Валентина Панкратова – Перевёртыши (страница 3)

– Денис, привет. Слушай, говорят, у тебя тоже новый комп. Ты уже пообтерся с ним? – скорее утверждаю, чем спрашиваю парня. – Можешь и мне помочь? Я у себя не могу найти Лексикон.

– Сколько лет, сколько зим, – смеется в ответ парень, – расслабься. У тебя установлен Windows. Древний Лексикон туда установить невозможно. Так что забывай это старье, осваивай новую прогрессивную программу.

– Ты шутишь? Мне сегодня к пяти надо напечатать материал для шефа, а свое я еще даже и не смотрела. Скоро зарплата. Наверняка, там кипа заявлений.

Параллельно открываю верхний ящик стола. Там действительно лежит внушительная стопка заявлений на отпуска. Лето, блин!

– Дениска, можешь прийти и хоть что-то показать? – жалобно канючу я, прекрасно зная, что Торопов мне никогда ни в чем не отказывает. По работе, разумеется.

Вообще, он умница. Двадцать три года. Месяц назад, как раз перед моим отпуском защитил диплом. Уже начальник отдела. Злые языки говорят, что его папанька, генеральный директор одной из наших подрядных компаний, пристроил сыночка к нам по блату. Плевать! Лично мне он ничего плохого не сделал. Наоборот, как яркий представитель компьютеризированной молодежи довольно часто помогает древней старушенции автоматизировать мою работу всеми доступными средствами.

Минут через пять в дверь заходит высоченный блондин с рано наметившейся лысиной. Худое лицо, умные спокойные глаза, из одежды футболка, джинсы, кроссовки – это и есть Дениска. Никогда не подумаешь, что его отец – «владелец заводов, газет, пароходов». Парень неторопливо показывает мне бестолкушке возможности печатной программы Word, сыпет специальными терминами, которые я не понимаю и не запоминаю. Он терпеливо ждет, когда я вникну в порядок действий и, желательно, в их логику. И, наконец, под его внимательным взглядом начинаю самостоятельно жать на кнопки, чтобы открыть программу и, о боги, выясняю, что печатать в Ворде гораздо проще, чем в Лексиконе. Это просто чудо современного программирования.

– Денис, у меня недавно был день рождения, – сообщаю парню после бесконечных «спасибо» и признаний ему в любви. – Сегодня после работы собираю друзей здесь в кабинете. Хочешь, приходи в шесть часов. Подарок не нужен. Мы просто посидим.

Торопов выходит, и я всем нутром чувствую, что он, наверняка, помчался за подарком. Инженерам хорошо, у них разъездная работа, поэтому никого не удивляет их отсутствие. У товарищей всегда есть производственная причина – уехал на объект.

Вообще-то обычно Денис не входит в число моих ближайших друзей. Но, памятуя, как заливается румянцем Вероника, и не только при виде молодого человека, а просто при упоминании его имени, думаю, я правильно поступила, пригласив парня. К тому же он действительно мне сейчас очень сильно помог.

Глава 6. Безумная Нинель

Между тем часы над дверью показывают практически десять утра. Собираю в кучку свою волю и принимаюсь за работу. До одиннадцати успевает обработаться всего лишь треть приказов. Все шаблоны остались на старом компе, поэтому приходится изображать из себя первопроходца, создавая их заново.

– Мать! – в кабинет врывается Безумная Нинель, наш Главный бухгалтер и по совместительству моя ближайшая подруга на работе. – Я совсем забыла, что ты сегодня выходишь. Ткнулась наугад. Пошли, я тебе подарок на день рождения вручу, а то лежит бедный пылится. Я что его зря покупала?

Носкова Нина Павловна, в простонародье Безумная Нинель, вполне оправдывает свое прозвище. Хрупкая на вид женщина обладает поразительно низким голосом, поддерживаемым железной волей. Родившись где-то в самом центре страны, она приехала покорять Москву в тридцать лет. Самым ярким впечатлением того времени для нее оказалась встреча с молоденькой москвичкой, которая не знала, как от Исторического музея на Красной площади дойти до улицы Горького, которая с некоторых пор именуется Тверской.

Поскольку к тому моменту Нинель находилась в Москве уже третий день и пару раз проходила по этому пути, то она влегкую довела потеряшку до нужной улицы. Наша мадам приняла девушку за такую же, как и она сама, приезжую. Каково же было изумление Нины, когда на вопрос, откуда она, ее спутница ответила, что родилась и всю жизнь прожила в Москве. А в тот момент она шла на новую работу. Москвичка нечаянно вышла из метро не в тот выход и не знала, как пройти до Тверской по верху. Спускаться опять под землю ей не хотелось, т.к. боялась заблудиться, а время поджимало.

«Я тогда так возмутилась, – рассказывала нам Носкова, – это же надо: всю жизнь прожить в городе и не знать, как в центре пройти от Красной площади к Тверской». Правда, потом жизнь ее немного пообломала. Переехав в столицу, она на своей шкуре поняла, что Москва несколько крупнее Чебоксар. Чтобы проехать город по диагонали на машине даже без пробок требуется в лучшем случае час. А уж с пробками… Безумная Нинель даже не представляла, что такое возможно.

