Валентина Панина – Нежная ловушка (страница 9)

— Ворон! Токо они на наших совсем не похожи! — глядя на девушек рассуждал разноглазый мужик.

— Крив! Чем енто они на нашенских не похожи, у них чё по две головы? — отозвался Ворон и, посмотрев на девушек, промолвил, — больно уж вы странны каки-то, особливо одёжа срамная. А ента девка и вовсе рыжая, как ведьма, — Ворон ткнул пальцем в сторону Лизы, считая их своей добычей, потому что первый увидел.

— Какие есть! — ответила Лиза, начав злиться.

— Девки, вы хто такú? — спросил спешившийся звероватый на вид, кряжистый мужик.

— Как хто? Вы сами говорите, что девки. Только не девки, это грубо, мы девушки.

Тут мужики заулыбались и стали окружать их. Подъехал высокий широкоплечий молодой мужчина лет тридцати. Высокий лоб, прямой нос, волевой подбородок, цепкий взгляд чёрных глаз, тёмные волосы – всё сложилось в единую картину мрачного, но красивого лица, окинув свою ватагу рыкнул:

— Всем стоять! — он спешился, подошёл к девушкам, обошёл их вокруг, подошёл к Лизе, обхватил, прижал к себе спиной и спросил вкрадчиво на ушко:

— Девушки?! Енто хто таки, девушки?

— Ну как хто? Девицы мы, — Лиза слегка повернула голову.

— Я вижу, чё не отроки. Откель вы здесь взялись? — поинтересовался красавчик.

Подруги осмотрелись, вокруг лес, но какой-то не такой, совсем не тот по которому они убегали от Андрея. Лиза скосила глаза на того, который стоял сзади, держа её рукой поперек живота и прижимал так, что спиной она чувствовала и бугры мышц, и неожиданную твердость…хм, ну…, ниже пояса.

— Дык, хто ты? — тихий вопрос, почти шёпот.

— Лиза.

— Енто имя?

— Да.

— Добро. Хто ты, Лиза?

Она задумалась. Вот что в таких случаях отвечают маньякам? То, что он тот самый озабоченный, сомнений не возникло, больно уж красноречиво его достоинство упиралось ей в ягодицу.

— Я временно безработная.

— Чё ты молвишь?

Лиза запнулась.

— А что надо?

— Я спросил тя.

— Так я же отвечаю.

— Я не услышал. Советую отвечать правду. Иначе пожалешь.

Пока он произносил вполне ясную угрозу, его рука пошла путешествовать по её телу. Огладив живот, поднялась выше, коснулась груди, снова на живот. «Фууу!» — Лиза с облегчением выдохнула. А, нет, не фу! Тело отреагировало как-то совсем неадекватно, покрывшись мурашками…приятными такими. С каждым его движением их становилось всё больше… Черт! Лиза, ты в своём уме?

— Я… я Лиза, а это моя подруга Маша! Мы живём в городе.

— В каком городе вы живёте?

— Мы, наверное, заблудились, — предположила Лиза, — шли-шли и заблудились.

— Откель шли?

— Что ответить? Заблудились? Гуляли по лесу, и сошли с тропы? Ходили за грибами?!

Мысли путались, как лески непутевого рыбака. С одной стороны, медленные движения заставляли замирать и, чего уж греха таить, наслаждаться, с другой – последние крохи разума вопили, что она окончательно рехнулась, и единственное, что нужно делать – это попытаться освободиться и бежать, куда глаза глядят.

— Ежли продолжишь упрямиться, пожалешь, — снова шёпот, который заставляет последнюю гениальную идею рассыпаться, оставляя только желание продолжать нежиться под широкой ладонью и просить не останавливаться. «Что там психологи говорят про стокгольмский синдром? Он может возникнуть за три минуты?»

— Ты странная, — не дождавшись ответа, заявил тот, кто умудрился, и напугать, и завести её, причем, одновременно. — Молвишь странно. Ведёшь себя… Кто ты? Колдунья? – спросил хрипло, и она опять вздрогнула.

Он рывком развернул Лизу к себе. Ах, какие нынче лесные маньяки! Лиза взглянула в чёрные как осенняя ночь глаза. Суровое, даже грубое лицо со смуглой кожей, щетиной на щеках, густые брови, чёрные чуть вьющиеся волосы. Не красавец с обложки. Опасный. Такой не будет бросать слова на ветер, а сделает то, что пожелает. Она опустила глаза. Он отпустил её, Лиза отошла на несколько шагов.

— Я же говорю вам, мы из Новгорода?! Мы заблудились!

— Дык енто как вы так могли заблудиться, что оказались в Ладоге!

— В Ладоге! — ахнули от удивления подруги и переглянулись.

