Валерий Гуляев – Знак Вопроса 2002 № 03 (страница 12)

Восстань, изойди, о Бэл, царь ждет тебя!

Восстань, изойди, наша Бэлита

(Сарпанитум. — В. Г.), царь ждет тебя!

Исходит Бэл Вавилона, склоняются

перед ним страны;

Исходит Сарпанитум, возжигают

благовонные травы;

Вокруг Иштар Вавилона звучат флейты,

громко звучат.

На пороге Палаты Судеб изваяние Мардука встречал сам царь. В его присутствии Мардук, как распорядитель человеческих судеб, делал прогнозы стране и народу на наступающий год. Деталей этого самого драматического момента всей церемонии мы, к сожалению, не знаем. По-видимому, жрецы-прорицатели от имени Мардука объявляли заранее составленные ими пророчества. На одиннадцатый день статуи Мардука и Сарпанитум торжественно относили обратно в храм Э-сагила.

Слева от Дороги Процессий находился так называемый Южный дворец — главная резиденция царя Навуходоносора II. Это был гигантский, состоявший из множества зданий архитектурный комплекс, разбитый вокруг пяти больших внутренних дворов. Парадный вход во дворец располагался с восточной стороны от Дороги Процессий. Нужно было сначала пройти охраняемые ворота, чтобы попасть в первый большой двор, ограниченный с севера и юга многими строениями. Тут, как можно думать, находились служебные помещения многочисленных чиновников. Несколько помещений в южной части двора занимала, по-видимому, мастерская камнереза, изготовлявшего из мелкозернистого алебастра стройные кувшины, которые в большом количестве использовались во дворце. Чтобы пройти во второй, средний, двор, надо было также миновать особые ворота, по обе стороны которых располагались различные канцелярии. Сюда к высшим чиновникам приходили сообщения из всех частей страны, отсюда осуществлялось руководство хозяйством, здесь контролировалось поступление налогов. Особенно большое помещение в южной части среднего двора служило, видимо, резиденцией главного чиновника; здесь он жил… В большом главном дворе, куда попадали через третьи монументальные ворота, стояли величественные здания, в которых жил сам царь. В южной части находился большой тронный зал, имевший 52 метра в длину и 17 метров в ширину, с тремя входами со стороны двора. Против средней двери, в задней стене зала, имелась ниша, к которой вели ступени и где, надо предполагать, стоял трон Навуходоносора. Здесь царь сидел во время торжественных церемоний, религиозных праздников, во время приемов послов и приношения дани».

О пышности и богатстве отделки главных дворцовых зданий с гордостью сообщает нам сам Навуходоносор II:

«В Вавилоне, моем избранном городе, который я люблю, я построил дворец, дом, изумляющий людей, узы объединения страны, сияющую постройку, обиталище моей царственности… Я приказал срубить для его крыши могучие кедры, сделать двери из кедрового дерева, обитого мелью, пороги и дверные петли из бронзы прислал я к воротам. Серебро, золото, драгоценные камни, все, что великолепно и прекрасно, все добро и имущество, украшение величия собрал я в нем, я сделал его гигантским вместилищем царских сокровищ».

Но главной достопримечательностью дворца все же были не его богатства, а зеленое чудо — знаменитые Висячие Сады. Когда в северо-восточном углу дворцового ансамбля археологи наткнулись на странную постройку из 14 сводчатых комнат, окруженных необычной толщины стеной, они не знали, что и думать. Ясно было лишь одно: и эти прочные своды, и эта мощная опорная стена предназначались для того, чтобы нести на себе какой-то чудовищной тяжести груз. Затем нашли необычный колодец, устройство которого предполагало наличие здесь в древности сложного гидравлического сооружения для непрерывного подъема и подачи наверх воды. Именно эти два факта наряду с восторженными, но слишком общими описаниями античных авторов и позволили уже в наши дни определить то место, где зеленели когда-то кущи знаменитых Висячих Садов. Согласно преданию, Навуходоносор II приказал создать их для своей любимой жены Амайитис — мидийской царевны, грустившей в жаркой и безлесной Месопотамии о своей северной родине, где высокие горы и густые леса дарят путнику желанную прохладу.

Висячие Сады Семирамиды.

