Валентина Назарова – Когда тебя нет (страница 6)

Над головой с резким тревожным криком проносится чайка, чуть не сбросив с моей головы капюшон размахом своего крыла и прервав мои мысли. Голуби разлетаются в стороны, как брызги, с этим особым чмокающим звуком голубиных крыльев. Чайка приземляется, склоняет голову набок и смотрит на меня своим выпуклым желтым глазом. Я бросаю ей остатки сэндвича и гляжу на часы — перерыв закончится через семь минут. Пора возвращаться на работу. Еще каких-то четыре часа, и можно будет ехать домой. Домой…

Я захожу в чат чуть раньше, но Трон уже онлайн. Я не знаю, эксклюзивны ли наши отношения с его стороны, но я точно не играю ни с кем другим. Мне это просто не интересно.

— Мистер Андерсон, я тут подумал, в продолжение нашего разговора позавчера, — говорит Трон, пока мы ждем загрузки миссии. — Знаешь, кто еще параноик?

— Ты?

Он добродушно ржет. Я улыбаюсь.

— Эд Сноуден. Он думал, что на него смотрят через веб-камеру, и оказался прав.

— Прекращай смотреть «Мистера Робота».

— Я серьезно. Это же чистая паранойя, то, что он заметил это. Нормальному человеку никогда не пришло бы в голову, что это все всерьез и что… можно их разоблачить, — в его голосе звучат резкие тревожные ноты.

— Трон, я начинаю за тебя волноваться, правда…

«Гоу гоу гоу!» — слышится в наушниках. Миссия загрузилась. Мы кидаемся вперед по темному коридору, Трон приотстает, потом догоняет меня. Мы бежим по лестнице на второй этаж невысокого здания и занимаем позицию у окна, оглядывая серые крыши нарисованного Багдада. Мимо моей головы свистит выстрел, но Трон прикрывает, как всегда.

— Ты видел, что сделали эти русские? — спрашивает он, перезаряжаясь.

— Атомную бомбу?

— Лучше! Знаешь, есть такой сайт знакомств, «Лавер»?

— Не знаю.

— Да ладно, живешь в большом городе и не пользуешься?

— Не-а.

— Ну не суть, в общем, это сайт для женатых людей, которые ищут интрижку на стороне, ну и просто для всех, кого романтика интересует в меньшей степени.

— Типа «Тиндера»?

— Не совсем. «Тиндер» не отрицает романтику, просто они понимают, что в сети ее вряд ли найдешь. А эти ребята, они с самого начала объявили, что их сайт — для развлечений, а не для поиска любви. — Трон замолкает на минуту, сосредоточенно зачищая нам проход между домами. — Так вот, помнишь ту утечку, когда какие-то хакеры взломали айклауд кучи знаменитостей и слили в сеть их личные фотографии?

— Ну да, было что-то такое.

— Во-первых, не прикидывайся, что не знаешь! Все видели Джен Ло!

— Может, я не видел, может, я постеснялся… или она не в моем вкусе?

Я видел Джен Ло, все ее видели. А еще ту малышку из «Аббатства Даунтон», не помню ее имя. Просто я никогда не признаю этого.

— Ты меня удивляешь. Но я не об этом. Я хочу сказать, что, несмотря на то что фотографии принадлежали знаменитостям, это было грубейшее вторжение в частную жизнь, Андерсон! Значит, за ними следили, подбирали их пароли… А сейчас эти стартаперы собрали все эти фотографии на одном сайте, в открытом доступе, и весьма удобно поместили туда рекламу своего сервиса знакомств. Конечно, доказать никто ничего не может, но, блин, это так мерзко. Впрочем, я от них ничего другого и не ждал.

— Мерзко? Почему же? Если для них это работает, то почему же нет, особенно если они не нарушают закона. Тем более у этого преступления, я имею в виду взлом, особо не было жертв. Подумаешь, фото задницы какой-то там актрисы оказалось онлайн. Знаменитости от этого стали только еще более знаменитыми, а народ развлекся.

— А ты представь, если бы в открытом доступе очутились переписки и фотографии миллионов обычных людей? Что, если это фото твоей девушки с раздвинутыми ногами оказалось онлайн, и какие-то ушлепки используют его, чтобы нажиться?

Я представил себе ноги Иды Линн, кожа такая бледная, что сквозь нее видны голубые линии вен. Одна из них закинута на мое плечо. Глаза полузакрыты, я вижу наше отражение, плывущее в отражении. Раздается выстрел, на этот раз Трон не успевает прикрыть меня. Геймовер[18].

— Ну, блин, люди должны понимать, чем они рискуют, когда делают такие фото. Нет ничего приватного. Все, что в твоем телефоне, — потенциальная собственность всея Интернета, — отвечаю я, пока грузится игра. — Ты еще скажи, что студия «Сони» — тоже бедные несчастные жертвы, раз их фильмы слили в сеть ребята из Северной Кореи.

— Андерсон, я никак не пойму, на чьей ты стороне. Ты то сам как северный кореец рассуждаешь, то как адепт корпорации зла. Конечно, есть жертвы. Когда десятки террабайтов приватной информации оказываются в сети, неизбежно кто-то страдает.

