Валентина Плесовских – Моя вторая жизнь в новом мире (СИ) (страница 4)

— Что-то я нюни распустила, спасибо мои хорошие.

— Ничего, тебе тоже нужно выговориться, не одни мы тут сломанные, как оказалось. — это Полан подал голос.

— Валентина, ты сказала, что умерла пожилой в своем мире, но удивилась, что мы живем до трехсот лет, а сколько живут в твоем мире? — поинтересовался Танис.

— Давайте вы будете звать меня Валей, мне так привычнее, а то как-то слишком официально. Валентина — это полное имя, а Валя — сокращенное. У нас называется уменьшительно-ласкательным. И между близкими людьми используются сокращенные имена или производные из них. Например, мой отец звал меня Валюнчик. Может со временем я придумаю что-нибудь с вашими именами, если позволите.

— Отвечая на твой вопрос, когда я умерла мне было 63 года, для моего мира это нормально. У нас до ста лет доживают очень немногие. В основном 70–80 лет.

По-моему, мужчины были в шоке, а Танис, расталкивая парней прорывался ко мне со словами:

— Я должен проверить, я целитель, я должен проверить.

Парни расступились, освободили место, настороженно глядя на меня. Танис попросил меня лечь на одеяло. Я легла на спину, вытянулась. Он, что-то шепча, стал водить по мне руками. Продолжалось это минут пять. После этого, тяжело опустился рядом со мной, утер пот с лица и облегченно выдохнул.

— Все в порядке, ты здорова, твое тело соответствует всем жизненным показателям нашего мира. Ох и напугала же ты нас.

Меня подняли и начали тискать, все старались обнять, прикоснутся. В общем восстанавливали душевное равновесие за мой счет. Я поняла, что жутко устала. Этот день был очень длинным и насыщенным эмоциями.

— Мальчики, а мы спать сегодня собираемся, а то что-то я устала. Смерть знаете-ли утомляет. А завтра предстоит дорога. Мне бы еще в кустики.

Кустики тут же проверили, только после этого меня туда пустили. Когда я вернулась, основательный кусок поляны был застелен одеялами и парни сидели на них ожидая, меня провели в центр этой импровизированной кровати, я улеглась, и мои мужчины начали укладываться вокруг. Я спросила про охрану лагеря. Ответил Ворд, что на ночь он ставит охранный круг, и все могут выспаться. Меня обняли с двух сторон, стало тепло, спокойно и я отключилась.

Проснулась от вкусного запаха и поглаживания по плечу. Открыла глаза и уткнулась во взгляд серых глаз. Солан смотрел на меня словно прощался. Прикоснулась ладошкой к его щеке.

— Что случилось, почему такая грусть в твоих глазах?

— Ты меня не выберешь, никто не выбирает, и ты не сможешь. Ты такая маленькая, а я большой, слишком большой везде.

— Ты имеешь в виду, что там ты очень большой, и женщина просто физически не сможет тебя принять.

— Да они так говорят, хотя я не очень сильно отличаюсь от остальных мужчин рядом с тобой. Мы все большие. Но я больше.

— Ты видел когда-нибудь новорожденного ребенка?

— Да.

— Ты такой-же большой?

— Нет, что ты.

— Разреши мне прикоснутся к тебе там.

Он взял мою руку и положил себе на промежность. Я почувствовала внушительный бугор. Провела по нему рукой, попробовала обхватить пальцами, и не смогла. Солан быстро возбудился, его член был сантиметров шесть в диаметре и сантиметров двадцать пять длинной. Я гладила его рукой, сквозь брюки и наблюдала за ним. Солан напрягся. Своей рукой прижал мою сильнее к члену и начал двигать бедрами. Его глаза были закрыты. Губа прикушена, видимо в попытке не закричать. Я наклонилась и поцеловала его.

— Кончи для меня — прошептала ему в губы. — я возьму тебя, ты уже мой.

Я почувствовала ка его член зашелся в конвульсиях под моей рукой. он все-таки вскрикнул, обхватил меня руками и прижал к себе, я обняла его и гладила по волосам, которые и на цвет были как шоколад и на ощупь такими же мягкими.

Когда я подняла голову и огляделась, то увидела, что все стоят вокруг и смотрят на нас. Я смутилась. Забылась что мы не одни. Я понимала, что для них это возможно нормально, раз живут гаремом, то и сексом, наверное, не по отдельности занимаются, хотя кто их знает, для меня-то это диковато. Я ведь жила в России, а у нас шведские семьи редкость. Разумом-то я понимала, что соглашаюсь не на обычную моногамную семью, а на полигамную. В общем к этому еще нужно привыкнуть. Нужно спросить у Таниса, он же какой то-там магический врач, меня уже обследовал вчера, может знает мое тело девственно или нет. Сюрпризов бы не хотелось.

Солан разжал руки, выпуская меня из объятий, но потерянным он уже не выглядел. Глядя на него ни на секунду не пожалела о том, что сделала.

