Валентина Панкратова – Коэффициент дружбы (страница 13)

– Худяков, – отпечатала Жанна, – фамилия сопроматчика была Худяков.

– Точно! – Наталья глянула на прыснувших от смеха Аллу с Леной и смакуя каждое слово продолжила исключительно для Игоря. – Представляешь? Высокий, симпатичный препод, лет эдак… Мне кажется, ему еще и тридцати не было. И тут третьекурсники. Группа, в которой всего четыре парня, остальные девицы, разной степени отмороженности.

– Мне уже жалко его, – весело посочувствовал незнакомому преподавателю Игорь.

– Жанна решила его добиться…

– Добить? – поправка Игоря была встречена взрывом хохота и резким, словно бросок ножа, взглядом героини повествования.

– Точно, добить. Именно это она с ним и сотворила, – Наталья старалась говорить размеренно и серьезно, мужественно удерживаясь от смеха. – Мадам Жанна на каждом занятии садилась перед ним и задавала бедняге вопросы. Всякую чухню, лишь бы он с ней беседовал. Ну там, не нужно ли вытереть доску, принести мел, может ли он продиктовать домашнее задание, а если продиктовал, то может ли повторить, когда будет контрольная, что требуется принести, как нужно одеваться…

– Жанночка интересовалась у него, можно ли красить волосы к экзамену, носить маникюр и педикюр, какой рекомендуется макияж, духи и прочее. Он, несчастный, от нее шарахался, краснел и бледнел, особенно, когда Жануля начинала петь ему песни, какой он хороший преподаватель, как замечательно все объясняет, как много работает, – осмелевшая Лена с мстительно сверкавшими глазами тоже решила вбить свои пару гвоздиков в историю Жанны.

– И как? Крепость пала? – в Игоре проснулось реальное любопытство, чем же закончилась история охмурения начинающей стервой молодого преподавателя.

– На экзамен Жанна пришла во всем параде. Можешь поверить мне на слово. Ее вид для любого мужика был убийственный, в положительном смысле. Если такой вообще бывает. Когда мадемуазель шла по коридорам университета, все особи мужеского полу от первокурсников до преподавателей головы сворачивали, глядя ей вслед. Как только она вошла в аудиторию, где проходил экзамен, сопроматчик весь съежился и, когда она взяла билет и пошла готовиться, позвонил кому-то. Минут через десять пришел какой-то мужик и заменил нашего Худякова.

– Представляешь, какой облом? – не выдержала Алла и захохотала в голос. – Мужик сбежал!

– Это еще не известно, – процедила Жанна, глядя в сторону и не разделяя общего веселья, – это могло быть простое стечение обстоятельств.

– Ну конечно! Она это все эти годы так говорит, – опять влезла Лена, – у нас сопромат был еще два семестра, а препода другого дали. Что-то по другим предметам такого не бывало! Обычно кто начинал вести предмет, тот так и вел его до конца.

– Пожалуй, мне пора переодеться в вечерний наряд, – изобразив скучающий вид, Жанна поднялась со своего шезлонга, – а то что-то стало холодать.

– Я с тобой, – огромным попрыгунчиком тут же взлетела Алла.

Вовремя осуществленная месть отогрела душу, и Наталья почувствовала себя необыкновенно расслабленно. Девчонки, воспоминания, даже мелкие шпильки друг другу и вкусный шашлык сделали свое дело – она приобрела утраченную было уверенность. Теперь недавняя потеря работы казалась сущей мелочью. Деньги есть, жилье есть, машина тоже. Уверенные люди должны решать глобальные вопросы, а именно восстановить расположение сына. Видно, судьба специально устроила такое испытание, поскольку после ухода мужа с сыном Наталье не снизошло понимание, что надо подальше бежать от своей карьеры. Кто-то очень высокий сам за нее побеспокоился. Поэтому Наталья решила, что не надо ждать понедельника, а сразу как девчонки уедут, следует начать планировать новую стратегию своей жизни. Приоритетами в ней будут сын, дом и работа. Именно в таком порядке.

– Ленк, пошли в бадминтон поиграем, – потянула она подругу, выныривая из обдумывания глобальной трансформации свой жизни, – смотри, какой вечер! Ни дуновения. Самая пора воланчик покидать. Я лет сто не играла.

– А почему нет? – пожала плечами Елена.

***

Оставшись в долгожданном одиночестве, Игорь методично ликвидировал следы пиршества. Он убрал мясо, смел со стола одноразовую посуду, а потом понес пакет с мусором к помойке, уютно примостившейся среди высоких кустарников домов через пять. Стоящая недалеко от мусорки машина заинтриговала Игоря, потому как показалась ему похожей на ту, что привезла утром первых кикимор. Благоразумно решив, что по Москве и Московской области немало ездит одинаковых автомобилей, Игорь выкинул ее из головы. Тем более, что в машине кто-то сидел, и долго пялиться на нее было бы не комильфо.

