Валерий Большаков – Четыре танкиста. От Днепра до Атлантики (страница 38)
Из боковой двери вышел Димитраш, обнимая за плечи давешнюю девицу, бледную, замотанную в покрывало. Ее шея была перебинтована.
– Илинка говорит, товарищ полковник, – проговорил молдаванин, – что чуть не стала тридцать первой жертвой этого кабана.
– Сволочь, – буркнул Репнин. – Скажи Илине, что сейчас этому кабану конец придет. Эй, ребята! Тащите оберштурмбанфюрера сюда! Успокоим местное население… Старшина! Нужен молоток и осиновый колышек.
Старшина поглядел недоуменно, а потом до него дошло – порыжевшие от табака усы раздвинулись в зловещей усмешке.
– Сделаем, товарищ полковник!
Методы борьбы с нечистью интернациональны.
Конрада Ауфрихта вытащили вчетвером, тот ругался, плевался, рычал, дергался, но все было напрасно – уложили вампира прямо на пороге и привязали.
– Вытесал! – подбежал Родин, помахивая топором и колышком. – Осиновый! Все как полагается. Вбить вурдалаку?
– Вбей!
Старшина приставил колышек против сердца Ауфрихта, и тот посерел. Открыл было рот, чтобы заорать, да не поспел – резким ударом обуха старшина вогнал кол на пару пальцев. «Вампир» был еще жив, но еще два удара, и деревяшка вошла в сердце.
– Сдох! – с удовлетворением сказал Родин.
– Лейтенант! Три красных ракеты, как договаривались!
– Есть!
Прямо со двора замка в небо взлетели три ракеты, прошипели и вспыхнули красными сполохами. Это был сигнал танкистам – перевал свободен.
Геннадий не спеша прошелся по замку и направился к воротам. Лучше обождать своих на свежем воздухе…
Глава 21
Операция «Панцерфауст»
Когда к власти в Венгрии пришел Миклош Хорти, то ситуация с первых же дней сложилась анекдотическая – Хорти являлся вице-адмиралом без флота и «его светлостью регентом Венгерского королевства», в котором не было короля. Дальше – больше.
Пока в Европе был шаткий, но мир, регент лавировал что было мочи, прогибался и чуть ли не в узел завязывался, пользуясь теми бонусами, что давало противоборство СССР и Третьего рейха. Но как только заговорили пушки, уже нельзя было сохранять известную позицию малой державки – «и вашим, и нашим». Следовало четко определиться, на какой ты стороне, и держаться ее крепко. 22 июня 1941 года Хорти послал Гитлеру приветственную телеграмму, в которой назвал этот страшный день «счастливейшим в своей жизни».
Впрочем, надо отдать регенту должное – Хорти всегда был противником Холокоста, и он не изменил этого своего отношения даже после того, как Гитлер «подарил» Венгрии часть Словакии, Закарпатскую Украину и Северную Трансильванию.
Но время шло, положение на Восточном фронте менялось.
К началу 1944 регент забеспокоился. Черчилль как раз продавливал свой план открытия второго фронта на Балканах, и Хорти начал сговариваться с англичанами, обещая, что Венгрия перейдет на сторону антигитлеровской коалиции.
Вот только абвер не дремал и доложил Гитлеру обо всей этой дипломатической суете. Фюрер был в гневе.
И приказал начать операцию «Маргарете».
15 марта Гитлер пригласил Хорти во дворец Клессхайм, что под Зальцбургом, где три дня подряд фюрер и регент вели пустопорожние переговоры. Адольф Алоизыч развлекался – ему, вероятно, доставляло большое удовольствие болтать с регентом за обедом или ужином, зная прекрасно, что в эти самые часы происходит оккупация Венгрии.
