Валерий Гуляев – Знак Вопроса 2002 № 03 (страница 34)
По мнению Ф. Архенгольца, начало флибустьерства относится к 1660 году, когда они уже систематически грабили корабли и сообща проводили крупные пиратские экспедиции. Испанцы вынуждены были штурмом взять это разбойничье гнездо. Но долго удержаться не смогли: флибустьеры отбили Тортугу обратно.
Вскоре произошло событие, несколько поколебавшее устои-вольницы. Губернатор доставил из Франции целый корабль женщин (путан и воровок). Произошло редкое событие: «законных» жен покупали на аукционе. Большинство браков оказались счастливыми. Хотя далеко не все флибустьеры, обзаведясь семьей, отказались от своего доходного и опасного промысла.
Однако базы пиратов были не только на Тортуге. На Ямайке обитал не менее отчаянный народ — по большей части англичане и голландцы. Отсюда Левис Скотт, например, провел одну из первых успешных десантных операций: набрав несколько десятков головорезов, напал на городок Сан-Франческо-де-Кампиш, захватил его, ограбил, а напоследок взял крупный выкуп, угрожая спалить его дотла.
Его пример оказался заразительным. Рекордный по наглости налет совершил пират с Ямайки Джон Девис. Корабль Девиса долго курсировал по морю. Добыча не попадалась. И тогда он решил ограбить Никарагуа — город, лежащий в 30–40 милях от моря и имевший гарнизон 800 человек (пиратов было 90).
На корабле вошли в устье реки. Затем пересели на каноэ и, выдавая себя за испанцев, прошли вверх по реке до города. Ночью, убив стражей, принялись грабить церковь и богатые дома. Жители подняли крик. Воспользовавшись общей суматохой, бандиты вернулись в свои лодки с награбленным добром и несколькими заложниками. Им вдогонку направился большой испанский отряд. Но пираты успели добраться до корабля и, воздав хвалу Господу (они были набожными людьми), убыли на свой пиратский остров. Добыча их составила около 40 000 пиастров.
Девис и его команда не стали просаживать все добытое золото в кабаках. По закону нарождавшегося капитализма, они решили пустить средства в оборот, чтобы получить новые доходы. Вместе с компаньонами Девис снарядил 9 кораблей и направился к Кубе встречать испанских торговцев. Безрезультатно прождав некоторое время, он предложил двинуться на Флориду, в город Сан-Августин.
«В этом городке, — писал А. Эксквемелин, — была крепость с двумя ротами солдат. Однако хоть там она и была, пираты успешно разграбили город и захватили огромную добычу, не понеся почти никаких потерь».
Но вообще-то пиратское счастье обманчиво.
Отличавшийся огромной физической силой атаман (французский дворянин) Александр по кличке Железная Рука предпочитал «работать» на одиночном корабле с командой отборных бандитов. Они ловко захватывали торговые суда, но взорвались… от удара молнии в пороховой погреб. Оставшиеся в живых пираты бедствовали, да еще вдобавок отбивали нападения индейцев, живших на острове, возле которого произошел взрыв.
Наконец показался корабль, направлявшийся к острову. Пираты попрятались, резонно полагая, что, завидев их физиономии, ни один нормальный человек не рискнет сойти на берег. Испанцы, опасаясь индейцев, отправились за пресной водой к родникам большим отрядом с капитаном во главе.
Пираты устроили засаду и дали залп по прибывшим. А те вдруг исчезли! Разбойники находились в недоумении, хотя испанцы применили простейший тактический прием: залегли. Железная Рука бросился к ним, размахивая саблей, но споткнулся, упал и выронил оружие. Капитан испанцев подскочил к врагу, желая снести ему голову. Пират изловчился и схватил его за руку. Вырвав шпагу, он заколол противника.
Весь испанский отряд был изрублен. Переодевшись в платье убитых, пираты вернулись на корабль. Их подняли на палубу. Они тотчас зарезали несколько человек и захватили и судно, и ценный груз.
Среди первых флибустьеров острова Тортуги был Пьер Легран (Большой). По-видимому, он прибыл из Франции в числе искателей счастья и быстро понял, что найти его проще всего, занявшись морским разбоем. Отличаясь силой и смелостью, Пьер не был особо удачлив. Его отряд раздобыл только небольшой корабль и долгое время вынужден был довольствоваться пустяковой добычей.
Однажды они вышли на промысел у западного побережья Гаити. Было их всего 28 человек. Приходилось высматривать не слишком крупный одиночный корабль. Ничего подходящего не попадалось. У них заканчивался провиант, а судно из-за ветхости того и гляди могло дать течь. Оставаться в море было опасно. Возвращаться нищими и голодными на рассыпающейся посудине не было смысла.
У горизонта проследовала группа больших кораблей. Не успели они скрыться, как показался еще один, отставший. Пьер приказал поставить паруса и следовать за ним, постепенно сокращая расстояние.
