Valerie Sheldon – Шоколадные хлопья с ванильным молоком (СИ) (страница 41)

Она часто заморгала и дрожащими пальцами обхватила мое запястье. Её волосы волной спадали на одно плечо, на щеках появился легкий румянец, когда она подняла на меня глаза. Я склонил голову.

— Интересный у тебя цвет глаз, — выпаливаю я в одну секунду.

— Даже как-то странно, — говорит она одновременно со мной.

Оба смеемся, и я отступаю назад, махая рукой, чтобы она продолжала. Она откашливается, заходит в холл корпуса и наблюдает за мной изнутри. Я не иду за ней, ведь она не хочет этого. Теперь я не буду давить на нее или следить за каждым шагом. Она сама сделает свой выбор, иначе я приду за ней сам. Сейчас, как я понял, для нее важнее нечто иное.

Она до сих пор смеется, я смотрю на ее ясное личико и не могу представить ее рядом с собой. После возвращения домой Рой был первым, кто сказал, что я плохо выгляжу. Я на самом деле неважно себя чувствовал; тело ныло, живот крутило что бы я не делал. Мне никто не был нужен. Никто, кроме нее. Теперь я увидел и осознал. Я был очарован ею, погряз с головой и полностью уничтожен. Думал, что я всемогущий — оказалось, что я простой смертный. Женщины оказываются коварнее мужчин. Я это понял.

Хло подзываетподойди ближе. Улыбаясь, подхожу и склоняюсь перед ней. Она тут же выбегает из здания и бросается мне на шею. Неожиданно для себя я еле стою на ногах, удерживая ее тело возле себя. Мы чудом остаемся на месте, пока мимо нас не проходит парень с длинным хвостиком на затылке. Мои внутренности сжимаются и я шагаю вперед, заслоняя собой Хло. Я думал, что этот парень, схожий на моего отца, пройдет дальше, но вместо этого, он останавливается напротив нас и, ухмыляясь, указывает тонким пальцем в мое лицо.

— Значит вот ты какой — любовь жизни малышки Хло? Знаешь, мне это не нравится. — Парень подходит ближе и замахивается кулаком мне в челюсть. Я успеваю увернуться, Хло отпрыгивает назад на несколько шагов от меня и пронзительно кричит, выпаливая:

— Не смей, Флин! Он тут не причем. — Хло выходит вперед и с силой отталкивает парня, направляя на него весь свой гнев.

Я тянусь за ней, но она не замечает меня. Сейчас она полностью отдана рукам гнева и злости. Ее глаза сужаются, и когда до меня доходит, кто именно стоит передо мной, все становится на свои места. Когда Хло касается его и что-то шепчет ему, он успокаивается и его лицо искажает боль. Он начинает что-то яростно выкрикивать, но понять их не могу, слишком далеко они стояли.

— Ты не можешь променять меня на него, Ло-ло, — слышу, как говорит он с горечью в голосе. Готов поклясться, он был готов разреветься прямо на этом месте.

Это был тот парень, который издевался над ней, когда Хло была ребенком. Не принимая больше никаких слов в мою сторону от него, я, стремглав, иду на него. Хло выдыхает и закрывает глаза. Я не успеваю ничего сказать или сделать, как этот чертов Флин уходит, пряча руки в карманах джинс. Я нахмурился, скрежеща зубами.

— Куда это он? — Хло обернулась ко мне лицом; ее глаза были влажными, щеки покрылись пятнами. Она обняла себя руками и посмотрела в сторону. Она была подавлена и потеряна.

— Он ушел. Я сказала ему, чтобы он жил своей жизнью и что я счастлива без него. Я сказала ему правду, понимаешь? — Она шмыгнула носом. Я подошел к ней и обвил руками ее талию. Она тут же расслабилась и прижалась к моей груди, утыкаясь носом мне в шею.

— Правда бывает горькой, — говорю ей утешительно, пытаясь помочь хоть чем-то. Делаю глубокий вдох, потирая ее спину. — Иногда, правда — лучшее лекарство. Ты сделала все правильно, детка. — Я целую ее в макушку, а она просто кивает.

41 глава часть 1

Хло

Примерно к двум часам ночи я просыпаюсь от странных звуков в комнате. Я оборачиваюсь и смотрю через плечо, хмурясь и пытаясь понять, что это. Кто-то шмыгает носом и потом я понимаю причину моего недосыпания.

Вторую ночь я не могу уснуть от этого звука. Как ни странно, сначала я не обращала на это внимания, потому что за неделю учебы я так сильно уставала, что ничего не имело тогда значения, кроме подушки и теплого одеяла. Теперь этот звук меня раздражает.

Я поднимаюсь с кровати и осматриваюсь, пока не замечаю крохотный силуэт Вив. Ее плечи приподнимаются и опускаются, одеяло немного трясется от ее движений, а затем я снова слышу сдержанный плач. На ощупь продвигаюсь на ее сторону комнаты, дотрагиваюсь до ее плеча, и Вив подпрыгивает с кровати, замечая меня.

— Что случилось, Вив? — Я присаживаюсь на край кровати и включаю светильник. — Почему ты плачешь?

Вив приподнимается на локтях и натягивает розовое, немного нелепое для ее стиля, одеяло до подбородка и тяжело вздыхает.

