Валерий Алексеев – История первобытного общества (страница 36)

Анимизм[71] — вера в сверхъестественные существа, заключенные в какие-либо тела (души) или действующие самостоятельно (духи). Э. Тайлором была выдвинута так называемая анимистическая теория происхождения религии, согласно которой вера в нематериальные души и духов была древнейшим видом религиозных представлений, возникшим в сознании «философствующего дикаря» при попытках объяснить такие явления, как сон, обморок, смерть. В действительности подобные верования не могли быть исходным видом религии, так как представление о нематериальном предполагает известное развитие абстрактного мышления. Но какие-то зачатки анимистических верований в форме смутного одушевления природы несомненно появились уже в самую раннюю пору родового строя. У тасманийцев, австралийцев, огнеземельцев и других наименее развитых племен имелись неясные представления о душах живых и умерших людей, злых и добрых духах, обычно мыслившихся в качестве физических, осязаемых существ. Можно думать, что с этими представлениями были как-то связаны и ранние формы почитания матерей — охранительниц очага, засвидетельствованные находками упоминавшихся выше позднепалеолитических женских статуэток.

Эпизод тотемического обряда у австралийцев.

Фетишизм[72] — вера в сверхъестественные свойства неодушевленных предметов, например, определенных орудий труда, предметов обихода, деревьев, камней, пещер, а позднее и специально изготовленных культовых предметов. Существует мнение (Ю.П. Францев и др.), что простейший фетишизм, состоявший в наделении некоторых предметов ближайшего окружения, наряду с обычными, также и чудодейственными свойствами, мог быть начальной формой религии. Так, фетишем могли стать особо добычливое копье или плодоносящее дерево, насытившее людей после многих дней голодовки. Однако проверить справедливость этой теории трудно: хотя элементы фетишизма широко известны среди отставших в своем развитии племен, они переплетаются здесь с элементами тотемизма, анимизма и других религиозных представлений.

Магия[73] — вера в способность человека особым образом воздействовать на других людей, животных, растения, явления природы. Не понимая настоящей взаимозависимости наблюдаемых фактов и явлений, превратно истолковывая случайные совпадения, первобытный человек полагал, что с помощью определенных приемов — действий и слов — можно вызывать дождь или поднимать ветер, обеспечивать успех в охоте или собирательстве, помогать или вредить людям.

Магическое приспособление бушменов для вызывания дождя.

Большое распространение получила, в частности, производственная, или промысловая, магия. Такова, например, «пляска кенгуру» у аборигенов Австралии, во время которой одни исполнители изображали этих животных, а другие якобы поражали последних копьями. По мнению некоторых ученых, практика промысловой магии археологически засвидетельствована частыми знаками ран на позднепалеолитических рисунках и скульптурах животных. Рано развились и другие основные виды магии: вредоносная — наведение «порчи» на врага, охранительная — предотвращение этой порчи, лечебная — колдовское врачевание ран и недугов.

Изображение бизона, раненного стрелами. Мадленская живопись из пещеры Нио, Франция.

Таким образом, уже самые ранние виды религии заключали в себе начатки не только фантастических представлений — веры, но и священнодействий — культовой практики. Последняя долгое время не составляла тайны: совершение религиозных церемоний было доступно всем и каждому. Но с развитием верований и усложнением культа его отправление потребовало определенных «знаний», «умения», опытности. Важнейшие культовые действия стали совершаться старейшинами (например, у сеноев), а затем и особыми специалистами (у огнеземельцев, семангов и др.). Как показывают мифы аборигенов Австралии и обычаи ряда других племен, в качестве таких специалистов первоначально выступали преимущественно женщины.

Австралийский колдун.

Религия играла очень большую роль в жизни родовой общины. Как уже упоминалось, видный французский этнограф Л. Леви-Брюль, изучая духовную культуру отставших в своем развитии племен, даже пришел к выводу, что коллективные представления первобытных людей были всецело иррациональными, мистическими, религиозными. Это, конечно, неверно, так как если бы древнейшее человечество руководствовалось превратными представлениями, оно остановилось бы в своем развитии или погибло. Сам Леви-Брюль к концу жизни отказался от своей концепции. В действительности духовной культуре раннеродовой общины было присуще тесное переплетение рациональных и превратных представлений. Так, леча рану, первобытный человек обычно обращался и к полезным травам, и к магии; протыкая копьем изображение животного, он, можно думать, одновременно практиковался в приемах охоты или показывал их молодежи и магически обеспечивал успех предстоящего дела. Это переплетение нередко служит основой для различных построений, выводящих из религии другие явления духовной культуры и идеологии, в особенности искусство и нравственность. Но различные формы общественного сознания, хотя они всегда находились в активном взаимодействии, не могли возникать одна из другой, так как их общей основой были условия общественного бытия.

