Валентина Панкратова – В обнимку с ураганом (страница 29)

Полностью согласна с Денисом. Безалаберность Таньки вышла за все допустимые пределы. Хочется найти ее и как следует приложить головой обо что-нибудь твердое, чтобы вправить мозги на место. Мало ее, видно, тряхануло волной об камни. Или, наоборот, сильно… Не знаю, что делать, самой мне с ней не справиться. Я это уже проходила. Надежда только на Антона…

Не успеваю взяться за ручку, чтобы выйти из номера, как дверь распахивается, и в меня впечатывается разгоряченная Танька.

— Я сделала это! — возбужденно визжит она, — смотри у себя в почте!

В изумлении пячусь от мокрой подруги. Насколько же мы разные! Что для меня трагедия, уровень чрезвычайной ситуации и необходимости спасать, для Таньки эйфория, выпрыгивающая из глаз.

— Ну что ты застыла, — коллега нетерпеливо ощупывает меня и достает мой мобильник, — открывай почту, не стой столбом, — от нее исходят победные импульсы, которые впиваются в меня вибрирующими иголочками, — там такие фотки! Улёт! Жаль, не сама сделала, пришлось ребят просить.

— Нашла идиотов под стать тебе? — вежливо интересуется Денис, пока я непослушными дрожащими пальцами роюсь в телефоне.

— Наташка, представляешь, встретила на набережной Толяна с Вовочкой, — выдает Танька, одновременно забирая у меня аппарат, чтобы самой найти фотографии, — вот это, я понимаю, настоящие мужики, — она выразительно стреляет глазами в сторону своего вечного обидчика.

При упоминании про Толяна и Вовочку в голове щелкает тумблер, и становится ясно, почему мне показались знакомыми придурки, ловящие волну перед отелем. Танька права, эти товарищи точно подошли бы ей больше, чем Антон с Денисом. Какое счастье, что наше знакомство с теми дебилами не пошло дальше одного вечера в баре.

— Пожалуй, я поторопился тебя спасать. Надо было настоящих мужиков подождать, — не остается в долгу Денис.

— Я попросила их помочь мне снять волну вблизи, и они не отказались, в отличие от некоторых, — ядовитая реплика качка не производит на подругу никакого впечатления, — фотки получились просто класс. Мы их разослали и на мою почту, и на твою.

— Наташ, пошли прогуляемся, заодно и пообедаем где-нибудь, — Антон приобнимает меня и подталкивает к выходу.

— Э… А я? Я сегодня вообще без завтрака, голодная, как волк, — бросается нам наперерез Танька, — Натулька, ты же не оставишь меня с этим монстром? — кивает подруга на мрачно глядящего на нее Дениса, — мне только переодеться надо. Видишь, опять вся мокрая.

Антон насмешливо кивает в сторону друга и до Таньки доходит, что новый комплект белья ей предстоит просить у того, с кем она только что препиралась. Меня трясет. Не знаю, на кого больше сейчас злюсь, на дуру-себя или дуру-Таньку. Застываю, чтобы не устраивать скандал при ребятах. Наружу просится все, что накопилось по отношению к Таньке. Антон прав, мне срочно надо выбраться на улицу, где гуляет штормовой ветер. Мне жизненно необходимо побыть с ним наедине и отойти мыслями от слишком рискованной подруги.

— Да валите уже отсюда, — Денис приходит на помощь своему другу, который все еще мягко тянет зАмершую меня к выходу, — эту малахольную возьму на себя. Похоже, это моя карма. Наказание за грехи мои тяжкие.

***

Антон, наконец, в буквальном смысле выносит меня из номера. Предгрозовая обстановка с низкими темными облаками меня не то что не пугает, я просто не замечаю ее. Мы держим курс куда-то в центр Лазаревского, не вникаю куда именно, полностью доверившись спутнику.

— Не понимаю, как вы такие разные можете дружить, — изумляется мой спутник, — Ден прав, твоя Танька — это неконтролируемый ураган, ходячая катастрофа. Тебе просто опасно находиться рядом с ней.

— Так мы и не дружим, — вздыхаю я, понимая, что мои мучения, которые я сама себе организовала, практически закончены, — мы просто коллеги по работе. Но в офисе она ведет себя как-то более адекватно, без эксцессов. Я надеялась, что с ней мой отпуск будет более живым, что ли. Не хотелось просто баклажаном на пляже валяться, мечтала о разнообразии и приключениях.

— Ну и как? Приключений хватило? — Антон в курсе всех событий этой недели. В некоторых принимал участие он сам, об остальных я подробно рассказала ему, когда мы ходили на встречу с хозяйкой квартиры.

— С лихвой.

— На самом деле я благодарен твоей неподруге и Дену. Если бы они не сцепились, мы бы просто прошли мимо друг друга.

— Точно! А ты заметил? Они притягиваются, будто намагниченные. Не представляю, как Танька вернется в Москву и спокойно выйдет замуж за своего Женьку.

— Бог с ними, Наташ. Давай о нас. Ты готова посвятить мне воскресенье?

