Валентина Мельникова – Рассвет утраченной мечты (страница 85)

Но я не стал говорить ей об этом. Мрачно спросил:

— И давно это было?

— Три недели назад.

— Значит, еще до того, как ты прилетела ко мне в Лос-Анджелес? И ничего не сказала?

Я с трудом себя сдерживал.

— Да в чем дело, Ларри?

— Ты опять связалась с Полом!

— Мы с ним даже не общались!

— А тебе было мало общения с ним? Ты просто не понимаешь, в какую ловушку он снова пытается нас заманить!

— Да какая ловушка тут может быть? Это просто моя работа!

— «Просто работой» для тебя был и контракт со мной, — сорвалось с языка прежде, чем я успел остановить себя или поймать на мысли, что ее это может ранить.

— Вот, значит, как? Ты считаешь, что я продалась? Может и прав, конечно. Только действие контракта давным-давно закончилось, а я всё еще с тобой. Или это уже неважно? Может, ты думаешь, что если Пол мне что-то предложит опять, я брошусь во все тяжкие? Да он на дух меня не выносит после нашей с тобой истории!

— Значит, тебе и самой нравится проводить с ним время?

— С кем?

— С Энселом! — рявкнул я и оглянулся.

Найла не было видно. Если он и слышал что-то, то предпочитал не вмешиваться.

— Это была рабочая фотосессия, а не развлечение! Почему я должна убеждать тебя в этом? Ты ведь сам говорил, что мы должны доверять друг другу!

— Значит, ужин с ним тоже входит в твои обязанности фотографа?

— Ужин?

Ее удивленная реакция еще лучше открыла мне глаза на правду. Отпираться теперь было глупо. Она сама себя выдала.

— Представь себе, я в курсе! Все пользователи Интернета уже в курсе, судача, что бывшая подружка Ларри Таннера теперь встречается с новым подопечным Пола, который мало того что копирует мой стиль в одежде и музыке, так еще и девушку мою… — я сжал зубы, не давая пришедшей на ум грубости сорваться с языка.

— Господи, Ларри, это ведь провокация!

— Ты ужинаешь с ним в ресторане — это провокация? Ваша романтическая прогулка у Меловых скал — тоже провокация?

— У нас там была фотосессия!

— А после фотосессии? Что вы делали после?

— Я пошла домой!

— Ты пошла домой? Правда, что ли? — уже не сдерживаясь, кричал я. — И он даже не подбросил тебя до дома? Не захотел сыграть тебе свои новые песенки? Ай-ай-ай!

— Давай мы поговорим в другой раз? — голос ее звучал жестко. — Ты сейчас просто не в состоянии меня слышать!

Она волновалась не меньше меня. Я мог это судить по тому, что в подобных сегодняшней ситуации Энн начинала путать слова, употребляя близкие по звучанию, или глотать окончания.

— Будет ли у нас этот «другой раз»? — фыркнул я, переполненный гневом.

На секунду или две в трубке повисло молчание.

— Ну что ж, значит, так тому и быть…

Еще секунда тишины, и она сбросила вызов.

Сбросила!

Просто сбросила! Вместо того, чтобы всё объяснить!

Я сжал кулаки, поднял голову вверх и сделал глубокий вдох. Настроения хуже, чем сейчас, я не мог и представить.

Только через пару секунд я заставил себя вернуться в гостиную, где всё еще ждал Найл, развалившись на диване и что-то рассматривая в своем мобильном.

— Поговорили? — не поднимая на меня глаз, поинтересовался он.

— Угу. Пошли.

Я схватил свою джинсовку, небрежно брошенную на диван, но он даже не шевельнулся.

— Вижу, что неудачно.

Я плюхнулся в кресло и закрыл глаза, подавляя тяжелый выдох.

— И что она сказала?

— Сказала, это всего лишь… рабочая фотосессия, — я развел в сторону руки, чему, мол, тут удивляться? — И ужин — детали, наверное, обсуждали. И прогулка. На свежем воздухе думается лучше.

— А если всё так и было?

— Ты идиот? — вылупился на него я.

— Мне кажется, идиот ты, — мрачно поведал Найл. — Вы же не можете пройти огонь и воду, а на медных трубах сломаться, правда?

Я не ответил.

У меня просто не было ответа на этот риторический, в общем, вопрос.

— Надеюсь, завтра ты образумишься и позвонишь ей. Ну что, мы идем уже или как? — вставая и лениво потягиваясь, произнес он.

И хотя настроения куда-то тащиться у меня не было, я всё равно заставил себя. Это лучше, чем сидеть дома и вновь и вновь гонять в голове одни и те же мрачные мысли.

Глава 44

На следующий день я не образумился.

И еще через день — тоже.

Постоянно думал об Энн, даже пытался отыскать в Интернете что-нибудь новое, вбив в поисковике ее имя вместе с тем, ставшим мне ненавистным. Безрезультатно. Новостей больше не было.

Может, и впрямь…

Тогда почему она не звонит, чтобы всё объяснить мне? Почему это всегда должен делать именно я?

Через неделю я приехал в Лондон на съемки очередного музыкального шоу и остался там на несколько дней. Но так и не встретился с Энн.

Мы не общались уже семь дней. Семь долбанных дней, и когда-то это казалось нам невероятным количеством времени, проведенным друг без друга. Но мы смогли его преодолеть в одиночку. Также, как сумели тогда год практически не общаться друг с другом.

Уезжая из Лондона, я наведался в студию, где за пару часов записал новую песню. Обязательно включу ее в новый альбом, чего бы мне это не стоило.

И даже когда самолет уже взмывал в небо, я думал о том, как несправедлива и как причудлива жизнь. Кто виноват? Судьба? Или это мы, люди, сами портим написанный для нас сценарий?

Я включил на телефоне демо той самой новой песни и несколько раз прослушал, отыскивая недостатки. Но на самом деле каждый раз с болью погружался в свои воспоминания. Эта песня — кровавый кусок моего сердца, который я хотел вытащить из себя, словно занозу, представить публике и, главное, ей. Сказать: «Смотрите! Смотри и ты! Я был с тобой честен. Даже когда думал, что притворялся. С самого начала».

Только всё это зря. Потому что мы расстаемся уже в тысячный раз.

Какую там предыдущую песню я ей написал? «Рассвет утраченной мечты», кажется? Значит, эту логичнее будет назвать «Полночь нашей любви». После любого рассвета рано или поздно опять будет ночь. У всего есть конец и начало. Мы пытались продлить наше чувство, но оно изначально было построено на обмане и недоверии. Мы были разными с самого первого дня. С рождения.

Плевать.