Из грязи да в князи попасть).
На царских сыграл опасеньях
Аман за достаток людей
И путь указал к их спасенью,
Сказав, что один есть рассеян
Народ по империи всей
С отличным законом от прочих,
Что выдал им Синедрион
Без всяких на то полномочий.
А царь для них – деспот восточный,
Тиран, самодур, солдафон.
«Им, что ни скажи, всё похерят,
Моча им, что божья роса
В глаза, врут они не краснеют.
Жиреет народ Мардохея…
Пора, царь, отчизну спасать.
Пока ты в почёте и славе,
Господь да продлит твои дни,
Взашей по традиции давней
Евреев гони… а оставишь,
Сам станешь таким, как они.
Досель их громила бесплатно
Чернь, тешилась как детвора.
Пора вступать в дело солдатам…
На то десять тысяч талантов
Я дам своего серебра».
Без слухов про кризис упорных,
А в деле Аман не слабак,
Без санкций и прочих мажоров
Все слитки свои из офшоров
Свезёт на ослах в Центробанк.
Монарх веществом своим серым
Подвохи ловил на лету,
В тот день себя чувствовал скверно
По этой причине, наверно,
Повёлся на эту туфту.
Аману дал все полномочья,
С руки снял свой перстень-печать.
Пиши, говорит, что захочешь,
Евреев мочи ближе к ночи,
Тебе же за всё отвечать.
Писцы под диктовку Амана
Составили текст, нет гнусней.
Отправили с почтою ранней
Во все покорённые страны
И в сто двадцать семь областей.
А текст был простым, если вкратце:
Убить, погубить, истребить,
Ни с чем и ни с кем не считаться,
Загнать в лагеря всех мерзавцев,
Евреями печи топить.
Будь то хоть жена, хоть девица,
Давать послабленья не сметь!
Разграбить именье и смыться…
Попробуем остановиться
На иезуитском письме,
Что было разослано сразу
На сто двадцати языках.
Посмотрим, как эта зараза
Иных довела до маразма
И прочно засела в умах.
Апокриф, добавленный в письма,
Нам неканонический текст
Покажет, как разные мысли
От нужного слова зависят