Изображение «колдуна» из верхнепалеолитической пещеры Трех братьев, Франция.

Чем же тогда объясняется тесное переплетение различных форм духовной культуры или же, говоря шире, общественного сознания первобытного человечества? С.А. Токарев, очевидно, правильно видит здесь известную нерасчлененность, закономерно порожденную нерасчленемностью общественного бытия: еще не было общественного разделения труда, умственный труд не отделился от физического, кровнородственные связи в основном совпадали или неразрывно переплетались с производственными и т. д. Эту мысль можно выразить еще проще: общественное сознание, как и общественное бытие, было еще слишком неразвитым, чтобы дифференцироваться в различные, четко разграниченные сферы, которые возникли позднее, в процессе усложнения человеческой деятельности.

§ 3. Позднеродовая община земледельцев-скотоводов

Неолит был высшей и последней стадией многотысячелетнего каменного века. Неолитическое время характеризуется, прежде всего, значительным улучшением техники изготовления каменных орудий труда. Самой характерной чертой этой новой техники является окончательная отделка каменных орудий способом шлифования или полирования, а также пиление и сверление камня, что позволило человеку неолитического времени с большим успехом, чем прежде, придавать камню желаемую форму. Орудия делались из разнообразных пород камня, в том числе более мягких, чем кремень, слоистых и мелкозернистых, но и кремень, а также такие твердые породы, как нефрит или жадеит, тоже обрабатывались новыми методами. Однако процесс полирования камня был очень трудоемок и сравнительно мало улучшал производственные качества орудий. Поэтому в большинстве своем орудия не подвергались полировке, и кремень по-прежнему преобладал в индустрии. Широко применялись старые способы обработки камня посредством оббивания, скалывания и отжима, при этом техника отжимной ретуши достигла предельного расцвета.

Неолитические орудия из Скандинавии (по де Моргану).

Для получения высококачественных пород камня люди перешли на его подземную добычу. В неолите появились кремневые шахты, известные на территории современных Англии, Франции и некоторых других областей Европы. Сохранились и огромные мастерские кремневых орудий, изделия которых распространялись очень далеко от места производства.

Неолитические кремневые шахты, Грейм-Грейвз, Англия.

Новыми орудиями стали пользоваться и для обработки дерева. Особенно характерны для неолита топоры. Более приспособленный для рубки деревьев неолитический топор облегчал вырубку лесных участков при подсечном земледелии, а позднее — обработку стволов для свайных и других построек, выдалбливания лодок-однодеревок и другие работы. Из камня изготовлялись многие связанные с собирательством, а позднее с земледелием орудия: утяжелители для палок-копалок в виде массивных дисков с отверстием посредине, песты, ступки, зернотерки, мотыги, серпы. Мотыги делались также из кости и рога, а серпы — из рога с острорежущими кремневыми вкладышами. Значительно были усовершенствованы лук и стрелы, кремневые наконечники которых приобрели листовидную, а позднее треугольную форму.

Одним из наиболее важных нововведений эпохи неолита было изобретение керамики. Это настолько характерный признак неолита, что его даже иначе называют керамическим веком. Очень немногие культуры, которые по другим признакам можно назвать неолитическими, не знали керамики. Изобретение формовки и обжига глиняной посуды позволило человеку улучшить способы приготовления пищи и расширить ассортимент пищевых продуктов.

Западноевропейская неолитическая керамика.

Наиболее распространенным в первобытном обществе было изготовление сосудов способом налепа или спирально-жгутовым. Из глины изготовлялись жгуты толщиной приблизительно в 3–4 см, которые накладывались на форму по спирали, сдавливались и заглаживались; так получался грубый глиняный сосуд. Открытие обжига глины было открытием способа получения принципиально нового, не встречающегося в природе материала — безводного силиката, в который превращается обожженная глина.