Валерий Атамашкин – Под навесом мрака (страница 50)

Очередная тварь, с визгом бросившаяся на Рому упала на асфальт. Мужчина с силой потряс ножом, кровь животного разлетелась в разные стороны.

— Сейчас я подстрелю вон тех двух, а ты прикрой тылы. Надо вырываться из круга. Все за мной! — бросила Эвелина.

Девушка подняла ружье, прицелилась и дважды спустила курок. Не дожидаясь пока псы, похоже стягивающиеся со всех концов района, появятся вновь, она побежала, на ходу перезаряжая ружье.

— За мной!

За Эвелиной со всех ног бросилась Маша. Рома видел, как из тумана с его стороны появляются еще несколько псов. Учитывая, что рядом был северный рынок, можно было понять, если бы сюда сбежалось двадцать собак. Но их было никак не меньше пятидесяти. И это только сейчас! Рома не став дожидаться псов побежал следом за девушками, быстро поравнявшись с Эвелиной.

— Надо было идти через дорогу! — на бегу бросил он.

— Поздно, — ответила Эвелина.

Не останавливаясь и не оборачиваясь, они пробежали через несколько дворов. Позади остался с десяток домов, пока, наконец, перед их взглядом не возникла широкая автомобильная дорога по улице Космонавтов. Ребята остановились. Эвелина, а вслед за ней и Рома с Машей забежали в подъезд одного из зданий. Если бежать дальше можно запросто встретить отряды федералов. Эвелина, вымотанная дракой с псами и бегом наперевес с ружьем, медленно опустилась на ступеньки. Рядом присели Рома с Машей. Ребята смотрели друг на друга, явно не понимая, что произошло в том злосчастном дворе несколько минут назад. Первое молчание нарушила Эвелина.

— Наверное, не я одна скажу, что это чертово чудовище напомнило мне то, что мы видели у торгового центра?

Рома закивал.

— Та же вонь… Мне удалось разглядеть эту тварь во всех подробностях, — начал он. — Это была слизь, та самая слизь которую я видел в центре, которой покрыта каждая тварь в этом изменившимся мире… Но то что я видел там была какая-то особая слизь живая слизь. Огромный, вонючий, шипящий комок. Я не знаю, как она держала гору трупов внутри себя, но на моих глазах она сожрала несколько убитых псов. Просто поглотила их внутрь себя!

Эвелина и Маша поежились.

— Я удивляюсь сама себе, как еще не сошла с ума, — печально сказала Маша.

— Если честно я тоже, — вздохнул Рома. — Нам повезло, что монстр оказался нерасторопным иначе не представляю что бы было…

— А что бы было, если на нас напали не псы? — спросила Эвелина. — Можно бесконечно об этом рассуждать. Правильно или неправильно мы поступили свернув в дворы… Посмотрите вокруг. Везде, везде в этом мире, на каждом углу подстерегает опасность. Это уже не тот мир, который мы знали! — девушка перевела дыхание. — Пойдем мы дальше дорогой или продолжим путь через дворы. Кто может с уверенностью сказать, где у нас останутся шансы выжить?

Рома пожал плечами, поднялся на ноги и двинулся к выходу из подъезда.

— Знаешь мне плевать, как мы туда попадем, гораздо важнее, чтобы в итоге мы там оказались, не находишь? Я, наверное, схожу, посмотрю, что происходит на дороге, ждите меня тут.

Глава 29

Рома с отдышкой, весь мокрый и с залитым потом лицом забежал в подъезд. Столько эмоций, сколько было на его лицей сейчас, девушка не видела даже когда они встретили огромного монстра из слизи во дворах.

— Что случилось? — девушка поднялась на ноги, бросилась к дверному проему и выглянула из подъезда. — Тебя преследуют? Федералы?

— Нет… — отдышка мешала Роме говорить. — Ты должна это видеть… Там, — он махнул рукой. — Идемте за мной!

Похоже, что-то случилась у дороги, раз Рома так нервничал. Она впервые видела мужчину таким возбужденным. Эвелина подняла ружье, перебросила его на лямке через плечо и вышла из подъезда. Рома уже стоял на улице.

— Быстрее! У нас нет времени, — Рома побежал в сторону дороги.

Мужчина держал в руках нож, то и дело перекладывая его из одной руки в другую. Все это было чертовски странно. Можно было объяснить, в чем дело, прежде чем сломя голову выбегать из укрытия и вести за собой ее и Машу к дороге. По крайней мере, это было не безопасно. Однако Эвелина решила довериться Роме и побежала следом. Маше ничего не оставалось, как последовать за ними. Рома подбежал к дому, за которым начиналась автомобильная дорога улицы Космонавтов, остановился у торца и спрятался за стеной. Он заметно нервничал. Мужчина жестом позвал Эвелину и Машу к себе.

— Ни звука, — прошептал он. — Посмотри туда, — Рома показал в сторону дороги.

Эвелина до сих пор не понимая в чем дело, выглянула из-за стены и чуть не выронила из рук ружье. По дороге медленно ехало четыре грузовика, занимая все четыре полосы. Это были огромные тягачи цвета хаки с черными армейскими номерами. Кузов на них был обтянут брезентовым покрытием. В таких обычно перевозили солдат срочников. За грузовиками побрякивая по асфальту, тянулись цепи. Эвелина прекрасно помнила эти цепи, к которым словно кандалами пристегивали наручниками людей. На этих цепях тянулись трупы… картина была не просто отвратительна, она ужасала.

— Ты видишь? Смотри в кузов, — прошептал над ухом Рома.

