Valerie Sheldon – The Lost Soul (СИ) (страница 36)

Мистик-Стрит — название улицы, где раньше находился пляж — на нем как раз и стоял обрыв. Это все, что я могла знать. Питер лежит на земле и смотрит в ночное небо.

— Хочешь об этом узнать? — интересуется парень, приподнимаясь на локти. Он похлопал по твердой суховатой земле возле себя.

— Тогда, слушай.

Питер подвинулся, освобождая мне место. Положил себе под голову руки и вдохнул холодного воздуха. Я улеглась поудобнее, поднимая глаза на темное беззвездное небо.

— Давным-давно, ещё до наших дней, здесь стоял большой дом. В нем жили две девочки с родителями. Одну девочку звали Мистик, вторую Астрит. Родители звали её коротко Стрит. — Питер тяжело выдохнул и сердце тут же сжалось.

— И что с ними произошло?

— Однажды, родители девочек не вернулись домой. Девочки думали, что с ними произошло, пока в дверь не постучали. Мистик — старшая из двоих — подошла к двери и отворила её гостю. Мужчина зашёл в дом. Оказалось, это был полицейский. Он выглядел полным, облаченный в форму, а в руке держал свернутую бумажку. Он бросил её на стол, спрашивая:

— Это ваши родители?

Тогда Мистик посмотрела на фото. На ней оказались пропавшие родители девочек. Она кивнула, грустно вздыхая. По ее щекам начинали течь слезы. Мужчина позвонил в приют, так как дети были несовершеннолетними и нуждались в заботе. Через несколько дней их забрали.

Мистик не могла жить в приюте. Она постоянно убегала оттуда, но девочку все время ловили.

Ставили ей на окна решётки, ограждая от внешнего мира, оставляли в отдельной палате. Даже связывали ей руки и ноги, чтобы не убегала…

Но однажды, продумав всё до мелочей, она снова убежала. На этот раз план сработал.

Мистик вернулась домой и через два дня — после побега — скинулась с этого самого обрыва.

Проходили дни; её искали, но так и не могли найти. До сих пор никто не знает, где она. Обнаружили тело девочки и похоронили, или осталось тело вообще. Никто этого не знает.

Питер встает на ноги, поднимая меня за собой. Погода менялась ежесекундно; тучи постепенно сгущались, приглашая приведений и обитателей леса в самое пекло торжества.

— Погода портится. Нам лучше вернуться. — Он оглядывает меня, и я киваю в ответ. Затем парень обхватывает мои плечи и уводит через лес по тонкой тропе, обратно к цивилизации.

***

— А что случилось со второй девочкой? — спрашиваю я, когда мы ехали обратно в такси. Водитель молча — в отличие от предыдущего — и плавно вел машину, смотря на дорогу. Этот парень выглядел более презентабельным, не задавая никаких лишних вопросов.

— С Астрит? — переспрашивает Питер, зевая.

— Да.

Питер смотрит на окно, затем снова на меня.

— В приюте ей тоже не жилось. Ее постоянно мучали другие дети: запирали в туалетах, срезали волосы, а потом как им хотелось издевались над бедной девочкой. Она не выдержала всего этого и повесилась в женском туалете. Когда Мистик узнала об этом, не поверила. Однако, когда ей показали её младшую сестру вживую, повешенную на петле вниз головой, она закричала и все время плакала. Временами дело доходило даже до истерик. Остальное ты знаешь. — Я молча кивнула. Я долго разглядывала его часть лица, освещаемую фонарем, пока уголок губ не потянулся вверх.

— Откуда такие подробности, Питер? — Он пожал плечами, но даже не улыбнулся.

— Ночью долго смотрел всякие новости и вот случайно наткнулся.

Я сузила глаза, в упор разглядывая парня.

— Обычные люди ночью спят.

Питер расхохотался на весь салон, закидывая голову на заднее сидение.

— Боже, Кер, ты меня убиваешь.

— Я не виновата, — произношу, отворачиваясь к окну. — Я просто говорю то, что думаю.

Питер ловит меня за подбородок и поворачивает к себе. Его глаза светятся лучиком тепла, согревая изнутри.

— Поэтому… — Он закрывает глаза, выдыхая и снова открывает, сильно хмурясь. — Я тебя не виню. Это хорошо, что у тебя есть свои мысли и собственное

мнение.

Питер отпускает меня и отсаживается на свою сторону. Он явно не договаривает — это чувствуется всем сердцем. Мысли опять работали как им хотелось, накручивая до предела.

Машина бесшумно доехала до моего дома. Я нехотя открыла дверцу машины и вылезла на свежий воздух. Прохожу к двери и хочу уже уйти, как голос Питера заставляет замереть на месте.

