Валерий Белоусов – Раскинулось море широко (страница 77)

С нами Бог. Михаил»

Срочно. Сугубо Совершенно Секретно. Вне всякой очереди. Командующему Туркестанского Военного Округа.

«Мочите козлов. Михаил.»

… У дешифровальщиков из Форин -офиса свихнулись мозги.

… Рассказывают, что некогда Пётр Великий выкупил у боярыни Свиньиной смышлёного и образованного холопа за табак… по весу!

По бытующей на Корабельной сторонке легенде, «Чесма» и «Георгий Победоносец» были выкуплены турками за весь годовой урожай хадрамаутского кофе… так это, или не так, остаётся загадкой и по сей день. Правда, кофе, впрочем, как и ангорская шерсть, были в Империи в год Великой Войны исключительно дёшевы. Кстати, специалисты по международному праву долго потом обсуждали – что же это было:шоппинг, лизинг, аутсорсинг или вообще жесткий фистинг?

…«О Аллах! – воскликнул турецкий адмирал, стоящий (для связи и координации действий) на мостике „Краснобородого“, в девичестве „Георгия“ – Вот сейчас англези и вонзят нам колонну о четырёх жемчужных столбах, по самые свои драгоценные ядра…»

«Ничо! – ответствовал ему „Крокодил Мраморного моря“, Адм – ир -Али Касатонов-бей – На каждую хитрую задницу с замком, пробкой и затычкой у нас есть хитрый прибор со штопором, долотом и отмычкой! Сигнальщик! Флаг „Буки“!»

Сигнальщик-матрос (в красной феске, надвинутой по брови над круглой рязанской физиономией) потянул за шкертик…«Торгут Рейс» отрепертовал сигнал, и – когда флаг взвился под исполнение, оба передовых броненосца стали разворачиваться на обратный курс…

Английский флагман посильнее, до боли, вдавил медь подзорной трубы: «Турки удирают? Не мудрено…»

Действительно, турецкие корабли, судя по буруну под кормой, дали полный ход, выгребая против течения…

… Если посмотреть на эти два броненосца сверху – то зритель из-под небес увидел бы, что середину кораблей занимает треугольный барбет, обращённый вершиной к корме… и вот теперь, когда корабли легли курсом на норд, стало видно, что с их кормы срезано всё, что мешало развернуть стволы бортовых двенадцати-дюймовок назад… и сейчас с каждого броненосца на англичан смотрело по ШЕСТЬ орудий… два орудия кормовой установки и по два орудия с каждого борта… Впрочем, такой поднебесный наблюдатель действительно был!

С кормы «Барбароссы» взлетел на канате изящный, из бумаги и реечек, воздушный змей, мгновенно подхваченный Дюзенвиндом («джет винд», «бласт винд») – сильным ветром от Е или ENE из пролива Дарданеллы… Летнаб подпоручик Нестеров (неделю как досрочно выпущенный из Михайловского артиллерийского училища) крутанул ручку телефонного аппарата:«Готов!»

И через несколько минут под носом британского корабля вырос белоснежный столб воды… Аль-иллаху-ил-ла-ах – АЛЛАХ-акбар! Мать-мать-мать…

…«Зачем?! Зачем, Ваше Величество? Умоляю Вас всеподданейше, ну хотите – на колени встану… как?! С Англией?! Да куда нам, грязным, сиволапым… мы же даже и с япошками не справимся… куда нам со свиным рылом…» – граф Ламсдорф в отчаянии заламывал тонкие, старческие руки…

«Не зачем, а почему… Англия и прочие… демократии (это слово Михаил произнёс как „дерьмо“) всегда. Во все времена. Будут. Врагами. России.

Япония? что Япония… она, фарфоровая кукла, чужая марионетка… надо бить не по кукле, а по кукловоду!

Да Вы сами вспомните – во время последней войны мы изъявили крайнюю умеренность, остановясь перед оборонительными линиями Константинополя; и что же? Это вызвало лишь еще большее раздражение, и английская вражда к России развилась просто до безумной степени.

Последнюю же точку в той войне поставил Берлинский конгресс, ставший одной из самых циничных сделок в истории мировой дипломатии (ну, разве что ещё позорный Мюнхен, 1939 года – когда западные демократии делили Двуединую Империю на Австрию, Чехию и Венгрию.). Уже открывая его, английский посол заявил: „Господа, мы собрались здесь не для того, чтобы совещаться о счастье болгар“.

Задачу конференции от имени Англии вполне откровенно определил лорд Салисбюри: „Уничтожить результаты войны“. Впрочем, лорд немного лукавил. В итоге Турция оказалась обворованной своими же покровителями: не воевавшая Англия получила Кипр, а не воевавшая Австро-Венгрия – Боснию и Герцеговину. Русским дали кусочек Бессарабии, зато территорию Болгарии уменьшили втрое.

Русские войска выиграли войну, но русские дипломаты проиграли конференцию, поскольку на дипломатическом фронте сражались уже не с одними турками, а со всеми крупнейшими европейскими державами. Ну ладно… это – был ПОСЛЕДНИЙ раз… когда мы с джентльменами играли по ИХ правилам!»

