Валентина Мельникова – Под одним небом (страница 50)
Мне позвонили из одной известной здесь передачи на федеральном канале и предложили участие в телешоу. Мол, много не нужно: рассказать о том, как прошло моёдетство, как я впервые оказалась в Лондоне, как складывается моя жизнь теперь – подзарядить, так сказать, молодых девчонок на успех и заверить, что принцы водятся.
Я сомневалась в этой затее, потому что, во-первых, имела опыт участия в подобных съёмках, пусть и на другом канале. Во-вторых, не была уверена, что это действительно может вызвать какие-либо эмоции, кроме зависти. У каждого своя история, и она индивидуальна. Я не могу прийти и сказать: есть такой-то рецепт, как стать счастливой, богатой и знаменитой, выйти замуж за иностранца и поселиться в Лос-Анджелесе. Нет такого рецепта. Да и мой путь к этому счастью трудно назвать безоблачным.
Однако, подумав и посоветовавшись с Ларри, решилась.
Он сказал: «Делай как считаешь нужным. В конце концов, о нашем браке и твоей беременности говорить никто не заставит. А вдохновить кого-то… вдруг и правда получится? Если тебе интересно – иди».
И я, соскучившись по приключениям за десять дней, согласилась. Вернулась в Москву. Позволила стилистам поработать над своей причёской и макияжем, подготовила несколько дежурных фраз и села в студии под софитами.
Но телевидение – мир непредсказуемый. Я готовилась отбиваться от вопросов про свою личную жизнь с Ларри, а оказалось, что меня ждал совсем иной сюрприз.
И ведь начиналось всё весьма мирно. Показали короткий сюжет о том, где я родилась и выросла, кто мои родители. Даже несколько одноклассников и первую учительницу привели. Зачем, спрашивается? Я ничем не прославилась, чтобы посвящать мне целую программу. Не сделала ничего выдающегося. Не написала книгу, не выпустила альбом, не спасла человека. Почему такие люди остаются незамеченными, а моя персона у всех на виду? Несправедливо.
Это был первый момент, когда я решила: это – последний раз, когда я участвую в таких шоу.
Вся моя заслуга была в том, что я ухитрилась выйти замуж за иностранца. Считайте, синоним к «очень удачно». И неважно им, счастлива ли я (а вдруг нет?), нравится ли мне эта жизнь в Лос-Анджелесе (вообще-то, не очень). В людских глазах есть стереотип, есть сложившиеся эталоны счастья. А детали огромного паззла под названием «судьба человека» мало кому интересны.
Пока рассуждали о том, какой я была в школе («Не очень заметной», – скромно заявила моя учительница, и это ещё слабо сказано. Кто б мог подумать?), ведущий вытащил из рукава свой главный козырь:
– Но ведь наверняка в школьные годы у тебя, Аня, была и первая любовь?
Гм…
– Была.
Чего уж скрывать? Так давно это, кажется, было.
Сложно думать о ком-то другом, когда рядом с тобой самый лучший мужчина.
– Ты помнишь, как его звали?
– Артур.
– Ты бы хотела его увидеть?
«Не очень», – не успела подумать я, как ведущий, довольный раскруткой сюжета, выпалил:
– Надеюсь, ты узнаешь его. Под ваши бурные аплодисменты, Артур Краминский.
Честно? Вот если честно, сердце немного дрогнуло. Но не от внезапно ожившей любви. Я не ожидала такой… ммм… подставы. И ещё представила, что подумает Ларри, когда увидит. А он точно захочет это посмотреть.
«Первая любовь» – это громко сказано. Артур был моим безответным чувством, и, уж конечно, не первым. Просто о нём все знали. Подружка проболталась, и я потом до самого его выпуска (он был на класс старше) боялась попадаться ему на глаза.
Эта дверь давно была для меня закрыта, и я не стремилась попасть туда так же сильно, как раньше. Я ушла далеко вперёд и не видела смысла оглядываться.
Заставили.
Артур сильно изменился. Когда-то он был жгучим красавцем с чёрными волосами, пронзительным взглядом как у испанцев (говорили, что у него и впрямь были испанские корни). Девчонки из-за него дрались, а он их менял каждый месяц. Ну или чуть реже. С моей невзрачностью и скромностью мне рядом с ним нечего было делать.
Но однажды мне повезло. В школе устраивали бал, и от каждого класса должно было быть по два представителя – парень и девушка. Нам ставили танец, причём танцевать со своим одноклассником было нельзя. Мою кандидатуру выдвинули так, ради смеха, потому что королева класса отказалась – ей, видите ли, было некогда: музыкальная школа, подготовка к ОГЭ, ещё и собачку выгуливать надо. А я уже знала, что Артур участвует, поэтому взяла и согласилась. В классе вздохнули спокойно: жертва выбрана.
