Валентина Полякова – Истории прошлых жизней. Из практики регрессолога. Издание второе. Дополненное (страница 2)

правила долга и чести, жил, как и было положено средневековому королю – правил королевством, регулировал законы, расширял и укреплял королевство, уважал жену, рожавшую ему детей, ходил в походы, не пренебрегал, когда требовалось, куртизанками и был невозмутим, как и положено бывалому воину с огромной королевской долей ответственности…

… – Я очень люблю свой бизнес. Я понимаю его, знаю, чувствую, и мне нравится его развивать. Я открыла филиалы в трех городах, сейчас планирую привлечь зарубежных партнеров и обознаваться в Европе. Еще не решила где, мне нравится Испания. Может, в прошлой жизни я была испанкой? Как вы думаете? – она говорила и говорила, смеялась и вздыхала, спрашивала и отвечала, задавалась вопросом и находила ответ.

Казалось у сидящей напротив меня женщины уже давно все разложено по полочкам. Что она делает в моем кабинете полная жизни, энергии и далеко идущих планов на жизнь? Однако чем дольше она говорила, тем больше чувствовалась ее глубокая опустошенность, сосущая пропасть пустоты, спрятанная где-то глубоко внутри, так глубоко, что никто этого не видит, даже она. Но она ее чувствует. Чувствует, как любая женщина с обостренной интуицией, сильной эмоциональной сенсорикой и выраженным инстинктом самосохранения. Она понимает, что что-то не так, что есть какая-то непонятная для нее сила, отнимающая ее энергию, съедающая радость и лишающая сил. С этим она пришла ко мне и первое, что она сказала, начав беседу: «Не сочтите меня сумасшедшей, но я привыкла доверять своим ощущениям»…

…Куртизанки не слишком развлекали взрослого короля, хотя каждая старалась угодить. Возможно потому что они были довольно одинаковы, чем-то похожи внешне на его жену, другие его вообще не интересовали, а возможно потому, что король Сандерс в такие минуты находился где-то в своих мыслях и делал все, исходя из правил. Король должен иметь куртизанок, ведь не может же он обходить этот вопрос стороной, особенно в моменты, когда он находится в походе, или его жена в который раз ожидает наследника…

_{Он всегда соблюдал правила долга и чести, жил, как и было положено средневековому королю – правил королевством, регулировал законы, расширял и укреплял королевство… ходил в походы… был невозмутим, как и положено бывалому воину с огромной королевской долей ответственности…}

… – Я немного волнуюсь! – женщина лежала на кресле в спокойной позе, однако тревоги в ее глазах стало больше, – Как вы думаете, у меня получится? – задала она последний вопрос, – Получится! – ответила она себе же, затем закрыла глаза, сделала глубокий вдох, как перед прыжком в воду, выдохнула и отправилась в путешествие по собственной памяти прошлого воплощения…

…Король Сандерс лежал в своей постели. Ночь или день сейчас было не понятно. Огромный коричневый балдахин казался ярким пятном на фоне серых каменных стен. Стрельчатые окна, уходившие в купол потолка, были полуприкрыты, поэтому свет в них практически не проникал. Одеяло темного коричнево-зеленого цвета укрывало короля до самого подбородка и прижимало к простыне. Голова покоилась на подушке с поверхностью из шелка. Король был действительно богат.

Он сумел разменять седьмой десяток своей жизни, что удавалось очень и очень немногим. Сейчас он был стар настолько, что немощное тело уже не слушалось желаний когда-то славного воина. Голова сползала в сторону по скользкому шелку, а вернуть ее на место не хватало сил. Король лежал один, то пропадая в забытьи, то выныривая в реальность. Ему было неудобно лежать, перекосившись на сторону, но позвать кого-то он не мог, слабость не позволяла. Когда он выныривал из забытья, его охватывало раздражение от собственной беспомощности, которое тоже отнимало силы, но король практически не чувствовал этого.

Он сделал много за свою жизнь и был доволен содеянным. Королевство прочно стояло на своих ногах все время, пока правил Сандерс. Жена, которая умерла раньше него, жила в спокойствии и довольстве, дети выросли, зная и почитая кодекс жизни своего отца.

Всю свою жизнь Сандерс был силен и здоров. Ничего не омрачало последних дней этого человека, кроме старческой немощи и усталости от самой жизни. Сандерс был готов умереть, он ждал этого уже несколько дней, но смерть не торопилась.

В очередной раз провалившись то ли в забытье, то ли в сон, старый король вдруг увидел перед глазами траву. Яркую зеленую, освещенную солнцем траву, сочную, только вошедшую в силу, как будто в начале лета. Он буквально кожей почувствовал это нежно щекочущее прикосновение травинок и солнечных лучей. Подняв глаза выше, Сандерс увидел девушку. Она светилась радостью, протягивая ему руку.

Ее губы смеялись, а длинные волнистые темные волосы разлетались по плечам. Девушка была юна и красива, Сандерс не мог оторвать от нее глаз. Взяв ее за руку, он ощутил, счастье – чувство, которое ни разу в жизни не посещало его так, как это он чувствовал сейчас.