— Подожди! — Голос парня усталый. Он выходит из машины и, не спеша, двигается ко мне. Я стою на крыльце в ожидании.

— Спасибо за проведённое время. Надеюсь, оно будет не последним.

Я поморщила нос, вдыхая аромат наступающего ливня.

— Надеюсь, — прошептала я. Меня снова окатывает волна беспокойства. Я начинаю не на шутку волноваться.

— А как же наши сумки?

— Ну, — Он почесал затылок, уводя в сторону глаза. — Сегодня им придется провести эту ночь на вахте, а утром мы их заберём.

Я киваю, выдыхая. Он лишь пожимает плечами. Глупо как-то волноваться за неодушевлённый предмет. Хотя там и правда были нужные мне вещи, к примеру — телефон. Наверняка мама обзвонила чуть ли не все городские школы, а также включая морги и больницы. Я перевожу взгляд на своё окно, но там стоит лишь кромешная тьма. Может, мама спит?

— Тебе, пожалуй, пора домой, — прозвучал голос Питера в темноте. Я оборачиваюсь к нему.

— Да, надо бы, — сухо отвечаю и смеюсь, вспоминая его частые походы.

— Твои, скорее всего, волнуются за тебя.

Питер смеется, его плечи потряхивает.

— Скорее уж я за них, чем они за меня, — он хихикнул, — Правда, Кер.

Парень отходит назад; половина тела уже скрылась в сумерках. Он помахал рукой и сел в такси, уезжая от меня.

Этот день оказался не таким уж и ужасным. Главное, с какой стороны посмотреть. С Питером мне хорошо, и я с ним в полной безопасности. Это чувствуется. Сэм по-прежнему остается для меня загадкой: то наглый, самовлюбленный простак, а через минуту уже улыбается. Странные существа — парни.

51 глава. Часть 2

В доме оказалось пусто и страшно глухо. Свет везде выключен, от чего по телу пробегают мурашки. Сняв с себя обувь и прижав кеды к груди, окликаю маму, но в ответ ничего не получаю. Мне становится не по себе.

Быстро пробегаю по лестнице на второй этаж, но там никого не оказывается.

В спальне мамы тоже не было; дверь слегка приоткрыта и оттуда выходит только лунный свет из окна. Сердце уходит в пятки, когда замечаю, что написано на полу, по середине комнаты. Сердцебиение учащается. На смятой простыне написано огромными буквами:

Я СКОРО НАЙДУ ТЕБЯ. ТЫ ОТ МЕНЯ НЕ СПРЯЧЕШЬСЯ, КЕРРИ.

Я могла только предполагать, что эти буквы написаны не кровью… Лунный свет опускается на проклятые буквы, отдавая зловеще-алым оттенком. Красный цвет все-таки был похож на кровь. На человеческую кровь. Запах доходит до ноздрей и я отхожу назад.

Ума не приложу, кто мог это написать. Откуда некто мог узнать мое имя? Мама в комнате не нашлась. Решив, что она задержалась на работе, здесь меня ничего уже не держит. Выбегаю из спальни, охваченной мраком, и спускаюсь вниз. Я хватаю куртку, висевшую на вешалке возле входной двери, и исчезаю в ночи.

***

Страшно возвращаться обратно. Я иду по ночному городу, укутавшись в кожаную куртку, кое-как получая от нее тепло. Фонари, стоявшие возле тротуара, освещают дорогу, пока я прогуливаюсь по светлой стороне, бредя в неизвестность. Шлепая босыми ногами по асфальту, уже не знаю, куда иду. Но останавливаться не хочу. Кто или что написало это? Зачем?

Страх пробирает до костей. Я ускоряю шаг и пускаюсь в свободный бег. Чувство, как будто за мной кто-то гонится. Неподалеку замечаю фары приближающейся машины. Она останавливается и оттуда выглядывает ошеломленный Питер. Волосы на половину светлые, другая сторона оставалась в тени, как и его лицо.

— Питер?

— Керри, я думал, ты уже давно спишь? — спрашивает парень, открывая дверь. Он кивнул. — Залезай.

Я молча прыгаю в салон, закрывая дверцу.

— Что ты делаешь посреди ночи, да еще одна на улице? — Он нервно смеется. Я озираюсь по сторонам, ожидая страшного чудовища. Но его все нигде нет.

— Дома… там…

Те буквы так и засели у меня в голове, но вымолвить хоть одно из чередующихся — не могу. Питер сказал адрес таксисту, тот, молча кивнув, поехал к намеченной цели.

— Ладно, расскажешь по дороге.