Но мои чаяния не сбылись. В пару с Артуром меня не поставили. Зато я могла видеть его дважды в неделю после уроков на протяжении месяца, когда мы репетировали. И что за счастье это было! Я целый день ходила счастливая, предвкушая эту встречу, его взгляды, которые он, может быть, случайно на меня бросит.
Он, конечно, не замечал меня, как планета не замечает миллиарды крохотных звёзд вокруг. Я была одной из таких звёзд – совсем невзрачной, но очень преданной.
А однажды случилось чудо. Я даже не могу по-другому это назвать, потому что тогда этот случай казался мне просто подарком свыше. Сколько мечтаний, грёз, слёз, и вот – этот миг! Наяву!
Как так случилось – до сих пор непонятно, но в один из репетиционных дней и у меня, и у Артура разом заболели и не пришли партнёры. И нас поставили в пару. Всего на одну репетицию. Но что за неземное удовольствие это было: стоять рядом с ним – главным красавцем школы, высоким. Боже мой! Касаться его одежды, знать, что он смотрит, чувствовать руки… Я была самой настоящей влюблённой дурочкой, но по остроте эмоций это была воплотившаяся наяву романтическая книга или фильм вроде «Титаника». У меня ещё долго от воспоминаний об этом бежали мурашки по коже!
Сколько же я передумала всего тогда! Сколько ночей перед сном вспоминала, стараясь удержать и воспроизвести в памяти каждую мелочь!
Наутро поделилась с подружкой (она о моей влюблённости знала), а та поделилась с кем-то ещё, не заметив, что объект моей симпатии рядом, всё слышал. Лика – подруга – сама мне потом рассказала. И как же меня трясло! Я боялась с ним встретиться. А когда увидела снисходительный взгляд того самого парня мечты, совсем стушевалась, и целых два года его избегала. Старалась.
Мы ни разу, даже когда танцевали, не обмолвились ни одним словом. Он был для меня недосягаем, несмотря на то, что учились мы в одной школе и целых три девочки из моего класса удостоились чести быть «его девушкой», пусть и ненадолго.
Хорошо, что меня Бог отвёл.
Теперь понимаю.
Лучше бы он и оставался недосягаемым. Лучше бы я таким его и запомнила до конца жизни.
Уже поступив в институт, забыла. Мы почти не встречались, я постепенно перестала отслеживать его страницы в социальных сетях и интересоваться его жизнью, а потом переехала в Москву, и мысли о «прежней жизни» совершенно выветрились из моей головы. И вот, пожалуйста.
Что же с ним стало? О былой красоте напоминают лишь отдельные черты.
«Истаскался», – сказала бы мама.
Но я всё равно узнала его. Только внутри ничето ни дрогнуло. Даже так, по привычке.
Странное это чувство, смешивать далёкое и кажущееся нереальным уже прошлое с настоящим.
Я видела, как напрягся ведущий в ожидании моей реакции. Как Артур медленно опустился в соседнее кресло и сомкнул в замке руки. Он был по-прежнему статен, но былого шарма в нём не было. И ведь ещё тридцати нет.
– Это он? – спросил ведущий.
– Да, – пожала плечами я.
– Значит, было?
– Было что?
– Влюблённость.
– Было, – не стала отрицать я. – И прошло.
Лицо Артура скукожилось.
Я не врала. Тогда мне было больно, но сейчас я рада. Иначе я не встретила бы Ларри. И мне было бы гораздо больнее, если бы он вдруг обратил на меня тогда внимание и стал встречаться, а потом бросил. А он непременно бы бросил. Ему и с яркими и раскованными было скучно, а про меня и говорить нечего.
Он меня пощадил. Сам того не зная, спас от ещё большего разочарования.
– Не думаешь, как бы сложилась твоя жизнь, если бы тогда… – начал ведущий и замолчал. Хороший ход.
– Нет. Я счастлива в своей нынешней жизни. А знаете, какой главный показатель счастья? Когда оглядываться назад не хочется. Я не хочу. Мне хорошо рядом с Ларри.
Развивать эту тему дальше не было смысла. Ведущий был недоволен, но держался профессионально. Стратегия провалилась и оставалось лишь мусолить тему, какой я была и какой стала.
После съёмки Артур сам подошёл ко мне за кулисами.
– А ты изменилась, – сказал, поджав губы и оценивающе оглядывая.
Я всё понимала. Знала, что он хочет этим сказать. Но уже слишком поздно.
– Ты не женат? – спросила я.
Мотнул головой: нет.
– Дети?
Тот же ответ.
– Надеюсь, ты счастлива, – произнёс он. – Кто б мог подумать.
Такая уж штука – жизнь. Непредсказуемая.
Это были все слова, сказанные им мне за всё время нашего знакомства. Слова, которые я когда-то так долго ждала.