Стало смеркаться. Пора было готовиться к нападению. Некоторое смущение вызывали размеры добычи. По мере приближения вырастало гигантское сооружение. На столь крупном корабле должно было находиться в десять раз больше людей, чем на пиратском суденышке.
И все-таки команда приняла предложение Пьера идти на абордаж. Пираты поклялись действовать как один и беспрекословно выполнять волю капитана. Они спрятали оружие на дне баржи, и под видом рыбаков пошли на сближение.
На корабле их заметили давно. Доложили капитану, что их преследует пиратское судно. Однако он не принял всерьез такое суденышко с несколькими моряками (большинство пиратов, как обычно, пряталось за высокими бортами). Наблюдение за ним прекратили.
В сумерках, незамеченные, пираты притерлись к кораблю. Тихо и ловко вскарабкались на палубу, имея только пистолеты и палаши, и убили вахтенных. Подкрались к каюте. Там капитан и офицеры беспечно играли в карты. Распахнулась дверь. Военные моряки увидели на пороге пиратов, направивших на них пистолеты. Один офицер попытался схватить оружие, но тотчас был ранен. Остальные сдались.
Большинство разбойников бросилось в помещение, где хранилось оружие. Теперь они обзавелись ружьями. Некоторые солдаты попытались сражаться, но были застрелены, остальные ошеломлены: крестились, шептали молитвы и, поглядывая на злодейские физиономии победителей, бормотали: «Иисус, это же демоны!»
К счастью для испанцев, возникшие невесть откуда исчадия ада не были слишком кровожадными. Они высадили пленных на берег и ушли в море на захваченном корабле. Пушек на нем было почти вдвое больше, чем пиратов.
Пьер Легран и большинство его бандитов решили, что такое счастье выпадает только один раз в жизни. Они не стали искушать судьбу и взяли курс на Францию.
Пример Леграна и его команды вдохновил большую группу флибустьеров. Они снарядили несколько каноэ и напали на испанские баржи, перевозившие в Гавану кожу и табак (тогда на Кубе только еще появились первые табачные плантации). Продав на Тортуге добычу, они закупили оружие и боеприпасы. Отсюда отправились на баржах и вскоре захватили два судна с грузов серебра.
Флибустьерская «фирма» процветала. Теперь уже она владела двумя десятками судов. Эта хищная армада резко сократила морскую торговлю. Для защиты своих кораблей испанцы снарядили два фрегата. Пиратская флотилия была разбита. Уцелевшие суда стали действовать порознь.
В другом случае Пьер по кличке Француз со своей командой тоже сумел необычайно быстро разбогатеть, столь же быстро, как и флибустьерская флотилия, лишившись и захваченных богатств, и собственного имущества, и даже свободы.
Дело было так. Пьер Француз и 26 разбойников на барке вышли на пиратский промысел. После нескольких неудачных дней они отправились грабить ловцов жемчуга. На мелководье стоял десяток лодок с ныряльщиками. Крупный барк с восемью пушками и примерно шестьюдесятью солдатами находился в этой группе. Он курсировал в некотором отдалении.
Пираты продвигались вдоль берега, не вызывая ни у кого подозрения. Когда они приблизились к большому барку, испанцы приказали им остановиться. Приказ не был выполнен. Испанцы дали залп из всех пушек, но промахнулись. Пока они перезаряжали орудия, пираты приблизились и выпалили из своих пушек и мушкетов.
Несколько испанцев было убито или ранено. Прежде чем раздался ответный залп, на палубу посыпались пираты. На рукопашный бой солдаты не отважились, бросили оружие и подняли руки. Ведь невдалеке стоял крупный сторожевой корабль, который уже готов был прийти к ним на помощь.
Но пираты оказались хитрыми и расторопными: перетащив пушки на барк, затопили свое суденышко. Пленных загнали в трюм, а испанский флаг не сняли. На сторожевом корабле были в полной уверенности, что пираты разбиты и потоплены. А те преспокойно забрали «урожай» жемчуга и направились в открытое море.
Только тут испанские военные моряки заподозрили неладное. Но было уже поздно. Пираты на всех парусах бросились наутек. Сторожевой корабль пустился в погоню. Ветер крепчал. Маленькое судно не было приспособлено к таким гонкам. Преследователи приближались. Пьер Француз велел поставить все паруса. Пираты снова оторвались от врагов. Но тут от сильного порыва ветра на барке треснула грот-мачта. Ее срубили, подняв дополнительные паруса на бушприте и фок-мачте.
Стало ясно, что оторваться от врагов не удастся. Пьер приказал связать пленных попарно и ставить на палубе. Однако из всей его команды невредимыми оставались не более дюжины человек. Принимать бой в таких условиях было безрассудно.