Валентина Панкратова – Удачно вписались (страница 7)

– Так надо пошукать пацана по округе, – не выдержал великан. Жизнь налаживалась. Благодаря технике найти груз оказалось проще простого. Раз – и увидели вора.

– Ну-ну! Шукайте, ребятки, шукайте, – насмешливо покачал лысой головой охранник, – он здесь мог быть в первый и последний раз в жизни. В Москве искать человека, это как иголку в стогу сена.

– У вас есть это… – загорелся Хлыст, в ходе просмотра вернувшийся в свое постоянно двигательное состояние, – ну рожи искать в потоке? Ну вот, например, если прокрутить прошлые записи, то комп может сам найти того придурка?

– А если и найдет, – удивился охранник, – тебе-то это зачем?

– Ну если он тут уже был, то значит, и еще раз придет. Логично?

– Не совсем, – пожал плечами лысый, – но в любом случае таких наворотов у нас нет.

– Но вдруг вы его еще увидите? Вы нам тогда звякните. Заметано? – с надеждой попросил Хлыст. – А снаружи есть камеры?

– Сечешь пацан, – усмехнулся мужчина, и они с Хлыстом опять прилипли к экрану.

Плешь во время их разговора понимал одно – все плохо, но надежда есть, и шанс привезти Танюхе кольцо еще существует, тем более что в торговом центре он заприметил отделы, торгующие всякими цацками.

– Ну, ребятки, видать, у вас счастливая звезда, – улыбнулся лысый мужик, показывая на экран, где парень, поднявший кепку, прошел мимо входа в метро, не зайдя туда, – похоже, пацан местный.

– Вау! – Хлыст, которому не сиделось на месте, буквально подпрыгнул, – слышь, Плешь, у нас тут все-равно делов нет. Погнали потусуемся около тех домов, – он показал направление, куда, судя по камерам, двинулся вор.

– Тех домов? Угу, погнали, – согласился напарник, – хоть зыркнем, как они гнездятся в таких громадинах. А на ночь куда?

– Хозяин рекомендовал вам сегодня ночевать здесь, – телохранитель кивнул на приоткрытую дверь в каморку. Через щель в ней просматривался край дивана. – Разложите и как-нибудь вдвоем уместитесь.

– Угу, уместимся… Так-то я не против. А он? – озаботился Плешь, кивнул на охранника, сидящего у компьютера.

– Плешь, заткни дырку в своей будке! Тебе предлагают дармовой ночлег, надо поблагодарить. Когда нам прийти? – по-деловому обратился Хлыст к охраннику.

– Без разницы. Я на сутках, – пояснил тот в ответ, – нам на дежурстве спать нельзя.

– Не задерживайтесь, вас приказано держать вас в поле зрения, – добавил телохранитель. Увидев, как скуксился Хлыст, мужчина продолжил, – ребятки, тут дело серьезное. Хозяин сказал, что вы должны ночевать тут. Надеюсь, ясно? Идти поперек или сбегать не советую. Пока, сами видите, мы с вами по-хорошему.

***

Друзья уныло направились в сторону домов, куда ранее двинулся парень с видео. Количество многоэтажных и многоподъездных домов давило и сводило к нулю надежду курьеров найти вора.

В голове у Плеши серым туманом клубился непрошенный вопрос: «Это же сколько квартир в этих домах?» У них в деревне около фермы стояли два многоквартирных «муравейника». Так, то двухэтажные дома с двумя подъездами. В каждом подъезде по восемь квартир. Их построили для семей доярок. Для деревенских жители этих домов были почти что горожанами.

В любом случае их «муравейники» ни в какое сравнение не шли с девяти– и шестнадцатиэтажными «человейниками», возвышавшимися перед ними. Великан не мог понять, как люди могут в них жить. Их односельчане из «муравейников» жаловались на слышимость. Им было известно все, что происходило в соседних квартирах. Никакой личной жизни. В их деревне все уважающие себя люди жили в собственных хатах.

– Хлыст, что такое «держать в поле зрения»? Вроде, слова понятны, а как это… В подзорную трубу что ли? – Плешь, вырвавший напарника из рассуждений, воровато оглянулся по сторонам. – Мне в понедельник на смену. Погнали домой. Не нравится мне здесь. Ну его этот груз. Не попрутся же они за нами. А еще похавать бы…

– Ну ты и придурок, Плешь! – искренне возмутился Хлыст, – твоя будка только хавать и годна. Да им даже искать нас не придется, они о нас уже всю подноготную знают. Тебе кто этот груз подогнал? Кто на этого говнюка лощеного вывел? Не помнишь, балда? Я тебе помогу – братан твой двоюродливый, Рыжий.

– Угу, Рыжий, – великан так расстроился, что остановился посередине улицы, – я и не допер сразу.

– Нам дали три дня. Сегодня четверг. Значит, к воскресенью мы кровь из носу должны приволочь им этот чертов груз. Так что не дрейфь, у нас будет еще время чтобы к понедельнику с комфортом домчать до дома. На обратный путь запретов не было, так что погоним на поезде, – выдав столь оптимистическую тираду, Хлыст замолчал. Веры своим словам у него не было. Проклятая чуйка голосила изо всех сил, что картина, нарисованная им для подельника, сильно приукрашена и больше напоминает брехню соседского деда-маразматика.

