Валери Вуд – Цепи контроля (страница 33)

Дальше снова череда кошмаров, которые заканчивались болезненным пробуждением и желанием нанести новые, жгучие и саднящие порезы, уверяя при этом самого себя, что это поможет. Помогало же раньше? Туманные мысли от боли и страха, что в этом нет ничего такого, это просто полоска на коже… сводили с ума больше чем безумное чувство внутри, когда рядом Лу. Нет, это не просто полоска или шрам… это сигнал, что я на грани и уже не справляюсь.

Забавно, подобные мысли приходили с опозданием. После череды месяцев, когда ты сам себя уверил, что это обычное проявление слабости. Сколько времени я провел, думая о том, почему мне нельзя любить Лилу? Сам лично же убедил себя в этом, запретил любить, по глупым, надуманным причинам.

Сейчас, в этот момент понимаю, что ничего плохого в этом нет и мне надо признаться. Только вот потом, как собираюсь зайти к ней в комнату, позвать погулять, в голове словно надоедливая реклама всплывали многочисленные стоп-сигналы. Забавно, никогда среди этих сигналов не было мысли о том, что скажет Изабель, или Генри. Для них мы оба до сих пор дети, которые растут рядом, как брат и сестра.

Иронично, но кем я никогда не считал Лу, так это сестрой. Подруга, знакомая, родственная душа, возлюбленная… но никогда не сестра. Мой мозг с самого нашего знакомства отвергал эту мысль, будто бы уже тогда сознание понимало к чему все придет.

Проблема одна — никакая мотивация мне не помогала. Просто, когда я уже готов к действиям, все резко обрывалось и летело на дно, придавливая меня всем этим грузом. И снова сначала: попытки справиться с собой, уход в работу и желание исчезнуть, отправиться к родителям…

Хёну, ты слишком слаб!

Нет, я просто… порой… не справляюсь…

Тогда расскажи все врачу!

Рассказал ли я про это Мистеру Бруно? Нет, отчего-то с каждым сеансом мое доверие к этому человеку становилось все меньше и меньше. Хоть он всегда выглядел солидно, особенно для своих пятидесяти девяти лет. На деле, он был обыкновенным мужчиной, который приближался к выходу на пенсию. Это выражалось пустотой в его светло-зеленых глазах, при выслушивании моих проблем и отрешенностью на протяжении последних трех лет во время сеанса. Мистер Бруно уверен, я здоров и мне уже незачем посещать его кабинет.

— Давно, — коротко ответил я, поправив манжеты темно-серой рубашки, которая пряталась под пепельной безрукавкой.

Оглядевшись, грустно осознал, в кабинете мужчины ничего не изменилось за эти годы. Я посещал Мистера Бруно с четырнадцати. Поначалу все было хорошо, мне даже казалось, что этот высокий мужчина с темными волосами до плеч и с круглыми очками на переносице, способен мне помочь. Только вот он год потратил, в безуспешных попытках, чтобы я называл его Мистер Девянто, а не Бруно.

Сам не пойму, почему мой мозг работал так. Всегда и ко всем я обращаюсь именно по имени, а не по фамилии. Какое-то время я пытался следить за собой, но, только вот когда немного расслаблялся, все возвращалось на круги своя. Со временем врач привык и смирился, перестал спорить, начал лечить мою душу.

Когда мне исполнилось шестнадцать, Мистер Бруно даже не заметил, что я изменился. Тогда сломавшись под натиском проблем, снов и других мелочей, начал наносить себе порезы. Сначала это были ноги, а когда живого места на них не осталось, перешел на руки. Приходя на приемы или осмотры, я крал у Лилу тональный крем, чтобы скрыть порезы. Всегда работало, никто не обращал на это внимания, или же всем просто было плевать.

В семнадцать, Мистер Бруно отправил меня к психиатру, сказав, что таблетки помогут. Рыжеволосая женщина с теплой улыбкой выслушала мои жалобы, дала тесты, а после выписала препараты, объяснив мне и Изабель как их принимать, и в каких случаях следует отменить лечение, сразу приходя к ней без записи. Так я сменил около десятка препаратов, по разным причинам. В конечном итоге, найдя подходящие лекарства, мне и правда стало лучше. Изабель и Генри сделали все, чтобы я начал получать удовольствие от жизни, а Лу… она просто всегда была рядом и это просто само по себе очень помогало.

Только вот Мистер Бруно ничего почти не делал, слушал, давал пару советов и заданий, а после хвалил. Каким же я был слепым, пока не прекратил принимать препараты, мне казалось, все круто. На деле, ни одна моя проблема не была проработана. Почему я до сих пор хожу к нему? Сначала сам и не понимал, пока не наткнулся в своем столе на договор и квитанцию на приличную сумму. Если бы это были мои деньги, меня тут и не было бы. Но договор на имя Изабель и платила она, а поступить с ней подлым образом прогуливая сеансы, которые так редки, я не мог.

