Валентина Мельникова – На что похожа любовь? (страница 11)
— Да, спасибо, — и я с удовольствием оперлась на его руку.
— Девчонки, пока, — махнул он рукой, почти не глядя в их сторону. Ну ничего, завтра придет в институт, хвост распустит, и снова все дамы будут его, и простят всё безропотно. Не бойтесь, девочки, я вам не соперница, моя миссия кратковременная.
— Может, лучше в травмпункт?
— Не надо, не надо, — тут же отреагировала отказом. — У меня с детства страх врачей. Да и не так уж всё плохо, я думаю. Чуть растянула — пройдет.
— Ну, смотрите. А живете где?
Я назвала станцию метро. Отсюда неблизко. Времени пообщаться будет достаточно.
Моего нового знакомого звали Павел. Он быстро распустил перья, стараясь произвести впечатление, и я охотно подыгрывала ему. А когда он спросил, где учусь, ответила честно, на юридическом, но сюда хожу на занятия по рисованию. Мол, всю жизнь мечтала, но не поступила. Он проглотил всё безропотно. А когда сказал, где учится сам, я артистично расширила глаза в диком ужасе.
— Ты серьезно?
Он весь напрягся:
— Ну да, а что?
Тут-то и пришло время моей легенды. О том, что по факту я поступила, но в последний момент на мое место взяли «блатную», как я выяснила потом — ту самую Риту, с которой он учится. Мол, она протеже одной из профессорш.
— А, я, кстати, что-то такое слышал, когда девчонки трепались. Она рассказывала, что хотела поступить в другой вуз, но не получилось. А тут ей помогли.
— Помогли, — фыркнула я. — Заняла чужое место и в ус не дует.
— А ты теперь что? — сочувственно спросил он.
— Учусь тому, что не нравится. Родители запихнули. Но это, наверное, не случайность, что судьба нас столкнула именно с тобой, правда?
Он тут же разулыбался, снова почувствовав себя альфа-мачо.
— Конечно, не случайно.
— Как думаешь, надо учить тех, кто поступает так подло, а?
Он скис и задумался. Явно ожидал совершенно не этого.
Я положила руку ему на плечо и медленно провела вниз до локтя. Видела, как он весь напрягся. Тело и разум в нем боролись нешуточно, поэтому я решила использовать свой арсенал обольстительницы по максимуму.
— Ничего себе, бицепсы! Ты занимаешься спортом?
Он взглянул на свой локтевой сустав, где застыла моя рука, и произнес, отвернувшись вновь к лобовому стеклу:
— И что ты хочешь?
— Хочу проучить ее. Даже не думала, что шанс выпадет.
— Да нормальная вроде девчонка, — нерешительно вставил он.
— Тогда ненормальная я, — заявила обиженно, убирая руку, и он тут же сдался.
— Да ладно тебе, что ты там придумала? Согласен, я тоже не люблю выскочек. А выглядит такой милой.
Ага, милая она, как же! Держи карман шире!
Договорились мы быстро. Даже целовать его не пришлось на прощание. Хотя поддерживать иллюзию взаимной влюбленности всё же придется. Но, думаю, это невысокая цена за то, чтобы поставить на место ту, что перешла мне дорогу.
Осталось придумать, что делать с Денисом. Тот, кто заставил меня страдать впервые в жизни, тоже не должен быть безнаказанным.
Глава 8
Я помню свой прошлый День Рождения. Мне было так грустно… Красивый возраст — 17 лет, когда кажется, что всё впереди и всё по плечу, но у меня на душе был камень — настоящий булыжник. Я не очень любила школу. Не считая уроков ИЗО, которые закончились в средней школе, литературы и русского языка, учеба не давалась мне просто. Были учителя, которые шли навстречу и за приложенные усилия «натягивали» четверки в четверти по своему предмету, но встречались и такие, кто заявлял, что я «неспособная» и «необучаемая» — и это было больнее, чем двойка в дневнике. Самое страшное, что я этому верила. А потом, чтобы подготовиться к выпускным экзаменам, начала заниматься с репетитором, которая за год подтянула меня по точным наукам на твердую «четверку» и сказала, что необучаемых учеников не существует, есть педагоги, которым просто лень вкладываться в тех, кто требует больше внимания и усилий. Это дало мне веру в себя и в то, что нет невозможного. Просто на что-то нужно больше усердия. Пожалуй, эта мысль не позволила мне сдаться и летом, когда я не смогла поступить с первой попытки в желаемый вуз. Я знала, что к следующему учебному году сделаю всё от меня зависящее, чтобы быть там.
Но в прошлый октябрь я ещё не знала об этом. О том, что возможно всё. И грустила о своей «неспособности», о том, что я не такая как все. И учусь хуже, и в компании меня не принимают, потому что я не такая «взрослая» — не хочу тусить по ночам и курить тайком от родителей, не ругаюсь матом и не сбегаю с уроков (хотя иногда, скажем честно, очень хотелось). А еще у меня до сих пор не было парня. И первого поцелуя. Так хотелось, чтобы это случилось в пятнадцать. Потом в шестнадцать или семнадцать. Но дни сменяли друг друга, а подходящего «кавалера» на горизонте всё не было. Зато были мысли: а вдруг никогда? Вдруг хороший парень, который меня поймет и оценит — это моя иллюзия? Вдруг все вокруг правы, и я живу не так, веду себя неправильно и мечты мои — это глупость? Но время расставило всё по местам. И я уверена: это только начало.