– Угу, на поезде… Точно! Как думаешь, нам бабло отвалят полностью или половину срежут? – проявил Плешь зачатки бизнесового мышления. На самом деле ему было страшно идти рядом с непривычно смирным товарищем, и он попробовал вывести его на разговор. Пусть ругается, пусть обзывается, главное, пусть будет самим собой.

– Мне бы твою уверенность! Отвалят! Ты уверен, что это «отвалят» когда-нибудь наступит? – отмер Хлыст, позабыв, как сам рисовал другу прекрасное будущее с найденным грузом.

– Наступит… – привычно повторил за напарником Плешь, и вдруг вкинул руку с вытянутым пальцем, – что это? – указал он на черный дым, поднимающийся между домами. Картина не поддавалась двоякому толкованию, поэтому великан тут же сам себе и ответил, – пожар. Позырь, и в городе дома горят. Погнали? Интересно, как тут тушат? У нас если дом заполыхал, то кранты… А тут?

– Погнали, – мгновенно оживился Хлыст. Парню явно не хотелось показывать, насколько и ему хочется поглазеть на занятное зрелище, поэтому он сделал вид, что просто великодушно согласился на предложение друга. Позитивный момент для великана состоял в том, что из своего состояния нестояния старший их группы, наконец, вывалился и был готов к восприятию всего нового и увлекательного, – не видно, чтобы вокруг сильно шуршали, значит, весь дом точно не спалится…

***

Дом с горящей на шестом этаже квартирой отыскался легко. Около подъезда стояли красные пожарные машины. Мужчины, одетые в специальную форму, сновали в подъезд и из подъезда, протягивая широченный шланг. Вокруг машин на расстоянии стояли зеваки, со знанием дела обсуждая возможные причины возгорания, а заодно, и хозяев горящей квартиры.

Забыв про вора и про намерения его найти, курьеры так резво выдвинулись в первый ряд, что одному из укротителей огня пришлось прикрикнуть на них.

– Во, позырь, какой чумазый? – толкнул друга Плешь, указывая на парня, вышедшего из подъезда вместе с пожарными. – Поди, этот и есть погорелец.

Напарник без особого интереса обернулся на испачканного в саже парня с растрепанными длинными волосами, но чем больше он смотрел на молодого погорельца, тем больше его лицо казалось знакомым.

– Это же он! – зашипел Хлыст, дергая великана за руку, чтобы тот наклонился к нему.

Голос его от восторга с шипения перешел на визг. Груз был практически в руках, осталось только протянуть их и забрать его у вора. Хлыст по своему обыкновению подпрыгивал на месте, чтобы лучше разглядеть нужного парня, как назло, стоявшего против солнца. Расстраивало одно, тот вертелся в гуще события, и заловить его наедине, чтобы отобрать контейнер, было невозможно.

– Кто он?

– Плешь, ты идиот? Мы полдня по видаку глазами шныряли из-за него…

– Из-за него? Не… – с сомнением протянул Плешь, – тот был весь такой … с хвостом как у кобылы …

– Ага. А теперь он в грязном шмотье, с черной мордой и космы распустил. Говорю тебе, это он!

Пообщавшись со пожарными, парень вернулся в подъезд и больше не появлялся. Через некоторое время шланги были скручены и убраны, красные машины уехали. Вслед за ними с места представления постепенно ушли и самые стойкие зеваки.

– Жрать охота, – угрюмо напомнил великан. Память подсунула ему картинку картошки с мясом и вожделенной сарделькой, – в последний раз я хавал печенки у телока.

– Жрать! – Хлыст изо всех сил втянул в себя живот, чтобы друг не услышал его бурчания, – тебе лишь бы брюхо набить. Ладно. Идем к телокам, они подскажут, где похавать не дорого. Где живет этот тип, мы срисовали. Главное, не плутануть среди этих домищ. Так что завтра будем здесь торчать.

– Угу, торчать… Быстро справимся. Хиляк. И сечься сильно не придется.

Хлыст прикинул комплекцию парня, взявшего их груз. Тот, конечно, был гораздо мельче великана, но гораздо выше его самого, причем, судя по походке, в хорошей спортивной форме. Связываться с таким в драке – то еще удовольствие.

– Ох, Плешь, все бы тебе кулаками махать, – резюмировал он свои размышления, – пожрать и всечься, даже Москва тебя не окультуривает. Короче, завтра сядем вон на той скамейке. В случае чего, нам еще телоки свистнут, если его опять нащупают.

И голодные друзья малой рысцой двинулись в сторону торгового центра. Им с детства внушали, что настоящие мужики нигде не пропадут. Столица хоть и выбила ребят из колеи, но тут же дала шанс отыграться. Еще не все было потеряно, предстояли лишь немного поднапрячься.

Алевтина Владимировна

Вид с балкона кафе напоминал фантастический пейзаж – укрытые снегом вершины гор, а над ними яркое, чистого голубого цвета небо. Последние две ночи Алевтина со Стасом запланировали в Домбае. Их отель располагался в самом низу трассы, но позавтракать они поднялись на средний уровень.