Вавилон. Реконструкция

«… Сады, причисленные к семи чудесам света, размещались на широкой четырехъярусной башне. Внутри каждого яруса были сделаны крепкие кирпичные своды, опиравшиеся на мощные высокие колонны. Платформы террас были сложены из массивных каменных глыб. Сверху они были покрыты слоем камыша и залиты асфальтом. Потом шла прокладка из двойного ряда кирпичей, сцементированных гипсом. Сверху кирпичи были прикрыты свинцовыми пластинами, чтобы вода не проникала через почву в нижние этажи сада. На все это сложное сооружение сверху был настлан толстый слой плодородной земли, достаточный для того, чтобы здесь могли расти самые крупные деревья. Ярусы садов поднимались уступами, соединяясь между собой широкими лестницами, выложенными гладко отшлифованными плитами белого и розового цвета… Сюда, по приказу царя, были привезены любимые растения царицы, напоминавшие ей далекую родину. Великолепные пальмы поднимались высоко над крепостными стенами ограды дворца. Редкие растения и прекрасные цветы украшали сады… Для поливки этих садов, расположенных на искусственной горе, сотни рабов целый день вращали громадное водоподъемное колесо, которое черпало воду кожаными ведрами. Сады были обращены в сторону прохладного ветра, дувшего обычно с северо-запада. Их аромат, тень и прохлада в безлесной плоской Вавилонии казались людям необыкновенным чудом». Так воссоздают на основе описаний античных историков общую картину Висячих Садов советские авторы А. А. Нейхардт и И. А. Шишова в своей книге «Семь чудес древнего мира». Остается лишь добавить, что к реальной Семирамиде — ассирийской царице, жившей задолго до Навуходоносора II, эти сады не имеют никакого отношения.

Главный, или старый, дворец царей Вавилона, расположенный в конце Дороги Процессий, характеризовался двумя особенностями: мощными укреплениями и наличием в нем музея с коллекцией раритетов более ранних эпох. Вероятно. это была самая первая археологическая коллекция в мире. Таким образом, вавилонский царь Навуходоносор II стал первым археологом планеты. «Коллекция, — пишет Э. Кленгель-Брандт, — возникла, конечно, не столько вследствие интереса царей к произведениям искусства, сколько из престижных соображений. Цари гордились тем, что ценные памятники из различных стран Передней Азии стали трофеями Вавилона… Самый древний из найденных здесь памятников относится ко времени почти за две тысячи лет до Навуходоносора; он принадлежит шумерскому правителю Шульге. В коллекции были две большие диоритовые статуи, изображавшие правителей города Мари, разрушенного еще Хаммурапи».

Заслуживает особого внимания и один из главных храмов города — Э-сагила, посвященный богу Мардуку. Подробное описание его можно найти в «Истории» Геродота, побывавшего в Вавилоне в V веке до н. э. «Есть в священном храмовом участке в Вавилоне, — вспоминает он, — еще и другое святилище, где находится огромная золотая статуя сидящего Зевса (то есть Мардука. — В. Г.). Рядом же стоит большой золотой стол, скамейка для ног и трон — тоже золотые. По словам халдеев, на изготовление этих вещей пошло 800 талантов золота».

Рядом с этим пышным храмом рукотворной глиняной горой возвышался угловатый массив ступенчатой башни — зиккурата Э-теменаки. Эта семиярусная пирамида получила благодаря Библии всеобщую известность под названием Вавилонской башни. Вот как выглядело это пресловутое библейское чудо в описании человека, жившего в I веке до н. э.: «В середине этого храмового священного участка воздвигнута громадная башня длиной и шириной в одну стадию. На этой башне стоит вторая, а на ней — еще… а в общем восемь[4] башен — одна на другой. Наружная лестница ведет наверх вокруг всех этих башен… На последней башне воздвигнут большой храм. В этом храме стоит роскошно убранное ложе и рядом с ним золотой стол. Никакого изображения божества там, однако, нет. Да и не один человек не проводит здесь ночь, за исключением женщины, которую, по словам халдеев, жрецов этого бога (Мардука. — В. Г.), он выбирает себе из всех местных красавиц».

Вокруг храмов и дворцов стояли жилые дома, бурлила пестрая жизнь гигантского города. В Вавилоне в отличие от многих других городов Древнего Востока путник мог сравнительно легко ориентироваться. Длинные прямые улицы шли через всю городскую территорию и делили ее на прямоугольные кварталы. Беднейшая часть населения ютилась в хижинах, богатые торговцы и ремесленники обитали в прочных двух-, трех- и даже четырехэтажных домах из обожженного кирпича. С раннего утра и до позднего вечера кипела жизнь в городских кварталах Вавилона. Приходили и уходили многочисленные караваны, приставали к причалам лодки и корабли, стучали в мастерских молоточки ремесленников, зазывали из своих лавок покупателей звонкоголосые торговцы. Только ночь приносила с собой умиротворение и тишину. Закрывались наглухо медные городские ворота. Скрывались в своих домах люди. Легкий ветерок приносил с Евфрата долгожданную прохладу. На черном бархатном небе зажигались мириады ярких южных звезд. И лишь строгие оклики бодрствующей стражи да лай неугомонных собак нарушали время от времени чуткий сон великого города.