Валерий Чудинов – Тайные знаки древней Руси (страница 6)

Почему? Да потому, что западная историография создала свою картину античного мира, куда эти факты не вписываются. Казалось бы, что Россия вполне способна создать собственную историографию без оглядки на Запад, и доказать, что западная версия истории неверна. Однако такой подход не устраивает не только западных историков, которых по численности больше отечественных. Парадокс заключается в том, что историческая истина не устраивает, прежде всего, отечественных историков. Поэтому для нынешней русской историографии Нестор – авторитет, а Иоаким – нет; летописи (кроме Иоакимовской) – исторический источник, а «Велесова книга» – фальшивка, недавно умерший Аполлон Григорьевич Кузьмин – историк, а Стефан Ляшевский – нет, грамота «царя царей» Александра Македонского и свидетельства в ее пользу Екатерины Великой – чепуха, а невежественные взгляды какого-нибудь современного Вениамина Пупкина или Алексея Гайдукова – историческая истина.

Причину этого печального состояния дел в современной исторической науке я рассмотрю ниже, а пока лишь подытожу выводы введения. Я не изобретаю новые исторические мифы, я лишь продолжаю исследования в том русле, в каком действует ряд историков. Так, А.П. Богданов показал, что уже в XI веке русская историография, считавшая началом Руси правление Ольги, стало пополняться данными относительно ее предшественников. Можно ли сказать, что на основании этого научный сотрудник Института Российской истории РАН создает «исторический миф»? Вероятно, что нет. Почему? Да потому, что он вписывается в господствующую традицию рассматривать Русь со времен призвания варяга Рюрика. Но точно такой же научный сотрудник того же самого Института Российской истории РАН, доктор исторических наук Алексей Александрович Бычков публикует подлинный текст грамоты Александра Македонского на русском языке и свой перевод его же грамоты на латинском языке. Какие у нас основания считать и этот факт подлинным? Да те же самые. Однако в данном случае получается, что Русь как государство с великим князем во главе, который обладал всеми полномочиями царя (Его Величество вместо Его Высочества) существовала во времена Александра Македонского, что подтверждается и мнением Екатерины Великой. А это уже не соответствует сложившейся исторической концепции, или, если применить термин современной методологии науки, не соответствует господствующей парадигме. И потому взгляды А.П. Богданова публикуются в изданиях Института российской истории издательством «Наука», а грамоты Александра Македонского издает совершенно не научное издательство ACT, да и А.А. Бычков вынужден был уйти из Института в «свободный полет».

Я привел эти примеры лишь для того, чтобы показать, что проблема существует и без меня; я лишь подключился к уже существующей в исторической науке полемике. Если одна из версий нашего исторического прошлого считается верной, а другая – мифологической, то каковы критерии отличия одного от другого?

В свое время А.С. Пушкин писал: «Тьмы горьких истин нам дороже нас возвышающий обман». Здесь же мы видим обратную картину: тьмы сладких истин нам дороже нас принижающий обман. Как же так получилось? – Это мы выясним чуть позже. Однако сначала мы постараемся выяснить другое – насколько горькой должна быть историческая картина, чтобы современный историк смог бы принять ее за истину.

Глава первая. Причины и следствия нынешней историографии Руси

Историческая наука относится к числу тех фундаментальных наук, которые очень сильно влияют на этническое самосознание и этническое самочувствие. Странно, что в наши дни, когда наряду с медицинской «Скорой помощью» возникла и экстренная психологическая помощь, об этнической помощи никто и не задумывается. Как малыш, потерявший родителей, этнос, забывший свою историю, часто выбирает ложный путь, не соответствующий его великому предназначению.

