, что просто так золотишко и цацки в качестве подкупа никому не сунешь, нужно работать по-честному, или хотя бы делать вид.

— И тут появляешься ты с предложением, — кивнул Строганов. — Дескать, есть один банк, готовый принять сокровища Аль Гаруна и превратить их в честно накопленный капитал.

— Как думаешь, клюнут? — отпив из бокала сухого вина, поинтересовался Никита.

— Думать, брат, мы можем что угодно, — вздохнул молодой князь. — Мы не знаем раскладов, а их могут дать только Ферзь или Чекан. Ох, как же мерзко, Никита! Проще всего взять за глотку этих упырей и выдавить по капле всё, что они награбили с отцовских и моих приисков! Да ведь там не только золотой песок и самородки! Сколько домов и квартир обнесли воры? Сколько из-за жажды наживы погибло честных людей? Тысячи! И все эти ручейки стекаются в руки тех, кто не приносит пользы стране! А мы хотим отмыть эту грязь!

— Понимаю твои чувства, Володя, — кивнул Никита и принялся за бисквит с клубничной начинкой. — Если хочешь очистить свою совесть, то ты можешь пускать часть доходов на какую-нибудь благотворительность, помогать сиротам, закупать дорогостоящие лекарства для больниц. Да много куда.

— Добродетельность против наркотиков, подкупа чиновников, коррупции, оружия, нелегального бизнеса, — потёр подбородок Владимир. — Уравновесить чашу весов.

— Именно, брат.

— Никита, я подозреваю, что у тебя на уме совершенно другое, — покачал головой Строганов-Турский. — Иначе получается какое-то нехорошее слияние с воровским капиталом.

— Не переживай, Володя, всё сделаем в лучшем виде, — Никита ободряюще улыбнулся. — Ты войдёшь в игру только в самом крайнем случае.

После завтрака Никита приказал Москиту подогнать машину к подъезду гостиницы. Пора было ехать в Коммерц-Коллегию, расположенную в одной из современных высотных домов в районе Городского пруда. Для поездок по городу личник выбрал «Ладогу-Гранту» чёрного цвета. У неё был большой салон, поэтому четверо мужчин поместились с комфортом.

К фырчащей на бодром морозце «Ладоге» спускались втроём, неторопливо и даже чуточку с ленцой, словно дело, для которого они приехали в уральский город, могло и дальше подождать. Лязгун открыл заднюю дверцу машины, и Никита, запахнув полы пальто, нырнул внутрь. Личник сразу же влез следом. Слон, как обычно, занял место возле водителя.

— Мы не переиграли? — спросил он, поглядев по сторонам, отмечая пустынную площадку перед гостиницей и уныло топчущегося у дверей швейцара в сером пальто. — Что-то никто нами не интересуется.

— Не переживай, — усмехнулся Никита. — Они появятся, когда ты их перестанешь ждать.

— В любом случае, крути башкой, не расслабляйся, — поддел его Москит, нисколько не обращая внимания на поднесённый к его носу кулак.

Они и в самом деле могли переоценить всезнайство воровского сообщества, и водитель, который их вёз в гостиницу, банально не был встроен в систему контроля за приезжими. Обычный мужик, зарабатывающий на извозе, не более. Ну, любит гостям на уши накидывать разные слухи, так это не преступление. Размышляя таким образом, Никита, тем не менее, за обстановкой следил. Если ему казалась подозрительной какая-то машина, он выпускал «амёб», с помощью которых слушал разговоры сидящих там людей. Анекдоты, семейные ссоры, споры коммерсантов по поводу важного подряда — ничего особенного, что могло бы насторожить.

«Допустим, Ферзь не узнает о новых „коммерсантах“, задумавших создать в подконтрольном для него городе компанию, — размышлял Никита, глядя на мелькающие в окне высотные дома, пустые пока тротуары, автобусы и машины, старые купеческие здания, органично вписанные в суету развивающегося Екатеринбурга. — В таком случае придётся „светить“ Хирурга, как бы тому ни хотелось. Ладно, я его защищу от гнева некоторых горячих голов, это не проблема. Главное, чтобы на него или меня вышел самые главные „иваны“. А дальше — дело техники».

Коммерц-Коллегия находилась в высотном здании, облицованном симпатичной белой плиткой, и от этого казавшегося нарядным на фоне серого утреннего неба. И что хорошо — на первом этаже, полностью отданном под магазины, офисы и компании. Можно было в эту Коллегию и не заходить, а спокойно посидеть в кафе, поглядывая за посетителями. Никита, тем не менее, всё же решил заглянуть туда. Взяв Слона, прошёл с ним по широкому коридору в левую часть здания. Государственное учреждение было ограждено стеклянной перегородкой, за которой виднелось просторное помещение со стойками, столиками и кабинками, в которых находились служащие. Они принимали документы у посетителей, беседовали с ними, возможно — давали консультации.

Как только Никита со Слоном вошли внутрь, к ним сразу направился приятный молодой человек в сером костюме, под которым был надет вязаный жилет. Он вежливо поинтересовался, чем заинтересованы господа. Когда услышал о желании открыть компанию по скупке золота, слегка удивился.

— В Екатеринбурге действует государственная компания, — пояснил служащий, — и помимо неё — ещё пять подобных частных. Но они все мелкие, принадлежат одному человеку. Появление новой конторы, да ещё с учредителем из Петербурга, явно не понравится господину Брусницыну.

— То есть господин Брусницын всячески препятствует появлению честной конкуренции, не запрещённой, кстати, законом? — сделал удивлённое лицо Никита, и медленно стянул с рук перчатки. — Это какое-то нововведение? Или Екатеринбург уже не входит в состав Российской Империи?

— Что вы, право слово, — смутился молодой человек. — Я ведь не отговариваю вас, только предупреждаю, какие проблемы могут встать на вашем пути. Вы можете потерять и бизнес, и деньги, но так ничего и не добиться.

— Спасибо, Аркадий Кириллович, — сухо ответил Никита, прочитав имя служащего на картонном прямоугольнике, нацепленном на лацкан пиджака. — Совет очень своевременный, и я сейчас же прямиком отсюда направлюсь в аэропорт, чтобы со слезами вернуться в Петербург.

— Прошу прощения… — покрылся румянцем Аркадий, уловил иронию в словах хорошо одетого мужчины, крепкого и решительного, судя по взгляду. Мало что на пальце только одна дешёвенькая золотая печатка, не дающая никакой информации.

— Не стоит, — отмахнулся волхв. — Я очень слабо знаю конъюнктуру местного рынка, поэтому вернусь в гостиницу и тщательно изучу все подводные камни этого нелёгкого бизнеса. Хорошего дня, Аркадий Кириллович.

Он с ленцой поднёс к меховому кепи два сложенных вместе пальца и вышел из стеклянного помещения. Слон, закрывший дверь, догнал Никиту.

— Ну и фрукт, — хмыкнул личник. — К нему с предложением, которое сулит хорошие деньги, пришли, а он каким-то Брусникиным стращает.

— Брусницыным, — поправил Слона Никита. — Это семья золотопромышленников, причём, довольно известная на Урале. Кстати, гостиница «Американская» принадлежит им.

— Да? И что нам с этой информации? — почесал затылок Слон.

— Как бы и ничего, — возвращаясь по коридору в кафе, ответил Никита. — Но мы теперь точно знаем, что воровская община в это дело не лезет, или, как вариант — занимается подпольной скупкой. Значит, нужно использовать другой вариант. Жаль, придётся-таки Хирурга наживкой сделать.