В одном из грузовиков кузов сзади был открыт. Эвелина пригляделась и почувствовала во рту привкус крови. От волнения она вцепилась зубами в губу, прокусив кожу до крови. В кузове грузовика были люди. Их было так много, что не все поместились на скамьях, кто-то стоял на ногах, кто-то сидел на присядках. Она не могла разглядеть лиц людей, не могла увидеть их пола, но она могла поклясться, что все до одного эти люди были живы.

— Ты видишь это? — голос Ромы дрожал.

— Да… — Эвелина спряталась обратно за стену.

— Я думаю тебе не надо объяснять, что это значит? — Рома был возбужден, продолжая перекладывать нож в руках.

Эвелина медленно покачала головой. Девушку полностью захватили собственные мысли. Ей не надо было ничего объяснять. Она все понимала сама. Там в грузовиках на дороге ехала группа найденных правительством выживших, которые подлежали эвакуации. Все было понятно без слов.

— Там может быть Вера, — слова Эвелины получились скомканными.

— Там может быть твоя сестра, там может быть моя семья, — Рома начал ходить из стороны в сторону. — Мы должны идти туда и освободить их! Это наш единственный шанс. У них нет охраны, они не успеют отреагировать, как я перережу им глотки!

Эвелина смотрела на Рому. Мужчина казался перевозбужденным. В таком состоянии он кинулся бы на любую тварь, на любого монстра, который попался на его пути. Но он говорил правду. Это был единственный шанс. Девушка подняла двустволку. Вера ждала ее, она наверняка звала сестру, когда эти нелюди в черной форме издевались над ней и засовывали в грузовик.

— Мы должны идти туда. Маша ты можешь остаться. Это личное.

— Я пойду с вами до конца, — сказала девушка.

— Тогда вперед, — Рома выставил перед собой нож и уже собирался идти, когда Эвелина остановила его.

— Не торопись, спешкой мы можем все испортить. Ты уверен, что там нет охраны?

— Это что-то меняет?

— Конечно, если нас пристрелят сразу, как только мы выйдем отсюда, это поменяет все, поэтому не торопись.

Рома был вынужден признать, что Эвелина права.

— Я видел там двух людей с автоматами. Сейчас я их не вижу, — сказал он.

Эвелина выглянула из-за стены. Возле грузовиков действительно никого не было. Возможно, те о ком говорил Рома сидели в кабине. Она озвучила мысли вслух.

— Скорее всего, так оно и есть, — согласился мужчина.

Девушка задумалась. Тех, кто был вооружен и сопровождал конвой, могло быть и больше чем два человека. Даже если они удачно атакуют, вышибут мозги тем, кто сидел в одном из грузовиков, пусть в двух, остальные два бойца запросто могут их пристрелить. Идти на рожон с тем, что они имели из оружия против нескольких автоматов у врага, было, по крайней мере, самонадеянно. Но ведь необязательно было идти на абордаж? Можно было поступить по-другому. Рискованно, не менее опасно… Но…

— У меня есть идея. Я не знаю насколько она вам понравиться, но другого выхода я не вижу, — сказала она.

Эвелина начала рассказывать план, спонтанно возникший в ее голове…

…Колона грузовиков медленно ехала по дороге в сторону площади Королева. Свет фар вгрызался во тьму, рассеивая мрак и туман, но ехать быстрее в таких условиях было невозможно. Да и цепи, на которых висели трупы, могли в любой момент оборваться. Тогда сидевшим в машинах людям пришлось бы терять время и закреплять цепи, а возможно и трупы людей заново. Учитывая, что у них наверняка был приказ, по которому они должны были доставить этих людей в место назначения как можно быстрее, в штабе были бы недовольны опозданием.

Свет фар выхватил из тумана женский силуэт. Это была девушка в военной форме из тех, которые продавались в военных универмагах. Девушка, пошатываясь, замерла посереди дороги и медленно опустилась на асфальт, словно разом лишившись сил. Грузовики в колоне остановились. Некоторое время свет фар освещал тело девушки. Этот миг казался бесконечно долгим. Наконец из крайнего грузовика вышел человек с автоматом, трусцой подбежавший к лежавшей на асфальте девушке. Спрятавшись за дулом автомата, боец внимательно осмотрел девушку, лежавшую в неестественной позе, и пнул ее сапогом. Девушка дышала, но была без сознания. Убедившись, что опасности нет, человек в черной форме убрал автомат и нагнулся, чтобы поднять девушку и отнести ее к грузовику. Это была самая большая ошибка в его жизни. Не успел боец коснуться тела девушки, как огромный разделочный нож блеснул в свете фар и вонзился ему в сонную артерию. Эвелина нанесла удар жестко, выверено, вложив в него всю свою силу. Алая кровь растеклась струей и хлестала из раны. Эвелина с особым остервенением провернула нож в шее федерала, перед тем как вытащить его обратно. Отвратительно хлюпал выходивший через новое отверстие воздух. Солдат не успев отреагировать, повалился на асфальт. В грузовиках тоже не сразу поняли что происходит. По всей видимости, федералы не верили своим глазам. Двери кабин открылись и оттуда показались силуэты еще трех вооруженных людей. Один из них тут же рухнул на асфальт. Из его спины торчал нож. Не прошло и нескольких секунд как второго бойца снесло выстрелом из ружья. Третий федерал растерялся и открыл беспорядочный огонь. Если не труп, за которым спряталась Эвелина, несколько пуль точно прошили бы ее насквозь. Однако все это продолжалось недолго. Выстрелы из обоих стволов двустволки уложили солдата на асфальт рядом с остальными трупами. Из-за грузовика показался Рома перезаряжающий ружье.