Глава Российского МИДа гордо выпрямился:«Прошу Вас об отставке, Государь…»

Михаил неторопливо (как тигр в зверинце – пронеслось в голове графа) прошёлся по кабинету, и внезапно остановившись пред Ламсдорфом, посмотрел ему прямо в глаза… У графа задрожали коленки, мелко-мелко…

Лицо Императора было окаменевшим, побелевшие губы крепко сжаты, совершенно безумные, с сжавшимися в чёрные точки зрачками, глаза стремительно наливались кровью…

Император осторожно взял министра двумя пальцами за отворот шитого золотом мундира…

«В отставку?!!» – с нежностью прошептал он…«Я тебе, сволочь, дам сейчас отставку…»

… Густые, непроницаемые для человеческого взора клубы порохового дыма клубились над серыми водами Геллеспонта… Британские орудия ещё пристреливались двух-орудийными залпами, а орудия русские – гораздо более многочисленные – уже перешли на беглый огонь…

Подпоручик Нестеров – единственный, кто мог над этой завесой наблюдать картину боя, с уже закопчённым, почерневшим от гари лицом, прокашлялся, и сорванным голосом прохрипел, сквозь свист ветра, в самодельную, сделанную корабельными умельцами – электриками гарнитуру:«Целик два… левее пять! Основная! По направлению – хорошо! Первая – минус, вторая, третья плюс, вилка!»

Конечно, пристрелка по наблюдению знаков падения, да по малоразмерной, движущейся цели, это процесс довольно сложный и относительно долгий, требующий изрядного искусства…

Однако – бывшие русские броненосцы отрабатывали у незабвенной Тендры именно эту, основную задачу… и дистанция была пистолетная – восемь кабельтовых! Причём англичане эту дистанцию старались максимально уменьшить…

… Зажав в зубах кожаный ремешок бинокля, Касатонов -Бей протиснулся в тесный люк… здесь, в вороньем гнезде фок-мачты, видимость была не намного лучше, но было хотя-бы свежее… в тесноте боевой рубки клубы порохового дыма просто не давали дышать.

«Так, что у нас плохого? Уже горим. Это ничего. Центральный? Доложите о повреждениях… барбет держится, не пробит? Отлично… пожарный дивизион на корму! Как всё? Тогда – старпому, организовать расчёты противоминного калибра на тушение пожаров…»

Действительно, изредка прилетавшие по настильной траектории британские чемоданы, выбив предварительно сноп оранжевых искр, безвредно застревали в солидной бортовой броне… а вот английские шестидюймовки, чьи гранаты рвались на палубе, выкашивали своими раскалёнными осколками русские экипажи… за корму броненосцев тянулся смолисто-чёрный, густой хвост дыма… подсвеченный зловещими малиново – красными всполохами… вся русская артиллерия, не прикрытая бронёй, была уже выбита – за несколько минут!

Палуба броненосца с мачты выглядела ужасно… сквозь перекрученное, рваное железо пробивались, как змеи, серо-сизые струи дыма с нижних палуб… однако машины и котлы, надёжно прикрытые обуховской бронёй цитадели, были в полной сохранности.

… Облегченный русский бронебойный снаряд, вылетевший из клубящихся, подсвеченных багровым туч, как засапожный нож сквозь рыцарскую кольчугу, аккуратно врезался в бак «Триумфа»… с лязгом полетел за борт сорванный со стопоров становой якорь, со звоном, как стеклянные, лопнули таранная и каффердамная переборки…

Пробив носовой траверс, наполненный влажным пироксилином снаряд глухо грохнул где-то глубоко в корабельных низах…

Оседая носом, британский корабль резко уменьшил скорость – пробоина в носу, знаете, всегда чревата… чем выше скорость, тем выше затопляемость…

Отвернув к скалистому берегу, «Триумф» определённо выходил из боя… счастливчик.

Потому что британский адмирал положительно был настроен на то, чтобы догнать проклятых турок и заставить их драться как подобает джентльменам!

Ведь это так естественно – раз убегают, тогда так и хочется поскорее догнать… Но вот беда!

«Крокодил Мраморного Моря» (титул официальный, присвоенный Сиятельным Повелителем, из-за чего Касатонов в последствии просто молча матерился, получая от своих многочисленных поклонников очередную посылку с бронзовым игрушечным крокодильчиком на мраморной подставке) не убегал. Он отступал. По заранее продуманному в Морской Николаевской Академии плану…

…«И-и-и-ек!»

Распахнув своей розовой, с трогательными, седоватыми кудряшками вокруг, лысинкой роскошные, позолоченные двери, Министр Иностранных Дел Российской Империи вылетел из царского кабинета… упав на четвереньки, Ламсдорф не стал тратить время на то, чтобы принять вертикальное, подобающее его чину (тайного советника) положение – а так и помчался, уподобившись лазоревому, с золотом, огромному таракану…

Из двери выскочил Михаил, с обрывком золотого шиться в кулаке – и придал ему ускорение мощным пинком по удобно откляченному заду…