— А пошто вы одеты не по-нашему. Пошто одна одета в мужески портки, а другá почти голая. Енто пошто у тя рубаха така коротка, а где понёву потеряла, все ноги на голе? Бессоромна девка! Дык, откель вы здесь взялись, молвишь? Из Новогорода?

— Корень! Чё ты смотришь, енто же ничейные девки и ваще непонятно хто они таки. — Звероватый мужик, бросив коня, подошёл к Лизе, и больно схватив её за локоть, потащил в кусты, а другой в это время подскочил к Маше и одним взмахом бросил её в траву и стал развязывать на портках гашник, пристраиваясь к ней.

— Вы что делаете? — закричала Лиза, — отпустите меня!

— Ты, урод, давно по своим «фаберже» не получал? А ну пусти! — кричала Маша, и столько злости в ней оказалось, что подняв ногу, она со всей силы пнула мужчину в грудь, бандит улетел прочь, даже не охнув. Там, куда он завалился на спину, затрещали кусты, ветки пару раз упруго качнулись, и всякое шевеление замерло. Маша вскочила на ноги, в это время мужик, потерпевший от девицы и опозоренный перед подельниками вскочил и подлетел к ней вытягивая руки, чтобы схватить, но Маша оказалась быстрее, она со всей дури пнула его в причинное место. Опозоренный дважды, захлебнувшись собственным криком, согнулся, упал на колени и замер, выпучив глаза. А мужики заржали, глядя, как Крив загибается, стоя на коленях. А Маша, повернувшись к развеселившимся мужчинам, наблюдавшим за расправой, закричала:

— Кто тут главный? Почему у вас никакой дисциплины нет? Почему ваши подчинённые кидаются на девушек, как будто никогда девиц не видели? Почему нас хватают?

— Ааааа! — Раздалось из-за кустов. — Пусти меня, гад! Пусти, говорю!

— Осина! Отпусти девку! — отмер главарь, поражённый тем, как Маша расправилась со своим обидчиком.

— Корень! Она така горяча, прям ух!

— Отпусти, я сказал!

Лиза вышла из-за кустов, поправляя на себе одежду.

— Грубияны!! — закричала она, посмотрев на разномастную группу мужчин.

— Девка, лучше смолкни, — прорычал главарь.

— Не девка я!

— Чё же ты не замолкнешь?!

— А не надо нас называть девками!

Бум! Оплеуха, не слишком больная, но обиднаяяя, и, между прочим, первая в её жизни, прилетела неожиданно. Лиза замолчала, глядя влажными глазами на мужчину.

— Так-то лучше! Щас пойдешь за мной. Попробуешь дёрнуться, не посмотрю, что ты – девка! Кивни, коль услышала.

Лиза кивнула, понимая, в какую передрягу они попали. «Реветь не буду, не дождётся!» — решила она.

— Ну, вот и ладноть, стало быть, договорились, — произнёс он.

«Плохо, блин, очень плохо! — думала Лиза, посматривая в Машину сторону. — И то, что происходит, всё ещё слабо укладывается в рамки моего понимания! Какие-то мужики бородатые, полотняные рубахи подпоясанные верёвками, лапти, мы что, в хреновый ужастик попали?»

Дубыня! Крив! Посадите их к себе на конь, возвращаемся, — скомандовал главарь.

— Лизка бежим! — зашептала Маша.

— И как это нам поможет? Они же на конях.

— И что теперь? — уточнила Маша так же тихо и вдруг выпалила: «Беги!» — и первой сорвалась с места. Секунда – и она исчезла в высокой траве.

Человек – существо стадное. Когда кто-то крикнул «Беги!», значит надо срываться с места и бежать, даже не видя опасности. Так работает инстинкт самосохранения.

И Лиза рванула вслед за подругой. Неслась вперёд, не разбирая дороги. Трава хлестала по плечам, ноги спотыкались о неровную землю, но она упорно летела вперёд, потому, что слышала своих преследователей. Мужики гнались за ними. Звук их дыхания, тяжелая поступь звучали всё ближе. Как они ни старались бежать изо всех сил, но все равно их нагоняли!

В ужасе Лиза выжимала из своего тела всё, что могла. Она уже догнала Машу, но жёсткие пальцы обожгли запястье, когда её схватили за руку и дёрнули, разворачивая к себе. Плечо пронзила острая боль, она вскрикнула, крутанулась вокруг своей оси, и столкнулась лицом к лицу с преследователем. Столкнулась в прямом смысле слова. От резкой остановки и разворота её качнуло, и она повалилась на мужчину. Их лица оказались всего в паре сантиметрах друг от друга, и она ощутила его дыхание на своей щеке.

Все, что она разглядела со столь близкого расстояния – цепкий взгляд чёрных глаз. Её охватил ужас от того, что попалась. Она забилась в руках мужчины, уперлась ладонями в его грудь и оттолкнулась. Расстояние между ними выросло до приличного, и она смогла рассмотреть в его глазах смешинки.