И тут старый король вспомнил. И это поле, и эту девушку, и то щемящее чувство, которое переполняло его, когда он, будучи совсем юным, еще почти подростком, бежал за руку именно с ней по светящемуся летнему лугу. Как они валялись в траве, болтали, не отрывая глаз друг от друга. И как теплое, теплое солнце заполняло его изнутри, когда он смотрел на ее улыбку, прикасался к ее рукам и чувствовал, что весь мир создан только для них двоих. И это чувство было так прекрасно и всеобъемлюще, что казалось, его сердце выпрыгнет из груди и тоже побежит вместе с ними по этой яркой молодой траве.

Тогда он еще не знал, что короли не вольны выбирать, и понятие счастье и долг, согласно правилам короны, часто абсолютно не совместимы.

Чтобы следовать долгу, Сандерс уничтожил внутри себя все, что могло напоминать ему о той любви. Он запретил себе даже помнить о ней, мощным усилием воли выкорчевав из груди все тепло, и переключился на королевское чувство долга. Строго соблюдая правила жизни и данный самому себе запрет, он честно забыл все эти воспоминания, и даже подумать не мог, что таким образом просто убил часть себя.

…Женщина, сидя в кресле с закрытыми глазами, вздохнула, а может, тихонько всхлипнула, по щеке побежала тоненькой дорожкой слеза. Затем лицо ее стало спокойным…

…Король умер. Его душа наблюдала за ним с беспристрастием бестелесности.

Вокруг неподвижного тела стали собираться его близкие люди. Душа поднималась вверх…

… – Как ты себя чувствуешь? – спрашивала я женщину, находящуюся в трансе.

– Мне хорошо, спокойно, – отвечала она голосом медленным и таким тихим, что было сложно разобрать слова, – я чувствую, что все было правильно, но мне как-то тяжело внутри. Тяжело и пусто…

От автора: Состояние травмированной души, которая получила опыт отречения от важнейших, базовых чувств – это состояние, требующее долгой реабилитации. Жизнь этой женщины явилась своего рода санаторно-курортным отдыхом для ее души. Самое верное, что сделала для себя моя клиентка, это вспомнила природу душевного вакуума с помощью регрессии в прошлую жизнь. Теперь она знает, что странное ощущение внутри – это не результат ее жизни, а то, что требует терпения и мудрости истинной женщины, способной любить. Кроме того, она поняла, почему избегает близких душой отношений с партнерами, а значит, теперь может выбрать сама – любить страстно и стремительно или наполнять себя теплом постепенно и неторопливо. И я уверена, что свою семью она создаст с той же любовью и вдумчивостью, с которой живет и строит свою жизнь.

История вторая: Мечтатель

…Надо же, как бессмысленно про шло это воплощение, – дух двигался в привычном направлении, не торопясь и мгновение за мгновением заново просматривая жизнь, которую только что завершил…

…Высокий пожилой мужчина смотрел на меня удивительно ясными глазами:

– Здравствуйте! Я пришел, не для того, чтобы решать проблемы своей жизни. Я живу уже 64 года, и мне понятны ситуации моей жизни, отношений с людьми. Я люблю свою жену, и очень любил своего сына. К сожалению, он скончался от сердечного приступа более десяти лет назад…

Мужчина сделал небольшую паузу, как бы заглянув внутрь себя, слегка вздохнул и продолжил:

– Я живу интересно. По сути, я гуманитарий. У меня несколько высших образований, я до сих пор работаю консультантом и иногда преподаю. С женой живем в согласии, вместе путешествуем и общаемся с друзьями. Я люблю читать, слушать музыку и даже иногда танцую. Ко мне часто обращаются за помощью мои знакомые и студенты, я знаю, чем могу им помочь и помогаю. Если и были у меня в жизни непонятные ситуации, то сейчас уже все встало на свои места. Все, кроме одного…

Он снова сделал паузу и тяжело вздохнул:

– У меня есть внук – сын моего сына. Ему уже 16. Я чувствую, ему нужна помощь, но ситуация складывается так, что я ничего не могу сделать. Все это меня очень тревожит.

Было видно – то, что говорит этот седой джентльмен действительно для него важно. Он пришел за помощью, потому что попробовал все, и все, что он пробовал, не дало результата…

…Молодой человек лет 25 в сером брючном костюме из хорошей мягкой ткани стоял посреди городской площади в толпе разновозрастных взрослых мужчин. Мужчины были одеты в похожие серые костюмы, может чуть темнее, может чуть светлее. Брюки сужались к щиколотке и были слегка укорочены. Вместо пиджаков чаще встречались жилеты с рубашками. На некоторых были надеты шляпы, похожие на перевернутый цветочный горшок с маленькими полями, загнутыми вверх или вообще без полей. Молодой человек был в пиджаке, жилетке и без шляпы. Серые ботинки, которыми он упирался в камни грязной мостовой, смотрелись аккуратно начищенными. Темные, почти черные волосы на голове были коротко стрижены и слегка курчавились на концах.