Мое сердце от радости скачет и ищет пути выкарабкаться из тела, чтобы пойти вразнос. Мужественно возвращаю его на место, но от усилий дыхание сбивается.

— Вы же, вроде, как раз в воскресенье улетаете, — лепечу я, в надежде услышать, что Антон поменял билеты и летит завтра с нами.

— В воскресенье, — соглашается парень, — наш самолет в девять утра. В Москве будем к часу дня. Так что в три мы можем смело планировать встречу, причем гарантировано наедине и в знакомой обстановке.

— Хорошо, — дух захватывает, и на более развернутый ответ сил не хватает. С одной стороны мне жаль, что мое предположение об изменении даты вылета было ошибочным, а с другой, мозг лихорадочно начинает перебирать наряды. Я же всю неделю ходила то в обычных джинсах, то в его шортах. Ни разу в платье не удалось показаться. Руки тянутся за телефоном, чтобы посмотреть погоду в Москве.

— Все в порядке? — Антон обеспокоенно следит за моими манипуляциями.

— Хочу посмотреть погоду, — показываю ему экран телефона и, не успев притормозить, вываливаю как на духу, — думаю, что надеть…

— О, женщины! — смеется парень, и я, забыв про погоду и наряды, залипаю на его улыбке. Ловлю себя на мысли, что он не часто баловал нас ими, все больше был серьезным и рассудительным. Надо признать, причины у него явно были.

Пока копаюсь в причинно-следственных связях с неба начинает капать. Точнее, капает лишь первые две минуты. Не успеваю скинуть с себя рюкзачок, где лежит зонтик, как на нас обрушивается тропический ливень. Антон тянет меня к ближайшим деревьям. Мы уже порядочно отошли от отеля и теперь лихорадочно оглядываемся в поисках, куда бы спрятаться от природного душа.

Останавливаемся под деревом, я открываю зонт. Разумеется, у моего спутника такого агрегата нет, и мы вдвоем ужимаемся под моим маленьким и трепещущим в порывах ветра зонтиком. Косые струи воды своевольно поливают нас, так что оба моментально вымокаем от талии и ниже, только головы остаются сухими. Антон встает спиной к дереву и расставляет руки, вопросительно глядя на меня. Я вспоминаю катамаран. Как же все изменилось! Ни слова не говоря, прижимаюсь к нему спиной и слегка наклоняю зонт вперед, чтобы загородиться от вездесущих капель.

— Кажется, мне начали доверять, — слышу над ухом насмешливый голос и прижимаюсь сильнее.

***

— Что вы так долго, я уж волноваться начала, — вскидывается возмущенная подруга на Антона, едва мы заходим в номер.

— Уберите ее от меня, — устало закатывает глаза Денис, — она мне всю плешь проела. Ощущение, что не она сегодня по полной косячила, а я.

— Чего я косячила? Где косячила? Я такие фотки урвала! Зашибись! — обрушивается на него, и похоже, не в первый раз Танька.

— Все-все-все! Брейк! — машет руками Денис, — давай дальше бухти про Гоа. Что там с волнами? Мордой об песок тебя шмякнули?

Рассвирепевшая подруга, одетая в очередные джинсы и футболку Дениса, бросается с кулаками на обидчика, посмевшего посмеяться над ней.

— Тань, пошли домой. Я уже пообщалась со Светланой Анатольевной, так что тебе с ней пересекаться не придется, — радую я суперактивную пострадавшую.

— Да, идем домой. Надо посмотреть, в чем завтра в Москву ехать. Может, у меня что-нибудь найдется, — подруга, как я и надеялась, отвлекается от своего персонального отпускного врага.

Мы забираем ее мокрую одежду и, распрощавшись с ребятами отправляемся домой. По пути снова заходим за разноцветным смузи. Продавец помнит нас и уже приветствует как старых знакомых. Это приятно. Вот так постепенно далекие места становятся близкими и родными, когда в них появляются люди, которые тебя знают и рады встрече с тобой.

Выслушав заказ, женщина что-то прикидывает в уме и аккуратно, чтобы не смешались, заполняет ароматными массами стаканы. Еще когда покупали смузи в первый раз, меня удивило, почему продавец заполнила бокалы совершенно в другом порядке. Тогда я списала на то, что она просто не придает значение очередности и наливает как ей удобно. Сегодня не выдерживает Танька:

— Почему Вы льете не в том порядке, — придирчиво уточняет она, заметив, что продавщица сначала налила банановое пюре, а не клубничное, как произнесла я. Собственно, мне самой порядок без разницы, но тоже стало интересно.

— Так я по плотности смотрю, — охотно объясняет женщина, — более плотное вниз, более легкое вверх, чтобы не перемешивались под собственной тяжестью.

«Во всем нужна сноровка, закалка, тренировка», как любит напевать мой папочка. Даже в таком простом деле, как заполнение бокалов со смузи.

Благодарим словоохотливую продавщицу и душевно прощаемся. Однако, для тетечки мы лишь постоянные покупатели, а вот если у нас что-то выйдет с Антоном, то Лазаревское станет для меня родным в самом прямом смысле. Именно под таким ракурсом я сейчас на него и смотрю. И мне реально нравится то, что я вижу.