— Ну да, убытки.

— Да дело не в этом, — в голосе Трона чувствуется искреннее раздражение. — Там же личные данные, паспорта, пенсионные номера, банковские счета. Это делает людей уязвимыми, это делает их потенциальными жертвами мошенников и шантажистов.

— Но опять же, это — сотрудники голливудской студии, топ-менеджеры и знаменитости, — парирую я. — Кстати, а ты смотрел фильм, из-за которого Северная Корея так обиделась?

— Да, дело не в фильме. Только подумай, ну кто будет совершать преступление из-за фильма с Джеймсом Франко? Я думаю, это кто-то из своих, это — личная месть. Иначе зачем им было постить фотографию директора студии, горящего в аду, на десктоп всех сотрудников корпорации?

— Ну не знаю… Я не думаю, что это так уж лично, тут же есть подпись группировки, которая взяла на себя ответственность за утечку, — отвечаю я, рассматривая в окне поиска картинок жутковатые фотографии, которые увидели на экранах своих мониторов все сотрудники киностудии «Сони» 1 декабря 2014 года.

— Такие взломы и утечки — самая большая угроза двадцать первого века, это — чистейший терроризм. Но почему-то я не верю, что в мире еще остались идеалисты, способные рискнуть приличным тюремным сроком ради того, чтобы наказать корпорацию. Всегда есть что-то личное, какой-то частный мотив. Месть или нажива. А ты что думаешь?

Я улыбаюсь. За это я и люблю наше общение — он высказывает свое мнение и спрашивает мое. Это — настоящий разговор, а не обмен социальными условностями или товарами и услугами, к чему сводилось почти все мое взаимодействие с внешним миром. Мы болтаем еще о какой-то ерунде, попутно перебив еще пару десятков компьютерных террористов. Я гляжу на часы — уже полвторого ночи.

— Трон, я, пожалуй, спать. Все-таки завтра в офис.

— Давай, планктон. До выходных тогда?

— Ага.

Мне стало интересно, о каком сайте говорил Трон. Я вбиваю в поисковике слово «Лавер», но вместо сайта с украденными снимками старлеток натыкаюсь на свеженькую статью об их СЕО, который явно не скупится на эпатаж. Я не замечаю, как мои веки тяжелеют, и я погружаюсь в тяжелый беспокойный сон, лицом на рояле.

Я просыпаюсь от крика и резко поднимаю голову, не сразу поняв, что заснул щекой на клавиатуре. Проклятый кот этажом выше, наверное, у него уже весна. На экране передо мной мигало новое сообщение в чате.

«Кажется, опять кто-то в дверь стучит», — написал Трон тринадцать минут назад.

«Трон, хватит параноить уже, спать иди».

Он онлайн, но ничего не отвечает. Я жду еще несколько минут, потом выключаю комп и, едва дойдя до спальни, падаю на кровать лицом вниз. Последнее, что я слышу, перед тем как провалиться в сон, это шорох и скрип у себя над головой. Чертов кот.

Лондон, 10 февраля

Сегодня в офисе тихо и по-весеннему светло. После обеда тут так всегда, все как будто вымирает. Я сажусь за свой стол и, углубившись в составление отчета для одного из топ-менеджеров, я не замечаю, как день подходит к концу.

Я иду пешком до кебабной Амира. На этот раз я немного раньше обычного, и мне приходится немного подождать, пока тот соберет мой заказ.

У себя, расправившись с едой и выкинув упаковку в мусорный бак: бумага — отдельно, пластик — отдельно, я завариваю чашку пуэра и устраиваюсь у компьютера. Что-то беспокоит меня, свербит где-то в подкорке. Трон. Я захожу в чат — он не был онлайн уже три дня, что было странно, но не исключительно. Примерно десять месяцев назад он пропал на двое суток, а потом объяснил, что переезжал и был занят подключением оптоволоконного Интернета на новом месте. С тех пор он был онлайн почти всегда, я просто привык, что он там, ждет меня, когда бы я ни зашел в чат. Наверняка и сейчас было не о чем беспокоиться. Черт, паранойя заразна, кто бы мог подумать.

— Куда ты делся, Трон? — вслух произношу я, кликая на его аватар и увеличивая картинку — старинный мем из нулевых — Джей Мейнард, полноватый американский программист, прославившийся на весь Интернет своим светодиодным косплеем героя оригинального фильма «Трон» 1982 года выпуска.

Что я вообще знал о нем? За годы совместных боев мы едва ли обменялись и парой слов на личные темы. Я открываю чистый файл блокнота и записываю все, что знаю о нем. Без конкретных целей, просто из спортивного интереса.

1. Отлично говорит по-английски, но с акцентом. Акцент атрибутировать не могу — скорее всего человек, много живший в разных местах.

2. Айтишник, раньше работавший в офисе.

3. Определенно старше 30.

4. Живет один? (Потому что у него нет еды.)

5. У нас близкие часовые пояса.

6. Переехал/ушел с работы десять месяцев назад. Живет в месте, куда доставляет «Амазон» (работает Алекса) и где есть хороший Интернет, но нет доставок пиццы.