Валерий Гудошников – Поэмы беспокойных лет (страница 5)

У биплана, волнуясь, стоит.

Кто был первым? Без сна и покоя

Можно спорить тут до хрипоты,

Но ведь важно-то было другое:

Не напрасными были мечты.

Знанье только упорным даётся,

Ускоряет их мысли полёт,

И на смену шарам создаётся

Примитивный, но всё ж самолёт.

Вот стоит он готовый к полётам,

Этажерка, открытый биплан,

Называется не самолётом,

Называется – аэроплан.

Справка

От первого полёта шара до первого

полёта аэроплана прошёл 151 год.

Затряслось, затрещало, помчалось

Против ветра, верхом не догнать,

Вверх поднялось, чуть-чуть покачалось

И над крышами стало летать.

И какой-то мужик с перепугу

«Конец света!» – крестясь, завизжал.

Его конь, оборвавши подпругу,

С диким ржанием в лес убежал.

«Караул! – где-то взвизгнула баба, -

Помогите корову вернуть!».

На кочке задремавшая жаба

Сиганула в болотную муть.

Куры с квоканьем всюду носились,

Разбегались собаки, визжа,

Овцы в панике в поле давились,

Сбившись в кучу, телами дрожа.

А оно всё летало, трещало,

Распугав ещё стадо коров,

День рождения свой возвещало

И кончины, но эры шаров.

Сколько будет потом испытаний!

Сколько будет геройских смертей,

Безутешных прощальных рыданий

И трагических скорбных вестей.

В небо путь и тернист и опасен,

Там не встретишь привычную твердь.

В небе путь, несомненно, прекрасен,

Но, простите, прекрасна и смерть.

Помолись за погибшего в небе,

Горьких слёз от друзей не тая,

Помяни чаркой водки и хлебом,

Завтра очередь будет твоя…

––

Наконец-то летим против ветра,

Тянет вверх многосильный мотор.

Но, бывает, что против – ни метра,

Так, как ветра сильнее напор.

Вот представьте картину: взлетели,

Но чего-то сомненье берёт!

И летит самолёт, но не к цели,

А… от цели, хвостом наперёд.

Да, представьте, бывало такое,

И тогда, что б пилот ни хотел –

Зазевается чуть над землёю

И не сядет, откуда взлетел.

Унесёт его ветер, как тучку,

Но в другой совершенно конец.

А закончится в баке горючка,

То, считай, что уже не жилец.