— Танис, у меня вопрос, ты ведь можешь определить, я девственница или нет?

— Да, я еще вчера это определил.

— Вот блин, опять дефлорация, а я так надеялась.

Значит мне снова предстоит не очень приятная процедура. Тело девственницы, а душа старухи, нарочно не придумаешь.

— Эх парни, значит пока из леса на выберемся не видать вам комиссарского тела. Не обращайте внимания, иногда вы не будете меня понимать. Словечки и выражения из моего мира. В общем пока никакого секса.

— Мы тебя поняли не волнуйся. Слияние между нами произойдет только после создания клана. — огорошил Танис.

— Это у вас так положено?

— Да, когда объявляется первый набор.

— Ой, а мы тут с Соланом ничего не нарушили.

— Нет ему это было необходимо, чтобы поверить.

— Спасибо за разъяснения. Ну что, кушаем и выдвигаемся. И кстати, вы не могли-бы наколдовать мне на ноги что-нибудь, какую-нибудь обувку, а то босиком по лесу не очень приятно.

— Мы можем нести тебя — выдал мой гигант.

— Солан, золотко, я хоть и маленькая по сравнению с вами, но тащить меня два дня, это перебор. Вы же не лошади. — Опять ляпнула. — Лошади — это в моем мире ездовые животные. Может все же можно мне на ноги что-нибудь придумать, может носки какие или куски ткани.

Ворд подошел поближе, осмотрен мои ноги и повернувшись к Бересту сказал:

— У тебя вроде была запасная пара обуви, неси.

Берест сходил к своему мешку, принес мне что-то, напоминающее макасины индейцев Америки, размера эдак сорок пятого. Мне стало интересно как они себе представляют мое передвижение в этих лыжах. Ворд взял макасины и стал одевать мне на ноги. Я утонула. Ворд стал что-то шептать и гладить рукой по обуви. Через пару минут макасины стали мне в пору. Я с восторгом смотрела на Ворда.

— Ворд, даже если ты умеешь только это, ты гений. — Я поправилась — Великий маг.

Ворд захохотал — Только ради твоего восторженного личика, я могу сделать не только это.

На завтрак был нис с лепешками и сыром. Когда все поели, парни собрали мешки одели их на плечи, и мы двинулись. Четверо впереди, четверо сзади. Я шла в середине Алексет, видимо меня контролируя, шел рядом. Вот так гуськом мы и направились в нашу новую жизнь.

Глава 5

Глава 5

Мы шли уже около часа, когда мне надоело разглядывать деревья и я спросила Алексета, можем ли мы разговаривать, или лучше не отвлекаться. Он ответил, что можно не очень громко, чтоб не привлечь внимание зверей.

— Расскажи мне, что это за лес и какие звери здесь водятся и почему вы его патрулируете? А с другой стороны границы тоже есть патруль?

— Так много вопросов. — он усмехнулся — Ты такая любопытная.

— Если бы ты попал в мой мир, поверь, у тебя было бы гораздо больше вопросов.

— Прости все время забываю, что ты из другого мира, и то что для нас обыденно для тебя ново и интересно. — Изобразил он виноватую моську.

— Прощаю, рассказывай.

— Этот лес стал таким в конце войны магов. В империи Крахарт создали какое-то мощное магическое оружие для войны с нашей империей Элдер. Когда его попытались применить в последней битве, произошел страшный взрыв и выплеск магической энергии. Империя Крахарт перестала существовать. Те, кто выжил, превратились в чудовищ. Они также, для войны создавали с помощью магии животных, скрещивая между собой разные виды. Частично они погибли при взрыве, но какая-то часть выжила. И скорее всего они размножаются. Так как их все больше лезет через границу. Нам приходится сдерживать их распространение на нашу территорию. Периодически наши самые сильные маги, совершают вылазки на земли за границей, чтоб уничтожить побольше этой гадости.

— Это следы от когтей одного из чудовищ я видела на стволе, где мы встретились?

— Да, это маарх, мы их так называем.

— Боже, они же огромные, следы были высоко. Как вы с ними справляетесь?

— С помощью мага и холодного оружия.

— И часто стражи погибают? — с ужасом спросила я.

— Случается — Алексет пожал плечами.

— Вы говорили, что пошли в стражу потому, что одинокие. Это означает, что если у вас будет клан, вы уйдете из стражи? — с надеждой спросила я.

Алексет посмотрел на меня и произнес:

— В страже хорошо платят, и некоторые жены отправляют своих мужей служить. Или сопровождать караваны в качестве охраны.

— Я еще не знаю сколько у нас будет денег, и как мы их будем зарабатывать, но ни один из моих мужей рисковать жизнью не будет. Только если мы куда-нибудь отправимся вместе, как сейчас. Тогда рисковать будем вместе. Я не хочу терять ни одного из вас. — я чуть повысила голос. — Надеюсь меня все слышали.