Конечно, если бы я сел и объяснил ей все, она точно бы поняла меня и поддержала. Только вот, сейчас блондинке не до меня, она слишком переживала за Лилу и еще работа. Изабель ничего не говорила, но я-то знаю, сейчас у них тяжелые времена и приходится многое менять, чтобы остаться на плаву.

— Почему вы не можете признаться ей? Девушка дала вам повод думать об обратном? — холодно спросил Мистер Бруно, стук стилуса был таким оглушительным, что даже казалось его рабочий планшет точно в мелких трещинах.

— Мне страшно, — ответил я, кинув взгляд на электронные часы позади мужчины. Помимо времени они показывали температуру воздуха в помещении и на улице, вещали о самых важных новостях сегодняшнего дня быстро бегущей строкой. До окончания сеанса десять минут, придется потерпеть.

— Чего же именно вы боитесь, Хёну? — несмотря на меня, спросил он.

— Что меня могут отвергнуть? Что мои чувства лживы, и я причиню человеку этим боль? Причин для страха достаточно, не находите, Мистер Бруно? — смотря в окно, спросил я. По ту сторону стекла моросил мелкий дождь, более чем уверен, внизу улицы пусты, лишь автомобили проносились по дороге вдоль высотных зданий.

— Страх — это всего лишь иллюзия, которая, как туман затмевает нашу реальность, наши мысли и чувства. И идти в свой страх — это избавляться от этих иллюзий, за которыми прячутся новые возможности… — процитировал Мистер Бруно, заученный много лет назад текст, который я слышал уже раз двадцать.

— Вы предлагаете окунуться в свой страх? — вскинув бровь, спросил. От собственных слов по телу пробежали неприятные мурашки. Все, что хоть как-то касалось глубины, пусть и это просто погружение в собственное сознание, пугало меня. Нервно сглотнув, снова бросил взгляд на часы, осталось пять минут до конца сеанса.

— Именно это я вам и предлагаю, Хёну, — сказал мужчина. Впервые за сегодняшний день, подняв на меня пустой взгляд, скрытый за круглой оправой толстого стекла.

Как же меня это бесило, для чего я сюда хожу? От самобичевания толку куда больше, чем от разговоров с этим человеком. Мистеру Бруно просто не терпелось закончить свою трудовую деятельность. Он устал и хочет на пенсию, нянчить внучку и делать домашнее вино. Об этом он почти каждый день писал своей супруге, как только приходил на работу.

Что же вы, Мистер Бруно, пожалели деньги на хорошую защиту для вашего телефона и ноутбука?

Так я и узнал, что он считал меня здоровым, но продолжал принимать, чтобы не платить неустойку за разорванный контракт раньше времени. Радовало одно, ждать осталось не долго и скоро, мне не будет нужны его посещать.

— А что, если не выйдет? — снова спросил, в этот раз не сдержав своего раздражения. От злости даже руки вспотели, черт, почему меня это так коробит?

Почему я вообще трачу свое время на эту ерунду?

Потому что тебе не хочется обидеть Изабель, идиот…

Факт-то верный, но не ободряющий.

— Хёну, вы можете потратить всю свою жизнь в ожидании знака свыше. Только вот, поймите, та девушка не сможет ждать от вас хоть чего-то всю жизнь. Чувства, если их не подпитывать, растворятся со временем, оставляя после себя пустоту, — отложив в сторону планшет и стилус, произнес Мистер Бруно, сложив руки в замок на темном столе. — Переступать через себя трудно, зона комфорта очень приятная и теплая, но там, по ту сторону, ожидает что-то новое. Позвольте себе ощутить эти эмоции, чувства, какими бы они ни были. Разочароваться и погоревать вы сможете в любом случае. Только вот, что если, вместо ожидаемого провала, вы, Хёну, получите нечто большее, о чем даже и не смели мечтать?

Не зная, что ответить на такой вопрос, лишь прикрыл глаза и задумался. Как бы Мистер Бруно все эти годы не вселял в меня разочарование, бесконечные мысли о бессмысленности посещения его сеансов, сегодня он смог меня немного удивить. В последнее время очень многое, со стремительной скоростью, менялось в моей голове, по сути я готов к этому шагу. Просто, кажется, мне необходим последний толчок. К сожалению, этот диалог им не являлся. Как же заставить себя пересечь эту черту и, хотя бы поговорить с Лилу?

✧✧✧

— Хёну, ну ты чего такой хмурый? Давай потанцуем все-таки? — услышав противный голос Рэйчел, снова ощутил прилив раздражения. Почему она вообще ко мне прилипла?

Лилу отвернулась от меня и снова заговорила с незнакомцем, тот внимательно посмотрел в мою сторону и нахмурил брови. Странно, но он почему-то не вызывал у меня раздражения, наоборот, даже казался приятным малым. Только его взгляд в сторону Лу и улыбка зародили во мне зерно ревности, которое стремилось к очень быстрому росту.