Валерий Большаков – Пират (страница 5)
— А я что говорил? — воскликнул Антоха.
— Помолчи! — цыкнул на него Ярослав и обернулся к Виктору: — Ну?
Тот задумчиво посмотрел на него.
— Поля хроностабилизаторов, конечно же, — проговорил он, — усиливают телегенность портала, который, по сути своей, аномалия временного потока. Её можно представить себе как воронку, как вихрь. Но! Никаких ЧП произойти не могло, ни в коем случае. Мало сориентировать и стабилизировать темпоральный канал, надо ещё и приложить энергию…
— А её не было! — сорвался Вован.
— Была!
— Что?! Да откуда ей взяться?
— Из будущего, конечно же. В ту самую секунду, когда здесь вдруг открылся портал, кто-то из будущего перемещался в прошлое! Понимаете? Ну совпало так!
— И Олега утянуло, подхватило, как лист ветром, и унесло… — медленно проговорила Елена.
Тут прибежал Ахмет и рухнул на жалобно скрипнувший стул.
— Всё точно! — выдохнул он. — Очень чёткая хронотрасса! Если верить расчётам — из двадцать третьего века. Уф-ф!
Акимов кивнул.
— Шикарно… — медленно проговорил он. Встретясь с умоляющим взглядом Гли-Гли, глазами показывавшей на Елену, Виктор ободряюще улыбнулся. — Алёна, мы обязательно вернём Олега. Слышишь? О-бя-за-тель-но! Тут всё для этого есть. Он нас столько раз спасал, поэтому… Господи, что за чушь я несу! Мы можем спасти его, мы должны это сделать, конечно же, и мы обязательно это сделаем!
Алёна улыбнулась.
— Я ещё не отчаялась, Витя, — молвила она. — Просто… Всё произошло так неожиданно… Вдруг, ни с того ни с сего…
Виктор вздохнул, поугрюмел. Легко бодриться, утешая женщин, а вот реально вытащить Олега из-за тридевяти времён — ох как трудно…
Глянув на бук, он оживился.
— Шикарно… Расчёты близятся к концу! Та-ак…
— И куда его забросило на этот раз? — нервно спросил Пончик, засипев под конец, — Гелла, обнимая мужа за шею, слишком крепко свела руки.
— Да всё туда же… Семнадцатый век.
— Портал легче всего открывается в определённый отрезок времени, — сказал Ахмет. — А мы как бы «набили тропу»…
— Шикарно! Одна тысяча шестьсот шестьдесят восьмой год! Весна, конечно же. Скорей всего, март. Плюс-минус полмесяца. Ну тут нужны расчёты поточнее…
— Считайте, ребята, — сказал Сергей Михайлович с проникновенностью, — думайте что есть сил! Мы своих не бросаем.
Заплаканная Наташа тихо подошла к Елене и прижалась к ней, подняла лицо.
— А папочка вернётся? — проговорила она стеклянным голосом.
— Обязательно, маленькая, — ласково сказала Сухова.
Глава вторая
в которой Олег приступает к водным процедурам
Тьма рассеялась, и Олег ощутил себя телом, погружённым в жидкость, — вокруг качалась, шумела, плескалась вода.
Пуская пузыри, он рванулся вверх, где просвечивало, вихляясь и расслаиваясь, солнце. Дневное светило — ночью?!
Вынырнув, Сухов первым делом вдохнул, протёр ладонями глаза и осмотрелся, щурясь на ярком свету.
Он находился на том же месте, что и секунды назад, только плота не было под ногами.
А скала — вот она. В тени арки бирюзовые волны приобретают насыщенную синеву сапфира, и причудливая сетка отражений пляшет на ноздреватых стенах грота.
Берег был пуст — нехоженый белый песок.
Глянув в сторону моря, Олег глухо выругался — там бросил якорь двухмачтовый галиот,[4] от которого к берегу подгребала шлюпка.
Недолго музыка играла…
Опять это прошлое! Такое чувство, будто в отпуске побывал. Только недогулял…
Чувствуя прилив раздражения, Сухов снова обернулся, высматривая, кого там качает волна.
— К дьяволу таких встречающих, — пробурчал он.
Мокрый и злой, Олег выбрался на берег.
Поминая чёрта и таясь в тени скалы, шустро дотопал до зарослей.
Тут-то его и взяли.
Двое изрядно пованивавших громил насели со спины, сопя и выкручивая руки, а третий звероподобный лоб, рыжий и конопатый, вознамерился попинать Олега спереди.
Вот только Сухов был с ним не согласен.
Врезав ногою по тестикулам рыжему полуголому верзиле с татушками на груди, он тут же пал на колени, вынуждая своих скорохватов терять равновесие.
Тот, что держал его справа, кривоносый, с серьгой в ухе, отпустил руку, дабы не выстелиться, и заработал локтём под дыхало. Обратным движением кулака Олег врезал парнише, пыхтевшему слева, полному и краснолицему.
Апперкот вышел сокрушительным.
Освободившись, Сухов хотел было надавать «контрольных пинков» всей троице, но грозный окрик заставил его передумать.
— Стоять, свинья испанская! — заорали из кустов.
Орали на староанглийском, и Олег даже повеселел — язык чопорных островитян был ему знаком.
— Если я и свинья, то русская! — крикнул он в ответ, разводя руки — мол, без оружия, прошу учесть.
Из кустов показался молодчик весьма живописной наружности — в полосатых штанах, заправленных в ношеные ботфорты, в безрукавке на голое тело.
Его круглую голову с жидкими волосёнками венчала фетровая шляпа с роскошным плюмажем.
Брыластые щёки круглоголового покрывала трёхдневная щетина, а в руках он сжимал пару пистолетов.
— Какая-какая ты свинья? — переспросил он, глумливо ухмыляясь.
— Заткнись, — вежливо посоветовал ему Сухов. — Я — русский, из Московии.[5] Зовут Олег… Олег Драй.
Он был зол — на всех, на себя, а потому не стал, как обычно, представляться Олегаром. Да и чего ради?
А dry по-английски будет — «сухой».
Как ещё перевести свою фамилию? Ну можно по-французски — sec. Фигня какая-то. Почти что «гомосек»… Или «зэк».
А по-испански как? Вроде frio. Ага! Олего Фрио.
Олигофрен?.. Нет уж, спасибочки… Пусть лучше Драй.
— Олего? — переспросил молодчик, малость на испанский манер.
— Можно и так, — пожал плечами Сухов, прикидывая, идти ему на прорыв или не стоит. Выходило, что лучше обождать.
Тут кривоносый поднялся на карачки и резво вскочил, имея намерение нанести Сухову телесные повреждения.
Олег не стал дожидаться нанесения травм — в очередной раз вышибив дух из громилы, развернул его к себе спиной и укрылся за этим полуживым, вяло трепыхавшимся щитом.
— Опусти пистолеты, слышишь?