Если бы в прошлый мой день рождения кто-то показал мне картинку того, что будет со мной через год, я бы, наверное, не поверила, а потом залилась бы счастливым смехом. Потому что всё было лучше, чем я представляла. Я живу в потрясающем городе — столице России, у меня замечательная соседка, творческое окружение, есть друзья и, самое главное, лучший для меня парень! И он в меня тоже влюблен. Мы никогда еще не говорили напрямую о своих чувствах, но я ощущаю всё это без слов — его поступки, заботу, поддержку, внимание и то, что нужно нам всем без исключения — он верил в меня.
В самом начале праздника Женя почувствовала себя плохо и ушла погулять. Сначала я поймала себя на чувстве вины, но отправлять всех домой не хотелось. К тому же мы ей ничуть не мешали. Долго, правда, сидеть не стали. Завтра с утра на учебу. Поели, дважды выпили чай (да-да, безалкогольный праздник возможен, и моя нынешняя компания вполне разделяла мои «странные» принципы), а после мы с Денисом отправились всех провожать до метро. Сами еще прошлись по округе около часа — разговаривали, вспоминали события своего детства, много смеялись и шли, держась за руки.
— Знаешь, я тоже хочу тебя пригласить на одно мероприятие, — загадочно начал Денис, когда мы завернули на второй круг по району, в очередной раз миновав станцию метро.
— Какое? — я подняла на него любопытный взгляд.
— Мы в субботу собираемся встретиться с ребятами, моими друзьями. Они, в основном, мои однокурсники. Четыре человека. Кто-то будет с девушками. Я тоже хотел тебя пригласить.
Знакомство с друзьями казалось мне важным шагом. Ты словно вводишь человека в свой мир, в свою реальность, и открыто заявляешь: «Вот тот, с кем мне сейчас по пути. С кем я хотел бы идти одной дорогой как можно дольше, кто для меня дорог».
Конечно, я ответила согласием. И спросила (быть может, глупо):
— Мне надо как-то готовиться?
— Захвати свою фирменную улыбку, — попросил парень, чуть приподнимая пальцами мой подбородок и бережно целуя в губы.
В каждом жесте и каждом взгляде я ощущала такую нежность, что сердце сходило с ума. Не врут! Я всегда знала, что те, кто пишет книги и снимает фильмы, не врут, что такая любовь существует. Ведь разве можно так правдоподобно рассказывать о том, чего нет, что не пережил на самом деле?
Я бы, наверное, тоже писала стихи, если б умела, но мой талант был иным, и на холсты в виде солнечных бликов и сочных красок выливалось всё то, что цвело в душе.
Следующий день пролетел в эйфории. Она бы длилась и дальше, но что-то пошло не так… Я не сразу это заметила. Первый звоночек в виде неприятного ощущения был через день после праздника. Я зашла в аудиторию, и группа ребят — пара человек, — как-то едко захохотали, взглянув на меня. Я невольно поёжилась, но подумала, что мне померещилось. Так совпало: они обсуждали что-то свое, а тут вошла я — смеялись над другим, но взгляды обратились на того, кто отвлёк их внимание.
Однако к концу учебного дня Даша — девушка Гриши, с которым они приходили ко мне в гости, спросила:
— Рит, ты делала нюдсы?
— Что? — опешила я.
Слово было мне незнакомым, и я бы хотя бы додумалась погуглить, что это значит — но нет.
— Ничего, значит, забудь, — улыбнулась она и перевела тему.
Я и забыла. Но ненадолго. В пятницу на перемене ко мне подрулил Паша — местный заводила, у которого всегда наготове набор шуток на любой вкус: и преподаватели, и студенты были от него в одинаковом восторге, даже если он отчебучивал что-нибудь. Есть у людей такой талант — харизма называется. Оп — и ключик почти к любому сердцу у тебя на ладони.
— Ритка, а почём щас фотки?
— Какие фотки? — поинтересовалась я.
— Твои.
— Я, вообще-то, картины пишу, — пояснила спокойно, вновь обращая взгляд в тетрадь с лекцией. Нет бы и ему готовиться — спросят сейчас что-нибудь про памятники архитектуры, а он ни бум-бум. Но Паше, как обычно, до этого не было дела.
— Ты еще и картины пишешь? Тоже в таком стиле? — он игриво поиграл бровями.
— В каком — таком? — начала раздражаться я его многозначному пустословию, которое не несло для меня никакого смысла.
Однако его дружки опять закатились смехом — как тогда, два дня назад.
— Ой, да хватит, все мы знаем, чем ты промышляешь в свободное от учебы время.