Со временем она спокойнее стала относиться к москвичам, блуждающим по своему родному городу. Больше всего ее поразило, что люди из конца в конец города вынуждены ехать под землей. «Ну что они там видят? Темные туннели, да станции метро? – изумлялась позже Нина Павловна. – Нет, конечно, станции метро, особенно в центре, очень красивые. Но сам город люди не видят!» Поэтому сама Нинель сразу же отказалась от метро, предпочитая наземный транспорт. А после покупки собственной машины она уже много лет ездит по улицам Москвы, принципиально не спускаясь под землю.

Не берусь утверждать, что мадам Носкова изучила все окраины города, но в пределах Садового кольца она сейчас знает Москву как свои пять пальцев. И если кто-нибудь из нас вдруг показывает позорное незнание местности, то тут же слышит гневный оклик Нинели: «Ну как вы так живете, москвачи? Своего родного города не знаете!» И после этого всегда следует поучительная история вековой давности о молоденькой москвиче, ищущей работу с помощью приезжей.

– Нинусь, сейчас не могу – завал. Осваиваю новую технику, – показываю с гордостью на компьютер, – пусть подарочек полежит или до обеда, или до вечера. Я официально приглашаю тебя сегодня в шесть вечера на празднование моего дня рождения.

– Уговорила. Представляешь, как я с компом пролетела!? Их выделили всего три. Вопрос – кому устанавливать? Ну Торопов – блатняк, понятное дело, в первую очередь, Смирнов Максим – снабжение, тоже нельзя обидеть, а третий я присмотрела себе. Там, правда, еще твой Лагин дергался…

– Не мой, – автоматически вставляю я, но Нина Павловна даже не замечает мою ремарку.

– …но мы его быстро отодвинули. Как никак я Главный бухгалтер – могу позволить себе хоть иногда использовать свое служебное положение? Заметь, с высшей степени благими намерениями. У меня же вся работа в компьютере. Так представляешь? Мои программы не встают в новый ящик! Они, видите ли, написаны старым языком. Я-то могла выбить себе новый комп и туда поставить современную бухгалтерскую 1С. Но у двух-то других бухгалтеров старые компы, туда современная 1С не встанет. Да и переучивать на ходу девчонок – разве что всю работу запороть. Короче, договорились с Ринатиком, что следующая партия будет целиком для нас. Я пока девкам поищу курсы, чтобы к 1С привыкали. Ну а мой комп уговорила Ринатика отдать тебе. Говорю: «Кадры – это наше все». К тому же ты не совсем кадровик, ты и как его помощник много делаешь. От Веронички недотепы что толку? Чай-кофе-телефоны, да еще заставить клиентов очередь соблюдать.

Женщина тараторит со страшной скоростью, причем, не закрыв дверь. Ее низкий прокуренный голос гремит на весь коридор. То есть можно с уверенностью заключить, что все находящиеся в приемной шефа, в том числе и секретарь, прекрасно слышат ее. Думаю, не стоит комментировать отношение Вероники к Главному бухгалтеру?

Меня всегда немного коробит уничижительное именование Ниной Павловной нашего набольшего Ринатиком. Я не есть его поклонница, но, принимая правила игры, предпочитаю называть более лояльно – либо короткое шеф, либо по фамилии Абубякиров.

– Спасибо, друг, моя благодарность не знает границ, – от души благодарю подругу и показываю всем своим видом, что хочется немного и делом заняться.

– Все, убегаю, самой некогда. Тогда до вечера – обед у меня сегодня занят.

Дверь закрывается, я остаюсь одна и, наконец, могу продолжить работу. Следующие сорок минут в борьбе с Вордом пролетают сверхзвуковой ракетой – тихо и мгновенно. Понимаю, что программа мощнее, чем мой старенький Лексикон, но пальцы то и дело делают какие-то ненужные пассы, к которым они привыкли за несколько лет работы с Лексиконом. Ворд оперативно реагирует на них, выдавая на экран совершенно неожидаемые мной изменения. А я в панике мечусь, чтобы убрать последствия своих нажатий и продолжить работать дальше.

Тем не менее до обеда успеваю выполнить свой план-максимум. С приказами покончено. Удивляюсь, что посетителей и звонков немного. Никто не отрывает от работы. То ли все в разъездах, то ли не все знают, что я вышла из отпуска. А жаль, я даже рада была бы немного оторваться от битвы с прогрессивной техникой.

Глава 7. Обед с Вероникой

– Вероничка, ты сегодня где обедаешь? – ближе к часу дня выдыхаюсь и решаю, что своим ратным трудом вполне заслужила перерыв. К тому же после месячного отсутствия мне просто необходимо получить если не совсем достоверную, то по крайней мере максимальную информацию о том, что здесь без меня происходило.