Пример – историография США. Уж на что коротка история США, которая начиналась с переселения колонистов из Англии (большинство их погибло в первые же годы от неумения и нежелания работать), а, тем не менее, им есть чем гордиться. Их «вестерны» практически никогда не имеют дело с XVII и XVIII веками, зато очень колоритно представляют борьбу с индейцами, коренными жителями данной страны, как великое национальное завоевание. Современным гражданам США было бы очень странно, если бы их история преподносилась как пустое существование за счет европейской культуры, африканских рабов, беззащитных перед огнестрельным оружием индейцев и английского языка, который американцы основательно испортили. Напротив, из истории ими извлекаются победные страницы, борьба с рабовладельческим югом (никому не приходит в голову, что в 1861 году, когда у нас отменили крепостное право, то есть правовую зависимость крестьян от помещика – это считалось отсталостью, в США тогда же отменили рабство – о нем мы читали только в истории античного общества; иными словами, никто и не пытается считать это еще большей отсталостью – не на пару столетий, а на пару тысячелетий, как это и было на самом деле) выдается за великий прогресс, а борьба за независимость (то есть за потерю статуса британской КОЛОНИИ) – как еще больший прогресс. На самом деле, статус колонии – едва ли не самый низший уровень существования государства. Да и в XX веке США получили весьма чувствительный удар от Японии в Пёрл-Харборе, они едва не потерпели поражение при высадке в Европе во время организации второго фронта во время Второй мировой войны, проиграли войну во Вьетнаме – и все это благополучно забыто. Американец показан в кинокартинах и средствах массовой информации как носитель свободы, рыцарь без страха и упрека, как бескорыстный борец со злом. И это притом, что его противник (чаще всего тоже американец) благополучно убивает ни в чем не повинных людей пачками, устраивает мордобой и изрыгает грязные ругательства. Оказывается, именно «добрые американские парни», видя, что русские никак не могут одолеть фашистов, взяли и выиграли Вторую мировую войну. А потом золото фашистского рейха, которое было сознательно вывезено «партайгеноссами» в зону американской оккупации, было отдано американскими банками тем же немцам под проценты по плану Маршалла, и американцы не только взяли себе эти германские деньги назад, но еще и получили с этого проценты – с голодающего после войны немецкого народа. И это подается как великий гуманизм со стороны США. Никому не приходит в голову упрекнуть американцев в имперских амбициях, корыстных интересах или грубых нравах. Ни в одной стране мира нет такого закона, как в США, по которому солдат этой страны имеет право в чужой стране грабить, насиловать и убивать – у них ничего похожего на дело Буданова просто физически не может возникнуть. Так что историография США полна оптимизма, поскольку любой ее факт истолковывается в пользу США. Исчезло краснокожее население, исчисляемое десятками и сотнями миллионов людей? – Значит, вымерли, ибо оказались неприспособленными к цивилизованной жизни. И стоит ли сожалеть об этих кровожадных дикарях, которые снимали с белых людей скальпы. Что? Они защищали свою землю? А кто сказал, что это земля их?

Разве они ее купили? Или завоевали? Нет! Они просто жили там без всяких на то прав. Они и писать-то не умели! Не стоит также жалеть и чернокожих, которые погибали массами во время их доставки из Африки в США в тесных трюмах от голода и болезней. Они черные, тупые и ленивые, но с гонором. А не слушаются белых, так их можно будет судить судом Линча. Так что все хорошо!

Начало истории Руси. Совсем иначе подается история России – нет, не американскими историками, а нашими. Если история США начинается с переселения в Новый Свет лучших европейцев, которые мечтали на новой земле начать свободную жизнь, история Руси начинается с перечисления племен, которые вели первобытный образ жизни. Это когда же у русских был эдакий первый быт? Уж не в палеолите ли? – Нет, оказывается, все Средние века вплоть до X века! Стало быть, к этому моменту Рим существовал уже 18 веков и был представителем цивилизации, а на Руси еще лаптем щи хлебали, а зимой напяливали звериные шкуры. В этом нас уверяют маститые ученые, да еще добавляют, что поляне жили в полях, деревляне – в дремучих лесах, а дреговичи (от слова «дрягва» – болото) и вовсе в болотах. Только никто нам не объясняет, как это можно «жить в болотах» или «в дремучих лесах» (чем питаться, как избегать болезней, как перемещаться) и почему тот же корень пол имеют и поляки, и полочане, и даже половцы, которые в полях вовсе не жили, а являлись типичными степняками. Вот и получается, что наши предки были то ли лешими, то ли болотниками, то ли степными жителями, забредшими на неведомо откуда взявшиеся поля, словом, какими-то не просто страшно отсталыми дикарями, но еще и с придурью, ибо ни один умный человек не станет селиться на болоте, когда вокруг полно замечательных сухих плодородных почв и великолепных пастбищ.

И еще один изумительный штрих наших исторических штудий: все народы к девятому веку н. э. переходили от раннего Средневековья к расцвету Средних веков, и лишь Русь ухитрилась каким-то чудодейственным образом в те же самые дни стать Древней. То есть еще доантичной. В каких холодильниках наших предков держали с палеолита вплоть до татаро-монгольского нашествия – бог весть. А потом выпустили оттуда славян-дикарей, и они от радости залезли по уши в болота, поскольку иначе жить не умели. – Бред какой-то, – скажет читатель, и будет совершенно прав. Такая вот бредовая существует у нас начальная история Руси, называемая академической наукой.