Валерий Герланец – Лена, Катя и Мылопуз Бессмертный (страница 3)

– Но я посчитал, ваш…ичество, что интересы нашего, то есть вашего королевства могут пострадать, и если своевременно не принять ответные меры…

Ногтегрыз встал в позу заправского оратора:

– Ответные меры! Мой далекий предок уже пытался стереть с лица земли соседнее королевство, эту никчёмную Мыльницу, но фортуна оказалась не на его стороне. И вот опять, опять эти презренные мыловары хотят показать миру, что умнее всех. Волшебное мыло, исцеляющее от всех болезней. Чушь! Миф! Блеф! Ерунда! Может, Обмылок специально подбросил эту фальшивую информацию через нашего агента, чтобы меня позлить? А если такое мыло действительно создано? Если это правда, то Мыльное королевство станет самой сильной и процветающей страной. И самой здоровой! А этого допустить нельзя! Ни в коем случае!!!

– Ни в коем, ваш…ичество!

– А источник сообщил, кто придумал это якобы волшебное мыло? – поинтересовался король, нервно впиваясь зубами в один из своих обезображенных ногтей.

– Его состав разработал профессор Гель.

– Этот мерзкий профессоришка! Попробуй его скомпрометировать, подкупить, переманить.

– Я предлагаю, ваш…ичество: «План А» – выкрасть рецепт чудесного мыла, «План Б» – выкрасть образец этого мыла, «План В» – выкрасть, наконец, самого профессора Геля.

– Нам нужен «План Б» плюс «План В». То есть профессор вместе с его чудо-мылом.

– Будь сделано, ваш…ичество!

– Что ж, действуй. У тебя вполне достаточно «ос», чтобы осуществить… мой гениальный план похищения.

Глава четвёртая

Девочки и Мылопуз попадают в королевский дворец

– Я много лет читаю курс лекций по пузыревыдуванию в Мыльной академии, – профессор Гель расхаживал перед семьёй короля Мылослава так, словно находился на кафедре и читал очередную лекцию. – Поставил вместе со студентами тысячи опытов, но получить мыльный пузырь, который жил хотя бы несколько минут, не смог. Все они – бах! – взрывались, разлетались, лопались.

– Но зачем вам, профессор, понадобились эти мыльные долгожители? – поинтересовалась королева.

Однако ответить на вопрос её величества главный мыловар королевства не успел, так как два широкоплечих охранника ввели Катю и Лену, впереди которых по воздуху, переливаясь всеми цветами радуги, плыл огромный мыльный пузырь. Сделав неуклюжий реверанс, он представился и представил своих юных создательниц.

Профессор поправил, как всегда, съехавшие очки, решительно подошёл к мыльному пузырю-гиганту и с явным недоверием стал рассматривать его со всех сторон. В свою очередь Мылопуз крутился и вертелся, как топ-модель на подиуме.

– Это противоречит всем законам химии и физики, – бормотал себе под нос профессор Гель.– Действительно, натуральный мыльный пузырь невероятной прочности, причём наделённый интеллектом. Феноменально!

Учёный был явно обескуражен. Для того, чтобы окончательно развеять все свои сомнения, он попросил говорящего пузыря позволить к нему прикоснуться. Король и королева тоже не скрывали недоумения и присоединились к просьбе главного мыловара.

– Пожалуйста, – засветился улыбкой Мылопуз, польщённый таким вниманием к его скромной персоне, – можете трогать меня руками, протыкать шпагой, дуть, даже бить теннисной ракеткой или клюшкой для гольфа.

– Не бойтесь, не бойтесь, – добавила осмелевшая Катя, – он же не простой пузырь, а Мылопуз Бессмертный.

Мылослав-младший ехидно захихикал, и мать вынуждена была его одёрнуть.

Профессор Гель осторожно прикоснулся к тончайшей радужной оболочке мыльного феномена, но она лишь упруго прогнулась под его пальцем.

– Смелей! – подбодрил его Мылопуз.

Тогда профессор достал из внутреннего кармана своего клетчатого пиджака шариковую ручку и что есть силы ткнул её острой пишущей частью в округлое тело пузыря. Однако тот, как ни в чём не бывало, продолжал улыбаться.

– Кто же создал это чудо природы? – спросил король у девочек.

– Мы, – дуэтом выпалили Катя и Лена.

– А не могли бы вы, красавицы, более подробно рассказать, как готовили мыльный раствор, – не прекращая борьбы со строптивыми очками, полюбопытствовал профессор, – и как выдули своего…

– Мылопуза Бессмертного? – подсказали девочки. – Мы дали ему такое имя, потому что все-все пузыри у нас лопались, а этот нет.

