Валерий Атамашкин – Магистраль смерти (страница 90)

    Друзья переглянулись.

 - Он дело говорит, – заметил Алексей.

    Палыч кивнул и повернулся к висящей на стене карте. От пожарки до лестницы, по которой они спустились с крыши, их разделяло два коридора и две комнаты. Все изученные и во всех из них горел свет… Майор вздохнул.

 - Ты уверен? Уверен, что справишься?

 - Да, – кивнул Евгений.

 - Что же, – майор пожал плечами: – Ты вызвался сам, никто тебя не заставлял и не принуждал делать этого. Поэтому, спасибо, – сказал он.

 - Это мой долг.

 - Долг не долг, но у тебя есть пятнадцать минут, если тебя не будет через пятнадцать минут, мы уходим сами, и шанса спасти дочь у тебя уже не будет. Ты меня понял? – майор приподнял бровь – Будешь полагаться только на нас в таком случае.

 - Я понял, – кивнул Евгений.

 - Хорошо, снимай майку, – указал Палыч.

    Врач нахмурился, но, не задавая вопросов, снял майку и протянул ее майору.

 - Мне она не нужна. Завяжи в узел рукава и горло, – пояснил Палыч.

    Евгений молча завязал узлы.

 - Отлично, – майор взял майку, превратившуюся в своеобразную сумку, и, встряхнув ее, побросал внутрь медикаменты из своих карманов, после чего вытянул растянувшуюся майку перед собой. – Сложи свои лекарства, Леша, три противогаза, и на себя не забудь надеть.

    Когда все было сделано, майор указал Евгению на наручные часы.

 - 17.15. В половину мы уходим отсюда. Удачи! – он хлопнул врача по плечу.

 - Сними пистолет с предохранителя, – бросил Алексей.

    Евгений, оставшийся в одних брюках, в противогазе на голове, держа пистолет в одной руке и майку-мешок в другой, вышел из пожарной комнаты, оставив боевых товарищей вдвоем.

 - Жестко ты с ним. Пятнадцать минут – и мы уйдем, – ухмыльнулся Алексей.

    Палыч в ответ улыбнулся и взял с крышки пульта свой противогаз. Может быть стоило прямо сейчас, не дожидаясь, пойти вниз самим?

    «Это было бы жестоко».

    Чтобы сделать так, нужно было не говорить о том, что это его шанс защитить дочь.

    «Зря я это сказал,» - подумал майор.

 - Не хочу, чтобы он застрял там надолго.

 - Понятно. Я тут подумал о словах этого врача, о сейфе.

 - И?

 - Может, стоит сходить за ним, пока у нас есть пятнадцать минут?

 - Уже четырнадцать, – улыбнулся майор. – У тебя есть ключ? Или как ты собираешься его открыть?

 - Я думаю, он не выдержит выстрела из дробовика, – пояснил Алексей. – Да и из Калашникова не выдержал бы, если ты не жмотил бы пуль.

 - А смысл? – спросил Палыч. – Ты сам говорил, что любую дверь можно открыть.

 - Ну ты же слышал, что не любую, стоит прислушаться. Я не хочу по пути упереться лбом в закрытую дверь. А так будет ключ, подберем, откроем.

 - Уже надумал, как будем идти? – поинтересовался майор.

    Алексей покачал головой.

 - Как поведешь – так и пойдем, мне плевать, просто не люблю останавливаться на полпути. Смотри, – он указал на карту этажа. – Вот это второй чердак, как я понимаю.

 - Все правильно. Через который мы полезли на крышу.

 - Сейф там? – покосился на Палыча Алексей.

 - Или там, или в соседней комнате. Я не помню точно, где я его оставил, – сказал майор.

 - Кажется, вот здесь ты подстрелил тварь по пути? – Леша ткнул в дверной проем на карте рядом с чердаком.

 - Да.

 - То есть в этом коридоре мы не были, а эти двенадцать комнат для нас – мрак. Верно?

 - Это палаты, через них не надо идти.

 - Тем лучше, тогда один единственный коридор отделяет нас от сейфа. Пойдем?

    Палыч посмотрел на часы.

 - Двенадцать минут осталось.

 - Надевай противогаз.

    Палыч, а вслед за ним и Алексей натянули ПМГ.

 - Сын моего племянника слушает рок. Там есть такая американская группа «Slipknot» называется. В этой штуке ты напоминаешь мне Сида Уилсона оттуда, – Палыч расхохотался.

 - Это что еще за дерьмо такое?

 - Их плакат висит на двери туалета у него дома!

    Майор похлопал друга по плечу.

 - Да пошел ты!   

 - Ладно, ты готов?

 - Всегда готов.

 - Вперед.

 - Я первый на этот раз.

 - Поехали.

    Алексей вскинул дробовик, вышел из пожарной комнаты и кивком позвал следовать за собой Палыча. Майор размял руки и приготовил автомат, проверив, легко ли достается из кобуры пистолет. Все в порядке. Можно было двигаться дальше. Первоначальное неудобство, ограниченный кругозор и полнота дыхания от ПМГ отошли на второй план, и майор уже через несколько секунд, сделав пару глубоких вздохов, почувствовал себя комфортно в противогазе, уже не чувствуя никаких неудобств на этот счет. Алексей, видимо, учитывая тот небольшой запас по времени, что был у них на данный момент, ни на секунду не останавливаясь и не замедляясь, подбежал к двери, ведущей к следующий коридор и, показав Палычу жестом «СТОП», прислонился ухом к замочной скважине. Майор, внимательно наблюдая за каждым движением товарища и ловя любой шорох вокруг, прицелившись в дверной проем, ждал. До ушей майора донеслось чуть различимая шипение.

    «Там кто-то есть,» - пронеслось в голове.

 - Мы здесь не одни, – бросил Алексей.

 - Я понял.

    Услышав голоса и, видимо, почуяв запах друзей, за дверью послышался скрежет и визг, и через секунду в дверь последовал тяжелый глухой удар. Палыч вздрогнул.

 - Будь готов, – Алексей, выпрямившись, подался назад и въехал ногой в дверь, тут же отскочив в сторону. Палец майора вжался в курок, и из дула АК вырвалась очередь. В дверном проеме рухнула туша твари, начавшая биться в конвульсиях. Пена изо рта трупа залила пол. Стены забрызглали мозги твари, которые пули Калашникова превратили в филе. Из глубины коридора раздался визг и через мгновение в дверном проеме застыла еще одна тварь, которая увидев свет ламп, ослепивших ее глаза, издала булькающий звук и, качаясь, двинулась в сторону Алексея. Прицельный выстрел дробовика снес зомби голову, отбросив существо на пол. Белый халат, в который был когда-то одет человек, впитал в себя алую кровь. Палыч, вытащив из кобуры пистолет, прицелившись, добил бившуюся в конвульсиях тварь выстрелом в висок. Алексей, сделав несколько шагов назад, поравнялся с майором.

 - Ты видел это?

    Палыч в ответ лишь кивнул.

    Здесь не нужно было никаких слов. Все было ясно и так. Твари МУТИРОВАЛИ. То, на что они рассчитывали больше всего, – свет – больше не было оружием в их руках. Они боялись его, но, повинуясь звериному, чудовищному инстинкту убивать, переступили черту. Но… не было запаха. Палыч дышал полной грудью и не чувствовал этого смарда в ноздрях.