Ее глаза красные, нос припух, на щеках появились несколько пятен. Она шмыгает носом.

— Ничего, я просто видела кое-что, что мне не стоило видеть, — говорит Вив. Я склоняю голову, хмуря брови.

— Вив, ты не на философии. Скажи, как есть, потому что в данный момент мой мозг не в состоянии переваривать трудные словосочетания. — Я смотрю в потолок и закрываю веки, борясь с тем, чтобы не заснуть. Гранд закрывает лицо руками.

— Я видела, как Зейн целовался с другой девушкой. Кажется, ее зовут Тина. Она из соседнего корпуса. Боже, я хочу избавиться от этой картины, но не могу. Как будто он делает это специально, знаешь?

— Погоди, ты же его вроде как призираешь? Ты сама мне говорила два дня назад, что терпеть не можешь, когда он улыбается и то, как все ведутся у него на поводу, так? — Вив кивает, и я вздыхаю. — А теперь ты говоришь, что он делает это специально. — Я изгибаю брови.

— Хм, может он просто хочет проверить твои чувства? Откуда ты вообще его знаешь?

— Зейн мой лучший друг детства. Мы практически выросли на одной улице. Он на самом деле хороший человек и не ведет себя так, как здесь в колледже. Я не понимаю его…

Я улыбаюсь.

— Он просто взрослеет. Вы оба, Вив. Жизнь проходит быстро, скоро не заметишь, как закончишь учебу и обретешь семью. Он пытается попробовать все, — говорю я и сжимаю ее руку. Ее уголки губ приподнимаются в ленивой улыбке, она чихает.

— А что насчет тебя?

— А что насчет меня? — Я иду к своей кровати и сажусь напротив Вив, укутываясь в одеяло.

Погода менялась так быстро, что я не могла поспеть за ней. Вроде недавно шли непроглядные ливни, а теперь под окнами падает легкий снежок. Отопление отключили и не могут починить до сих пор. Если пойдет все так и дальше, мы все станем еще одним экспонатом в коллекции Снежной Королевы.

Вив улыбается шире и сощуривает глаза.

— Краем глаза, конечно, но я видела одного парня тогда на вечеринке. Он был так сильно похож на солиста из одной группы… — Она метается взглядом из стороны в сторону и качает головой, вспоминая. Затем ее глаза расширяются, и она щелкает пальцами.

— Точно, Sweet Lips! Откуда ты знаешь его? Он такой милашка, — поет она сиплым голосом. Из груди вылетает смешок. Я качаю головой.

— Ничего такого, как у тебя с Зейном. Он… — Я ищу слова, как точно объяснить необъяснимое.

По сути Шон мой друг, но в то же время своим парнем назвать его не могу. Рядом с ним я чувствую себя в безопасности, как дома. Пусть даже он бывает груб и я его не совсем иногда понимаю, но каким-то образом оба мы создавали идиллию. Вив задумчиво посмотрела на меня, усмехаясь.

— Что? — спрашиваю удивленно. Она кивает, будто соглашается с собственными мыслями. Но меня пугает ее всезнающий взгляд. А может она и правда знает то, что не знаю я?

— Ты влюблена в него, — и ее высказывание больше звучит как утверждение. Просто сказать об этом значит поставить галочку в списке дел. Никаких подробностей.

Была ли я влюблена в него по-настоящему? Трудно сказать.

— Я не отрицаю этого, но и не подтверждаю.

Я падаю на подушку и закрываю глаза, но в голову приходит лишь образ Райдера. Вив тихо напевает что-то себе под нос, а затем говорит:

— Если все-таки твой ответ будет положительным, не забудь про меня, идет? — Я не понимаю о чем она говорит, поэтому просто соглашаюсь, пока крепко не засыпаю.

***

в аудитории на самой первой парте, чтобы видеть учителя четче, я пытаюсь вникнуть в слова из учебника «Право». Вдруг, откуда не возьмись, на мою парту бросают чью-то чужую мужскую сумку. Я поднимаю глаза и вижу перед собой самодовольного Зейна Эйриеса.

Все внутренности сжимаются. Он садится рядом и пододвигается ко мне ближе. Я резко закрываю учебник и начинаю писать тему. Заходит учитель и начинает знакомить нас с темой, над которой мы будем работать этот семестр.

Я не могу полностью сосредоточиться на голосе учителя, слыша с одной стороны, как перешептываются студенты за моей спиной, а с другой стороны, все время что-то бубнящего под нос, Зейна. Мое терпение лопается, словно воздушный шар. Я скрещиваю руки на парте и посылаю Зейну убийственный взгляд.

— Что тебе нужно? — огрызаюсь немного громко, чем следовало.

Зейн качает головой, удивляясь моей реакции. Он пожимает плечами, и я отворачиваюсь назад.

Когда пара заканчивается, я выбегаю из аудитории первая из всех студентов. Дойдя до студенческой столовой, я хватаю все, что могу унести с собой, а потом выхожу на задний двор.

Мы с Вив договорились встретиться здесь, так как она плохо себя чувствовала. Я нахожу ее спящей на обеденном столе. Ее локоны чуть завились и спали на одну сторону лица. Она немного сопела и этим напоминала маленького кота из мультиков. Я ставлю поднос возле ее ног и смеюсь.