Вернувшись, Игорь вспомнил, что ближе к вечеру Наталья просила его протопить камин в гостиной. Проходя к сараю мимо играющих, Игорь изобразил из себя корзину и проворно словил макушкой воланчик, за что получил порцию веселых извинений. На подходе к гостиной, он услышал негромкий разговор. Решив, что обслуга, груженая дровами, вполне сойдет за мебель и может не сильно церемониться с секретничающими цацами, Игорь широким шагом зарулил в комнату. Разговор тотчас же стих, оставив послевкусие напряженной тишины.

Две пары недовольных выжидающих глаз уставились на работника с прямым намерением просверлить в нем дырки и с немым вопросом: «Ты чего тут позабыл?». Игорь воспроизвел на лице обаятельную улыбку, обрисовав нахмуренным шушукалкам все свои тридцать два зуба, и аккуратно сложил принесенные дрова около топки.

– Sorry, барышни. Но я человек подневольный. Мне хозяйка велела прогреть дом. Так что если хотите секретничать, придется искать другое место. Дом большой.

– Да, что-то мы заболтались, – растянула губы Жанна в такой же фальшивой улыбке. – Пожалуй, Наталья нас заждалась.

Женщины как по команде встали и двинулись к выходу. Поскольку обе были в той же одежде что и раньше, то сам собой напросился вывод, что колчужки вовсе не собирались переодеваться, им просто надо было уединиться и поговорить. Впрочем, это не его дело. Ему было приказано растопить камин.

***

– Девчонки, что-то не похоже, что вы переоделись, – раскрасневшаяся Наталья пропустила удар и подбежала за воланчиком, упавшим к ногам подошедших подруг.

– Да языками сцепились, – пожала плечами Алла, – а потом нас твой хмырь с дровами напугал. Шатается по всему дому. Ты чего ему у себя столько свободы даешь?

– Да, Наташ, я бы на твоем месте была бы поосторожней с ним, – добавила Жанна, – глаза цепкие, руки хваткие. Кто знает, что у него на уме?

– Да ладно вам, девчонки. Что ему у меня взять? Это ж дача – тут ничего ценного.

– А вы, между прочим, сами с ним кокетничали, а теперь «хмырь», «руки хваткие» … Чем-то он вам не угодил, – как всегда тихо вставила Лена, – наверно, руки хваткие не так использовал, как хотелось бы.

– Пойдемте накрывать к чаю, – увидев боевую стойку Аллы, всегда готовой ввязаться в бой, Наталья решительно бросилась на защиту дружественной атмосферы, которая уже трещала по всем швам. Похоже, зря она оставила Игоря ужинать с ними. Петух в курятнике не может остаться незамеченным. Они с девчонками раньше даже мужей на сходки Женсовета не брали. А тут такой незнакомый, зато колоритный экземпляр. Но теперь уже ничего поделать было нельзя.

Стол, накрытый к чаю, терпеливо ждал дам на открытой веранде. Он занял очень удобную для них диспозицию – и на кухню бегать удобнее, и теплее, чем на улице, и вроде на открытом воздухе. Игоря не то чтобы звали, его никто и не гнал, а самому ему уже стало интересно понаблюдать за копошением ядовитого клубка студенческих подруг. Ничем не огранённую естественность смогла позволить себе только Жанна. Ее стервозная сущность в открытую позволяла себе насмешки и пренебрежение к собеседникам. Игорь очень удивился бы, если бы вдруг узнал, что той знаком искренний душевный тон. Алла старалась вести себя добродушно и расковано, но делала все настолько топорно, что Игорь готов был поставить на кон все свои деньги – громила нервничала и что-то недоговаривала. Однако, больше его напрягала Лена. Невысокая, мелкая, все больше молчащая, она вынуждала Игоря во время разговора нет-нет а поглядывать за ней. Напряженные и злые глаза женщины, когда она думала, что ее никто не видит, прямо-таки пугали.

Занявшись психоаналитикой, Игорь упустил момент, когда центром изучения в этом спонтанном серпентарии стал он сам. Атаку повела Жанна:

– Игорек, расскажите нам о себе, – властно повелела она, как обычно улыбаясь одними губами, – а то мы о себе всю, можно сказать, подноготную выложили, а о Вас мы ничего не знаем.

– Да что рассказывать? Когда-то трудился в сфере информационных технологий, дальше планирую трудиться там же, но в данный момент пребываю в творческом переходе от прошлого к будущему. Так сказать, временно безработный. Вот оказываю Наталье услуги по обслуживанию дома и его прекрасных обитательниц.

Разомлевшие от сытой еды, вина и солнечного тепла барышни, за исключением трезвой и холодной Жанны, встретили его слова одобрительным гулом.

– Итак, Вы ничего нам не рассказали о себе, – послышалось бесстрастное резюме главной стервозины, на которую речь Игоря не произвела никакого впечатления. – Вы что-то таите?

– Да ладно тебе, Жанка, – Алла, справившись с огромным куском торта, плотоядно сканировала содержимое стола, выглядывая следующую цель, – ты поменьше смотри всякие зарубежные блокбастеры. А то скоро и на нас будешь бросаться. Тебе везде будут мерещиться бандиты, грабители, мошенники и прочая дребедень. Ну отдыхает мужик летом от семьи и работы. Ну что пристала? Шашлык нам сделал, участок Натахе оприходовал…