Несколько дивизий СС из Словакии, Хорватии, Сербии и Австрии заняли Венгерское королевство без единого выстрела. Когда 18 марта Хорти прибыл на вокзал Будапешта, его встретили эсэсовцы… [29]
…25 апреля 1944 года войска 1-го, 2-го и 3-го Украинских фронтов вошли на территорию Венгрии. Помимо 40-й, 7-й гвардейской и прочих общевойсковых армий в наступлении участвовали 1-я, 3-я, 4-я, 5-я и 6-я танковые армии, а также КМГ – конно-механизированная группа генерал-лейтенанта Плиева, 1-я и 4-я румынские армии. С воздуха воинство поддерживали самолеты 2-й, 5-й воздушных армий (включая 1-й румынский авиакорпус) плюс дальние бомбардировщики 18-й ВА.
Это была сила. Вернее, так – Сила.
Силища!
И дело заключалось не только в количестве танков, БТР, САУ или истребителей, а в их качестве, в их превосходстве над немецкой техникой.
Мощному, быстрому «Т-43М» со 107-миллиметровым орудием, снабженным стабилизатором, не был страшен никакой «Тигр». Что уж говорить об «ИС-3», этих подвижных стальных крепостях!
А «ИСУ-152»? А «Ту-2»? А «Ла-9», вооруженный четырьмя 23-миллиметровыми пушками?
Наконец, надо сказать о советских командирах и их солдатах – все они прошли суровую школу войны, научились так бить врага, что, даже отступая, наносили ему вред. Вот только пора отступлений минула – Красная Армия двигалась вперед, сохраняя очень высокий темп, одолевая по 50–65 километров в день.
РККА с ходу заняла Дебрецен и Сегед. На третий день наступления советские войска овладели плацдармами на правом берегу реки Тиса, а армиями левого крыла продвинулись в междуречье Тисы и Дуная к Будапешту.
Никто даже не догадывался, что русские, осуществляя свой «блицкриг», спасли тем самым более четырехсот тысяч венгерских евреев от печей Освенцима [30].
А «огненная лавина фронта неудержимо двигалась на запад…»
…Грозно шли танковые колонны. Обгоняя их, проносились грузовики и бэтээры с автоматчиками. На рысях, четко держа строй, проходили казачьи эскадроны. И над «всем этим мощным грохочущим океаном наступления гудели бесчисленные эскадрильи краснозвездных самолетов».
Густая сеть каналов и вешняя топь мешали двигаться быстро, да и немцы сопротивлялись изо всех сил, поддержанные боевиками Салаши, «вождя венгерского народа».
После трансильванского похода и боев под Дебреценом 1-ю гвардейскую танковую бригаду вывели в резерв – отдышаться. Чиниться, лечиться, набираться сил.
Особых сложностей танкисты не испытывали, разве что изредка «успокаивали» салашистов.
1 мая в бригаде организовали небольшой митинг, причем парторг привлек и Репнина, чего ранее не делал. Может, ему ЦУ спустили – по вопросу о партработе?
Геша не отказывался, выступил. Кратко, но емко обрисовал картины прошлого, сегодняшнего и будущего, имея успех у публики.
В тот же день в расположение бригады влетел «козлик» [31] командующего 1-м Украинским фронтом. За ним поспешал Б-4.
Черняховский был молод и прост. Выпрыгнув со своего места, он крепко пожал руку Репнину, отмел чины и велел именовать себя Иваном Данилычем.
– Такие дела, Дмитрий Федорыч, – сказал негромко генерал армии, – немцы похитили сына Миклоша Хорти, Миклоша-младшего.
– Ага… – протянул Геша.
– Я, когда мне об этом доложили, то же самое изрек, – усмехнулся Черняховский. – Адмирал Хорти терпеть не может коммунистов, но он всегда защищал свой народ, причем не только венгров, но и евреев, не позволяя немцам творить беспредел. А теперь он и вовсе «поумнел» – решил по примеру румын перейти на нашу сторону. А это важно, очень важно для нас. Если Хорти будет за СССР, фронт рухнет и наши войска свободно пройдут в Австрию, а там и Германия рядом. Можно будет даже не брать штурмом Будапешт, понимаете?