– Мне имя сразу понравилось, – вклинился в разговор сам Мылопуз. – Не правда ли, ваше величество, оно мне к лицу?

– Пожалуй, лучше и не придумаешь, – улыбнулся король.

– Дядя король, а вы не покажете нам, как делают мыло? – в свою очередь спросила Лена, а Катя добавила: – Нам это очень любопытно.

– Обязательно покажем, – заверил король Мылослав. – И даже пригласим на самый главный праздник нашего королевства – Праздник Мыла.

– Ну а я, – добродушно улыбнулась королева Чистолика, – покажу вам оранжерею, где выращиваются цветы, чьи нежные ароматы наши мастера-мыловары используют при изготовлении мыла, шампуня, стирального порошка.

Девочки пошушукались и согласились, но при условии, что их сначала покормят.

– Мы так долго сюда летели, что очень проголодались, – призналась Лена. – Я бы сейчас, наверно, съела двадцать, нет, двадцать пять пирожных.

– А я, – призналась её подружка, – и пирожные, и мороженое, и бабушкины блинчики с клубникой…

Королева, посетовав на свою недогадливость, тут же отдала соответствующее распоряжение, и слуги в обеденном зале дворца накрыли стол. У юных пузыревыдувальщиц при виде всего этого соблазнительного гастрономического великолепия глаза просто разбежались в разные стороны. На столе в изысканной посуде размещались: салаты, соусы, подливки, рыба, мясо, дичь, всевозможные напитки, экзотические овощи и фрукты. Не было только пирожных, мороженого и блинчиков с клубникой. Их подали на десерт уже в конце трапезы.

Глава пятая

Профессор пытается разгадать тайну бессмертия мыльного гиганта

Отобедав, королевская чета вместе с юным наследником, профессором Гелем, Катей, Леной и Мылопузом Бессмертным отправилась в зал для приёма особо почётных гостей. Его стены украшали парадные портреты всех Мылославов – от первого до пятнадцатого, а в огромных стеклянных витринах на бордовых бархатных подушечках покоились брикетики мыла различных цветов, формы и назначения, стояли флаконы с шампунем, коробки со стиральным порошком и другими моющими и чистящими средствами.

Создательницы бессмертного мыльного пузыря, отяжелевшие от невероятного количества съеденных вкусных блюд, уселись в мягкие кресла и предались воспоминаниям.

– Я налила в банку воды…

– Нет, Катя, это сделала я.

– Милые мои, не важно, кто первой из вас налил воду, – вмешался профессор Гель, – важно, какая именно вода была налита.

– Да обыкновенная – мокрая, – взглянув на него, как учитель на нерадивого ученика, проговорила Лена.

– На кухне стояла бутылка минеральной, а может, крем-соды, – стала припоминать Катя.

– Мы налили воду в банку, и я стала растворять в ней мыло, – продолжила её подружка.

– А какое мыло? – полюбопытствовал профессор. – Ну, припоминай!

– Мамино.

– Ясное дело, – встрял в разговор Мылопуз, – они растворяли в воде мою маму, между прочим, подданную вашего достославного королевства.

– Но как это мыло называлось? – не унимался дотошный профессор.

– Не знаю. Меня тогда ещё на свете не было, – признался мыльный гигант.

– Не помню, – потупилась Лена.

– Хоть, какое оно было?

– Непослушное, всё время из рук выпрыгивало.

– Тогда мы с Ленкой засунули его в кофемолку…

–… а то, что от него осталось, бросили в воду. А потом Катя добавила ещё ложку бабушкиного варенья.

– Так, так. А ложку какого именно варенья? – поинтересовался профессор.

– Кажется, малинового, – попыталась вспомнить Катя.

– Вечно ты всё путаешь, – возразила ей Лена. – Это было варенье не помню какое, но, уж точно, не малиновое.

– А зачем вы его добавили? – удивился профессор.

– Чтобы пузыри получались красивыми-прекрасивыми.

– Интересно, – пробормотал Гель, у которого очки окончательно сползли с носа и сидели теперь на верхней губе, – а я всегда добавлял нашатырный спирт.

– Потом Катя стала всё это перемешивать, ей в глаза попали брызги, и она заплакала.

– Неправда, – возмутилась Катя, – это ты рыдала, когда на балконе один пузырь бабахнул прямо тебе в глаз.

– А потом на свет появился я! – воскликнул Мылопуз Бессмертный. – Чему невероятно рад!